Космическая капсула: что такое капсульные коллекции и как они создаются

Виктория Ирбаиева, дизайнер и основательница марки VIKTORIA IRBAIEVA, делится секретами создания коллекции от зарождения идеи до момента воплощения, а также берет интервью у своей музы. Получилась космически интересная история!

Космическая капсула: что такое капсульные коллекции и как они создаются

Виктория Ирбаиева
Виктория Ирбаиева
Дизайнер

Как создаются коллекции?

Это самый-самый-самый частый вопрос, который мне задают люди.

И вот сейчас, мне кажется, есть отличный повод не просто рассказать, а проиллюстрировать весь путь создания одной небольшой коллекции — капсула КОСМОС.

Для начала уточню термины:

Коллекция — это достаточно большое количество изделий, связанных одной темой, стилем и сезоном: от 50 до 300 вещей, складывающихся в примерно 30−150 образов.

Капсула (или «капсульная коллекция») — это ограниченный набор связанных темой, стилем и сезоном вещей (от 7 до 35), также складывающихся в большое количество комплектов.

Тема коллекции — история, которая позволяет сразу понять замысел дизайнера и считывается без слов. Например, всем легко понятна и узнаваема морская тема, военная или отсыл к историческому периоду.

Стиль коллекции — отвечает на вопрос «для кого», ведь каждую тему можно представить и в стиле гранж, и в стиле спорт-шик, и в стиле ледилайк. Стиль коллекции определяет, какие формы, объемы и силуэты возможны в данной коллекции.

Сезон — это, конечно, то, в какой период эта коллекция будет актуальна в рамках модных тенденций этого сезона. Например, если коллекция осень-зима 17/18, то она должна соответствовать хотя бы одному из макротрендов этого сезона и, соответственно, легко сочетаться с продукцией других марок, работающих в рамках этого же тренда — обувь, украшения, сумки, одежда.

Итак, мы представим новую капсульную коллекцию КОСМОС сезона осень-2017

Почему я решила делать капсулу? Есть несколько причин. Во‑первых, это лаконичный и быстрый проект — в данном случае 6 изделий (3 свитшота, топ, юбка и брюки). Во‑вторых, это то, что надо на межсезонье: уже не лето, еще не осень. В-третьих, так звезды сошлись!

Тема

Каждое лето я провожу много времени за городом и каждый вечер любуюсь звездным небом — оно низкое, плотное, с яркими звездами, кометами и созвездиями. И каждый раз это напоминает мне вечера в пионерском лагере, когда мы зачитывались научной фантастикой и, глядя на звезды, представляли, как оно там, в полной тишине и пустоте.

Как-то в июне я любовалась звездами и переписывалась с потенциальным партнером — вышивальным производством. Мне прислали ссылку на выполненные уже работы или те, что в разработке у производства для собственных нужд. И я обнаружила ссылку на работы текстильного дизайнера Ольги Никич — давно слежу за ней, у Ольги потрясающие платки, которые она продает по всему миру. И у Ольги на сайте я увидела платок с планетами! И вот тут-то что-то щелкнуло! Тема!

Уже через 2 дня мы встречались втроем — я, Ольга и Анна (руководитель вышивального производства) — и обсуждали идею вышивки с аппликациями по эскизам Ольги на вещах нашего бренда. Темы — КОСМОС и ПАРАД ПЛАНЕТ — вертелись на языке, и мы начали переводить их в стиль и ассортимент. Но перед разработкой ассортимента и стиля всегда важно представить, кто будет носить эту коллекцию, кто героиня? И тут тоже долго искать не пришлось — героиня этой капсулы романтична и решительна, легко идет в новые для себя миры и достигает в них высот.

Героиня

По сути, это каждая покупательница одежды бренда Victoria Irbaieva, но тут у нас и «лицо капсулы» нашлось — Ирина Низовцева, настоящая Space girl! С одной стороны, Ира — профессиональный ученый: кандидат физико-математических наук, регулярно выигрывает престижные гранты и стипендии не только российских, но и зарубежных фондов. У нее свыше 40 публикаций в научных журналах. С другой стороны, Ира серьезно увлечена парашютным спортом и в ближайшие выходные готовится совершить свой 200-й прыжок! С третьей стороны, она мама двух прекрасных малышей (Остап, 6 лет, и Мия, 10 месяцев) и все успевает! Ну чем не Space girl?

Так что мы определились и с названием капсулы — КОСМОС, и со стилем и ассортиментом — это должны быть вещи удобные и эффектные, которые уместны в любой ситуации жизни Ирины, такой насыщенной и такой интересной.

Работа

В итоге я предложила ткани с эффектом мерцания звезд и бархата цвета ночного неба. Мы с Ольгой и Анной согласовали дизайн вышивки, добавили в нее элементы аппликации, и наша лаборатория подготовила образцы. Важно, что на этом этапе были определены все участники проекта: кто создает дизайн, кто разрабатывает лекала и конструкции, кто отвечает за декор, кто обеспечит отличную вышивку и качественный отшив — для отличного результата требуется не только хороший дизайн и успешный бренд. Наверное, 80% успеха зависит от исполнения: как будет сшита одежда, как будет выполнен декор, вовремя ли все произойдет, получим ли мы тот продукт, который придумали.

Тем временем Ирина продолжала тренироваться в 1000 км от Москвы на дропзоне Мензелинск вместе с командой парашютистов, а мы сняли лукбук нашей капсулы (увидеть его можно по ссылке)… Надеюсь, нашей команде удалось передать атмосферу мечты и полетов в космос!

Беседу-интервью мы провели в машине из аэропорта в аэропорт: она летела из Мензелинска в Грецию, на научную конференцию по физике. Ира — кормящая мама, и она неразлучна со своей маленькой дочкой Мией, поэтому для съемки у нас было 2 «окна» по 5 минут — такова насыщенность жизни Ирины, и мы ею восхищаемся!

Просто космос

Ирина, расскажи, что было раньше: наука или парашюты? Как такие два разных занятия могут сочетаться в одной хрупкой девушке?

Ирина: В определенном смысле и наука, и спорт были в моей жизни всегда, спасибо родителям. Я получила воспитание хорошей девочки, рожденной в СССР и росшей в «лихие», куда в обязательном порядке входили как участие в школьных олимпиадах по физике и математике, так и музыкальная школа и десять лет бальных танцев.

Активная стадия занятия наукой совпала с началом материнства, уже после защиты кандидатской. Кто-то начинает ловцов снов вязать, кто торты печь на заказ. У меня же потребность в созидании и творчестве нашла выход в разработке математических моделей для описания различных физических процессов и явлений (фазовые переходы — затвердевание/таяние льда и металлов). Песня «Между нами тает лед» стала моим профессиональным гимном! (Смеется.)

А с парашютами история началась, когда мне было 4 года. Мы семьей поехали в отпуск в сказочную Болгарию. Сказочную — потому что там было всё: черешня, горка в бассейн и парашют за катером, на котором полетела… моя старшая сестра. Мои длинные косы были заботливо острижены родителями накануне отпуска, поэтому «дядя водитель лодки» сказал: «Подрасти сначала, мальчик, а потом полетаешь!» Едва оправившись от шока, буквально двадцать лет спустя, я прыгнула свой первый «тандем». Назло дяде-водителю!

Однажды летним вечером у друзей на даче, разговорившись с другом парашютистом, я случайно узнала, что на ближайшую дропзону прилетел АН-28, который даёт высоту 4 км, а это почти минута свободного падения перед открытием купола! Уже на следующий день я была записана во взлёт. Через месяц прыгнула второй тандем… Потом еще один… И стало понятно, что я пропала — в лучшем смысле этого слова, «заболела небом», влюбилась. Точнее, чувства были всегда, но только тогда стало понятно, насколько они сильны и взаимны. Прыжки наполняют меня чистым счастьем.

Сколько у тебя уже прыжков?

Ирина: По меркам парашютного спорта, я еще совсем малышка. Если небесам будет угодно, буквально в следующие выходные отмечу юбилейный двухсотый прыжок. После двухсотого прыжка, кстати, на горизонте разрешение прыгать с камерой и в вингсьюте.

Я была на дропзонах в России, ОАЭ, Германии и США. В планах прыгать много, качественно, безопасно и с удовольствием, а это означает постоянную работу над собой — как самостоятельную, так и с тренером, с командой, а также налёты в аэродинамической трубе. Труба — это отдельный фан и кайф. Это тоже полет, но он подходит в том числе для тех, кто летать под куполом по какой-либо причине не может или не хочет.

Как люди относятся к твоим, скажем так, «не совсем традиционным» увлечениям?

Ирина: Честно говоря, когда посторонние люди спрашивают меня, чем я занимаюсь, то я нередко представляюсь фэшн-дизайнером. Потому что даже «я — математик» зачастую может вызвать удивление и порой недоверие, а про прыжки я на первых порах совсем молчу, ибо столько вопросов сразу рождается у собеседника, что small talk не обойтись. А друзья знают, что я работаю в модельном бизнесе (смеется), просто «модели» у меня — математические!

Многие читатели, скорее всего, ни разу не прыгали — расскажи нам, как проходит прыжок?

Ирина: На разных дропзонах есть свои ритуалы, например, можно увидеть группу парашютистов, которые во время разбежки самолёта по взлётно-посадочной полосе хлопают в ладоши и машут руками, «помогая» самолету взлететь.

При этом у каждого парашютиста есть свое заранее согласованное задание на прыжок: кто-то с коллегами по воздушному цеху будет собирать в воздухе определенную фигуру, кто-то «сидит» или «стоит на голове», кто-то сразу открывает парашют и отрабатывает управление куполом. Прыжки — это прежде всего удовольствие, их оригинальность ограничена только требованиями безопасности и фантазией спортсменов, а она, в свою очередь, границ и горизонтов практически не имеет. Все действия в обязательном порядке отрабатываются на земле, чтобы во время выполнения прыжка и, в частности, в случае возникновения нештатной ситуации, отказа, помимо головы чётко отработала бы мышечная память тела, обеспечив спортсмену безопасное возвращение на планету. Относительно чувства страха могу сказать, что на начальном этапе самые щекотливые ощущения у меня возникали в момент открытия двери перед началом выброски. Представьте себе, вы сидите в самолете и у самолета … открывается дверь! Но в следующую секунду ты уже встаешь, производишь еще один контрольный осмотр снаряжения и готовишься к выполнению задания на прыжок, который заканчивается не в момент касания земли, а когда спортсмен приносит парашют на укладку и готов записаться в новый взлет. Многие так и делают. Мой личный рекорд — 12 прыжков за день!

Что в воздухе самое главное?

Ирина: Как это ни банально, расслабиться и получать удовольствие! Звучит просто, но на деле это непросто даётся новичкам. Напряженное тело теряет контроль в воздухе, и его сложнее стабилизировать. На начальном этапе обучения самостоятельным прыжкам твои действия контролирует инструктор. Нужно выйти из самолета, лечь на живот и принять так называемую «позу банана», прогнув спину. Как только новичок с этим справляется — это уже успех! Дальше — получение удовольствия и наработка прыжкового мастерства, а этим можно заниматься бесконечно!

Ирина, про воздух мы поняли, главное расслабиться. А как ты считаешь, что самое главное в жизни?

Ирина: Необходимый минимум: cвобода, счастье, влюбленность, лёгкость, уважение, азарт и… улыбка! Еще бы добавила к этому списку некое «непрерывное мечтание». Это помогает отталкиваться от земли и лететь вперёд, вверх — вопреки законам гравитации! Если бы кто-то мне 5 лет назад сказал, что я буду прыгать, я бы не поверила. А ведь это так близко к реализации моей мечты детства «стать космонавтом»! Поэтому я мечтаю непрерывно и без ограничений. Небо далеко — небо рядом!

Виктория Ирбаиева, irbaieva.com

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария