Права женщины

Такие авторы, как этот, на дороге не валяются. Они по ней ездят, и еще как! На свадьбе нашего героя, помнится, мы пили за его гениальные водительские способности (кто-то высказал предположение, что папа фигуранта посадил его за руль прямо по пути из роддома). И вот этому человечищу предстояло превратиться на день в женщину за рулем и почувствовать, каково это. Раньше единственной женщиной с именем &ldquo;Миша&rdquo;  была красавица Бартон. Теперь красавиц две. <br />

Cosmo Online редакция Cosmo.ru

Такие авторы, как этот, на дороге не валяются. Они по ней ездят, и еще как! На свадьбе нашего героя, помнится, мы пили за его гениальные водительские способности (кто-то высказал предположение, что папа фигуранта посадил его за руль прямо по пути из роддома). И вот этому человечищу предстояло превратиться на день в женщину за рулем и почувствовать, каково это. Раньше единственной женщиной с именем “Миша”  была красавица Бартон. Теперь красавиц две.

Пальцы веером

Моя женская история началась с визита в маникюрный салон, где мои пальцы стали длиннее на добрых двадцать процентов за счет ярко-красных ногтей. Именно в таком состоянии я отправился мыть машину, где, как мог, прятал руки в карманы и старался не смотреть в глаза сотрудникам автомойки, явно видевшим такого клиента в первый раз. Еле-еле открыв дверь автомобиля и попытавшись завести двигатель, я понял, чем женский автомобиль должен отличаться от мужского: все тумблеры, ручки и кнопки дамского авто просто обязаны быть больше. Минимум в два раза. Я не мог ни повернуть ключ, ни включить вентилятор и только с третьей попытки сумел застегнуть ремень безопасности! Так что настоящий женский автомобиль – это скорее какой-нибудь “Гелентваген” или “Хаммер”. А у меня синенький маленький “Матиз”.
Собирая меня, новоявленную женщину, в путь, мы всем Cosmo долго думали, какая масть больше подойдет начинающей автолюбительнице. Рыжая из меня получалась уж больно ненатуральной, блондинка – чересчур развратной, так что мне оставалось стать брюнеткой, и я ею незамедлительно стал. На месте груди у меня оказалось шестнадцать бумажных салфеток. Надо ли говорить, что второй размер меня никак не устраивал, но фоторедактор пресекла буйство моей фантазии. И мне пришлось довольствоваться тем, что, с позволения сказать, досталось от стилиста. Итак, четыре стандартные бумажные салфетки равны одной единице измерения груди, это закон! После того как был наложен последний слой туши на мои не знавшие такого с собой обращения, а оттого топорщившиеся в разные стороны ресницы, а вся редакция, вдоволь насмеявшись и нафотографировав меня на телефоны, выбрала мне имя Лиля, я отправился в путь.

Вполне себе Михаил

Кавалерийская удаль

Первой остановкой на моем маршруте была автозаправочная станция. Чтобы не выдать себя раньше времени, я на пальцах объяснял заправщику, какого сорта бензин мы с “Матизом” предпочитаем. А вот как без слов объяснить кассиру, что мне нужен полный бак, я так и не придумал, поэтому просто фальцетом пропищал: “Пятого до полной”. Это я уже потом подумал, что ни одна девушка так фразу бы не построила, и я был близок к провалу, но в тот момент мне хотелось провалиться под землю и было не до того.
Надо сказать, что вдобавок ко всей стрессовости ситуации я забыл с утра позавтракать, а когда мне накрасили губы, то уже не смог и пить. Так что на заправке я купил пакетик мармеладных мишек, которые, как оказалось, очень удобно отправлять в рот кончиками ногтей. И еще я заметил, что ногтями очень удобно чесаться. Непривыкший к тональному крему, я делал это достаточно часто, но это совсем ничего не значит! Ногти – это ужасно неудобно! А почесаться можно и ключом, и зубочисткой, и визитной карточкой на худой конец, если уж совсем невмоготу терпеть.
По правилам настоящей народной сказки красавица должна непременно попасть в беду. Это и стало моим следующим приключением. “Матиз” беспомощно замигал аварийкой и широко раскрыл рот. Я полез за знаком аварийной остановки и понял, что, если бы действительно был девушкой, то никогда не смог бы его собрать. Мне едва хватило сил, чтобы растянуть его железные скобы, похожие на составные части медвежьего капкана.
О ужас! Мне никто не захотел помочь! Никто не остановился! Ни пляска вокруг “сломавшегося” автомобильчика, ни усиленное дыхание на замерзающие руки, ни даже попытки самостоятельно заменить колесо не привлекли внимания московских кавалеров. В тот день у меня создалось впечатление, что это вовсе не кавалеры, а кавалеристы. Хотя, справедливости ради, ничего плохого настоящие кавалеристы мне никогда не делали… Я готов был заплакать. Хотя в моем случае плакать было категорически нельзя, да и вообще мужчины не плачут, поэтому я не плачу, а потею! Непослушный треугольник разобрать не удалось, он был отправлен в багажник прямо так.

Надрать за…

Ковырялочка

Все остальное время, которое я проездил в качестве девушки, я посвятил разглядыванию водителей в соседних машинах. Будучи мальчиком, я редко обращаю внимание на людей, вместе со мной двигающихся в пробке. Признаюсь, пару раз флиртовал с девочками, но из-за разных скоростей потока дольше тридцати секунд игра не затягивалась. Целенаправленно наблюдая за водителями автомобилей, я заметил, что многие из них совсем не смотрят по сторонам. Некоторые подпевают и танцуют в машинах, кто-то болтает по телефону, но что меня больше всего поразило, так это то, что очень многие ковыряют в носу: семеро шахтеров за один день! Даже не знаю, что хуже: разговаривать по телефону за рулем или все же, не нарушая правил движения, нарушать правила этики? Грустнее всего было ехать рядом с автомобилями с тонированными стеклами. Одна моя знакомая, долго размышляя, тонировать ли свой новый автомобиль или остаться законопослушной, решила выбрать последнее, разумно предположив, что в случае непроглядных стекол ее никто не сможет увидеть в ее красивой машине, а значит, она не сможет флиртовать! Возможно, это единственно действенный аргумент в защиту прозрачных стекол, так что прими к сведению.
Итак, я поправляю прическу и начинаю заигрывать со всеми мужчинами подряд. Да… я очень понимаю девушек, говорящих, что мужчины – жуткие тормоза. Конечно, я не красавица (хотя косметика творит чудеса), но настолько откровенное покусывание губ, теребление пряди волос и стреляние глазами, которыми я щедро одарял водителей, не могло остаться незамеченным. Безусловно, мне надо было потренироваться на воображаемом мужчине заранее, но, пока я был мальчиком, мне казалось это бессмысленным, а когда стал девочкой, было уже некогда. В итоге пусть и не скоро, но все же прекрасный рыцарь на салатовом седанчике (фу, я это вслух сказал?!) заулыбался мне в ответ. Он мне напомнил знакомого архитектора, так что именно так потом я его и называл, когда рассказывал об этой истории своим друзьям.
И вот наши машины поравнялись, мы смотрели друг-другу в глаза… Обстановка накалялась, я готов был открыть окно и пропищать в него что-нибудь важное, но он послал мне воздушный поцелуй и первым открыл окно… К сожалению, на этом история заканчивается, потому что я взорвался от смеха и сполз вниз на пассажирское сиденье. Так как у меня было письмо только для защиты от гаишников и совсем не было письма для защиты от “архитекторов”, то я решил не рисковать и ретироваться, пока он не сделал чего-нибудь еще.

Приехали