Григорий Сиятвинда «Не белоголовый, но орел!»

“Жмурки”, “Параграф 78”, “Одна любовь на миллион”, главные роли в спектаклях “Сатирикона”, опыт работы в программе “Доброе утро” на НТВ – это жизнь настоящего артиста. А теперь еще и новое занятие – танцы на льду.
Григорий Сиятвинда «Не белоголовый, но орел!»
“Жмурки”, “Параграф 78”, “Одна любовь на миллион”, главные роли в спектаклях “Сатирикона”, опыт работы в программе “Доброе утро” на НТВ – это жизнь настоящего артиста. А теперь еще и новое занятие – танцы на льду.

 COSMO  Ты, наверное, прямо с “Ледникового периода”?

  ГРИГОРИЙ   Да. Живу как в большом спорте: просыпаюсь – сразу на тренировку, обедаю и снова на лед.

 C  Весь в синяках и кровоподтеках? 

 Г  Да!

 C  Зачем тебе это?

 Г  Вопрос почти философский. Если бы не Таня (жена), которая в свое время занималась фигурным катанием, я бы никуда не пошел. Все эти шоу вызывали у меня только негативную реакцию, но Таня сказала: “Попробуй! Это же здорово!” И оказалась права. Я сейчас живу совершенно другой жизнью! С ужасом думаю о том, что придется “возвращаться” в профессию, о предстоящих съемках. Мне спектакль играть, а в голове лед, коньки. Что-то в этом есть – вдруг пожить по‑другому.

 C  Зато азарт невероятный!

 Г  Да! Вот только волнуюсь ужасно.

 C  Но ведь и в театре волнений достаточно?

 Г  Конечно, но это совсем другое. За 12 лет я научился выкручиваться из пикантных ситуаций так, чтобы этого не заметил зритель. А в фигурном катании мне это пока не удается – там все сразу видно.

 C  Как ладишь с партнершей Еленой Леоновой?

 Г  Ужас! (Смеется.) Двукратная чемпионка мира носит меня на себе! Сейчас, слава Богу, все реже.

 C  Твой Костя из Одессы (первый номер. – Прим. ред.) мечта любой одесской барышни!

 Г  Это ребята придумали – поверил на слово! Еще будет номер на музыку Рэя Чарльза, ты только послушай! (Включает музыку.) Здорово! Я наконец-то узнал, что такое R’n’B. Оказывается, это моя любимая музыка.

 C  Что оказалось неожиданно легко?

 Г  К сожалению, ничего. Только мое тело неожиданно быстро стало легчать: никак не мог сбросить несколько килограммов, а тут ем все подряд и худею.

 C  Ты готов к тому, что после “Ледникового периода” поклонницы могут начать срывать с тебя одежду?

 Г  Я достаточно закрытый, и у меня на лице написано, что я этого совсем не желаю. Считается, что участие в подобном проекте – невероятный пиар. Да, наверное, но скоротечный и поверхностный.

 C  Ну а в детстве хотелось славы, давать автографы?

 Г   Клянусь, не было таких мыслей! По глупости с этим может сравниться только то, что актером я решил стать, когда увидел Боярского на коне со шпагой. (Смеется.) Это правда, да.

 C  Ты ведь актерствовал еще в школе, но потом пошел – страшно сказать! – на факультет технической кибернетики...

 Г  В тот момент я не представлял, что актерство может быть профессией. И только когда у меня начались проблемы в институте, наступила черная полоса – я был в отчаянии, не знал, кем быть и как дальше жить, – решил поступать на актерский факультет.

 C  А если бы ты пользовался известностью лишь в узком кругу театралов, тебя бы это устроило?

 Г  (Задумывается.) Сложный вопрос. Наверное, могло бы быть и так. Но я был бы другим человеком. И вообще это было бы не со мной.

 C  Ты 12 лет в “Сатириконе”. Не хочешь попробовать что-то совершенно новое: начинающий режиссер, маленькая площадка в подвале, зрители в метре от тебя?

 Г  Пожалуй, мне это уже скучно. Лаборатории, поиск хороши по молодости. А на маленькой сцене прямо перед зрителями играл. Понравилось: не надо форсировать звук, активно “работать” лицом и телом, можно спокойненько так, шепотом говорить с людьми.

 C  Скажи, у тебя есть работы, в которых пришлось идти на компромисс с собой, когда ты не принимал точку зрения режиссера?

 Г  А это просто проверить: выходишь на сцену, и сразу понятно, кто был прав – ты или режиссер. А вообще я не считаю, что это тот пункт, над которым надо биться.

 C  Психологи говорят, что профессия актера помогает решать какие-то сугубо личные вопросы...

 Г  Ну да, мне – финансовые. (Смеется.) Когда-то с помощью этой профессии я искал смысл жизни.

 C  Нашел?

 Г  Нет, перестал искать и начал просто жить, работать, любить.

 C  А с чем связано очарование профессией?

 Г  Актеры имеют возможность прожить несколько жизней. Вот во время съемок в “Параграфе” научился боевым приемам, стрелять из пистолета.

 C  То есть с тобой любой может запросто гулять по темным переулкам?

 Г  Не-е-т! Если что – бегом туда, где светит солнце! А приемы хороши лишь в кино, в жизни они могут быть опасны только для самого актера.

 C  Многие творческие люди, особенно актеры, постоянно рефлексируют по поводу собственного профессионализма, места в этой жизни. Как ты с этим борешься?

 Г  Единственный выход – постоянная занятость, даже если часть времени уходит на “глупости”. Все сложные периоды в моей жизни связаны с тем, что... вдруг молчит телефон, вдруг не зовут – и ты играешь только свои спектакли в театре.

 C  Ты как-то сказал, что с удовольствием бы не работал, если бы не необходимость зарабатывать деньги. Допустим, свершилось. Ну и что бы ты делал?

 Г   Путешествовал. В первую очередь поехал бы в Африку! Выучил бы много языков.

 C  Ты уже был на родине и, кажется, не ощутил зов предков...

 Г  Да нет, ощутил в общем-то, просто не так себе его представлял. Я почувствовал близость с этими людьми. Словами не объяснишь.

 C  Первые твои детские воспоминания...

 Г  Как раз связаны с Замбией. Мне три года, мы с мальчишками строим замки для муравьев. В России строили концлагеря для мух. В Замбии я говорил с папой по‑английски, а с мамой – по‑ русски, но, переехав в Россию, через месяц начисто забыл английский. Думаю, поэтому в моих детских воспоминаниях папа как будто немой.

 C  Ты нашел своего отца?

 Г  С тех пор как мы потерялись, я ни разу его не видел и, если честно, не искал. Он уехал, когда мне было пять лет, но мы продолжали общаться, а в 13 я видел его в последний раз.

 C  Какие события повлияли на твой характер?

 Г  Поступление в Щукинское училище. Я не ожидал, что поступлю, и все четыре года очень старался, чтобы не вылететь. С тех пор изо всех сил борюсь со своей ленью. Вот и фигурное катание с таким упорством осваиваю! Сам не ожидал. Тренируюсь два раза в день, сейчас еду на “станок” делать “зарядку”, хотя это не обязательно.

 C  Необычный типаж в большинстве случаев был на руку?

 Г  Наверное, да. Хотя приемной комиссии в “Щуке” нравилось во мне все, кроме того, как я выгляжу. Они считали, что мне просто нечего будет играть. Практика показала, что в театре можно играть все что угодно, ведь этот мир сам по себе условный. Да и в кино уже играю роли, которые не прописаны изначально как “входит чернокожий человек...”.

 C  Вот мы все о работе, а давай о семье, любви и дружбе: как ты познакомился с Татьяной?

 Г На съемках музыкального фильма Василия Пичула “Кинофестиваль”. Она танцевала в балете. Я был очарован, правда, телефон взять постеснялся. Второй раз встретились на другой съемочной площадке. Тут уж я набрался смелости и... развязно попросил телефон. (Смеется.)

 C  И случился бурный, стремительный роман?

 Г  Не-е-ет! Полгода встречались, можно сказать, впустую. В кино ходили, в театр, общались, дружили.

 C  Надо же, есть еще романтические герои в русских селеньях!

 Г  Вынужден был им стать.

 C  Стихи читал?

 Г  Нет, не дошел до такой низости. (Смеется.) Актер располагает таким мощным арсеналом, чтобы обаять девушку! Профессия помогает только в одном: когда меня сильно “колбасит”, я волнуюсь, могу сделать вид, что расслаблен и вообще невероятно в себе уверен. Вот еду, курю и... Спокойно даю интервью.

 C  Какое животное изображална уроках в театральном?

 Г  Когда-то давно перед уроками я часами простаивал в Московском зоопарке перед клеткой с белоголовым орлом. 

 C  И реально ощущал себя белоголовым орлом?

 Г  Ну уж точно не белоголовым! Я подпрыгивал, и всем казалось, что взлетаю...