Семен Слепаков: «Я звезд стесняюсь»

Семен Слепаков — кавээнщик в прошлом, продюсер скетчкома «Наша Russia», сериалов «Универ» и «Интерны», а также резидент Comedy Club в настоящем — может шутить с таким каменным лицом.

Семен Слепаков: «Я звезд стесняюсь»

Если смотреть на Семена Слепакова по телевизору, не включив звук, можно подумать, что этот неулыбчивый человек с гитарой исполняет песни комсомольских лет или отчитывает кого-то в зале. Но зал при этом хохочет — и без звука понятно. Потому что только Семен — кавээнщик в прошлом, продюсер скетчкома «Наша Russia», сериалов «Универ» и «Интерны», а также резидент Comedy Club в настоящем — может шутить с таким каменным лицом. А еще писать очень смешные сценарии, грустно уткнувшись в комп, и только один раз засмеяться в нашем интервью. Вот что значит постоянство!

Семен, а почему ты несколько раз переносил интервью?
Все просто: много работы. У нас сразу несколько проектов снимается, был форс-мажор, что-то срывалось, приходилось где-то присутствовать.

К интервью как-нибудь готовишься? Думаешь: так, что я расскажу?
Я всегда думаю: наверное, спросят «Как вам все это удается?». А я буду лечить всех, говорить какую-нибудь ерунду, которую всю жизнь говорил. Вообще, я стараюсь всегда отвечать на вопросы откровенно, но потом прошу выслать интервью и читаю, перечитываю…


Ты и фотосессию просматривал. Тебе важно, как ты будешь выглядеть на страницах журнала?
Я неискушенный во всем этом человек. У меня полгода назад была фотосессия в журнале Maxim, и у вас — вторая. Мне все это в диковинку, интересно.

И как тебе мир глянца, в который ты постепенно попадаешь?
Не попадаю и категорически не хочу в него попадать. Я сильно удивлен, что так много участников фотосессии. Думал: придет один фотограф, снимет — и все. А у вас как на съемках фильма.

На днях смотрел в Интернете твои выступления и думал, что ты за человек. Мне показалось, что у тебя есть такая черта характера, как тщеславие, или даже самодовольство. Верно?
Ты первый, кто так говорит. Вообще-то я скромный. И эти все мои улыбочки, гримасы скорее от неумения вести себя на публике и от волнения. Я всегда очень нервничаю. Хотя, когда что-то получается хорошо, я собой доволен. Не скажу, что тщеславие мне чуждо, но все же думаю, что я не самый тщеславный человек в этом городе.

С годами-то волнения должно поубавиться…
Оно никуда не уходит. И зависит от многих факторов: давно ли ты выходил на сцену последний раз, уверен ли в том, что хочешь сделать, потому что иногда делаешь что-то рискованное. Важно, перед кем ты выступаешь. Вот пою я песню в Comedy Club. Обычно снимается две программы в день — одна в 17:00, другая в 21:00. Наши звездные гости «первого эшелона» чаще подтягиваются к девяти. Я до сих пор их немного стесняюсь. Поэтому публика, которая приходит к пяти, мне ближе, перед ними выступать комфортнее.

Любопытно, что человек из Comedy Club признается, что стесняется звезд. Кажется, в этом шоу довольно панибратское отношение к ним.
Я не человек из Comedy Club. Я просто давно дружу с ребятами, работаю, у нас много совместных проектов с Гариком Мартиросяном. Я себя считаю скорее специальным гостем Comedy Club. Просто есть у меня такая отдушина — песни петь. А поскольку я не являюсь артистом, то мне всегда немного стремно.

А ты изменился за десять лет после КВН?
Очень сильно, и в лучшую сторону. 10 лет назад я был парнем из Пятигорска, которому никто, кроме родителей, не говорил, что он что-то из себя представляет. Сейчас у меня появилось главное — уверенность в своих силах. Но тщеславия нет. Просто я начал наконец-то с собой уживаться.

Чем для тебя является родной Пятигорск?
Это моя родина. Пятигорск — это милый курорт, воспетый Михаилом Юрьевичем Лермонтовым. До того как увидел другие города России, я этот город не любил.

Москву, наверное?
Нет-нет, Москву я очень люблю. Я о других. Теперь я точно могу сказать, что Пятигорск — один из лучших городов, где мне пришлось бывать, да простят меня жители других мест. К тому же в Пятигорске живут мои родители, друзья, и я стараюсь бывать там раз в месяц, чтобы повидать всех.

А поэтесса Нонна Слепакова не твоя родственница?
Нет, и я даже не знаком с ее творчеством. Просто знаю, что была такая детская поэтесса, очень известная. Вот кто точно мой родственник, так это Яков Костюковский, автор сценариев фильмов Гайдая. Он мой двоюродный дедушка. Яков Аронович, к сожалению, недавно умер, немного не дожив до 90 лет. Мы с ним, кстати, родились в один день — 23 августа. Мне всегда это страшно льстило.

Чем в студенческие годы для тебя был КВН?
КВН заполнил собой некую пустоту, ощущение безысходности. Я не знал, куда себя деть. А чувство, что нужно что-то срочно делать, мешало наслаждаться жизнью. Еще очень хотелось нравиться девочкам. И поскольку мне совершенно нечем было привлечь представительниц, как я недавно придумал, «слабого и тем прекрасного пола», на помощь мне пришли КВН и музыка. У нас была своя группа. Я пел песни под гитару, сначала на концерте, потом в общежитии, предварительно заправившись водкой. В общем, все радости студенческой жизни не обошли меня стороной.

Что за группа у вас была?
Мы ее создали еще в школе с моим другом Володей Якубовым. И планировали к 22 годам стать такими же популярными, как «Битлз». Но время шло, ничего существенного не происходило. Мы стали волноваться. Битлы-то в нашем возрасте уже несколько пластинок записали. Потом я успокоился. Понял, что мы их, наверное, уже не догоним, надо двигаться своим путем.

Девочкам стал нравиться?
Нет. Наш репертуар был далек от девчачьей аудитории, был не в тренде.

Насколько остро для тебя сейчас стоит вопрос медийности? С одной стороны, ты сценарист и продюсер, то есть человек из-за кулис, с другой — артист, музыкант.
Я считаю, что медийность должна быть искренней. Пусть она будет у меня такой, какая есть. Конечно, глупо в интервью Cosmopolitan говорить, что ты не хочешь давать интервью в журналах. Но на самом деле так и есть. Я не хочу посещать светские рауты, видеть себя на маленьких фотографиях в хронике на последних страницах. Я хочу просто заниматься тем, что мне интересно. А мне интересно писать песни и их петь. Вот я пишу и пою. Параллельно мне нравится придумывать сериалы со своим другом Славой Дусмухаметовым. Может, завтра мне станет интересно что-то другое, тогда я этим и займусь. Главное, чтобы сделанное находило отклик у людей.

Твое творчество вроде находит.
Да, есть такое. Я считаю, что это большая удача. Ведь многие творческие личности не получают зрительской любви не потому, что делают что-то плохо, просто их творчество не всегда совпадает с общим, массовым, коллективным.

Скажи, ваша команда определяет телеканал ТНТ, или телеканал ТНТ определяет вас?
На ТНТ работают адекватные люди, с которыми приятно сотрудничать. Мы смеемся с ними над одним и тем же. Канал в принципе не выстраивает никакой политики. Никто не говорит нам, что в шутке обязательно должно присутствовать, например, слово «жопа» или чтобы все было резко. Просто ТНТ показывает современную жизнь, то, что происходит здесь и сейчас.

Ты согласен с тем, что нынешний КВН сдулся из-за появления Comedy Club?
Я так не считаю. КВН не может сдуться, потому что там абсолютно бескорыстная, чистая, молодая энергия. Люди, играющие в КВН, не испорченные, они искренне хотят быть веселыми, жизнерадостными. А такое не может сдуться. Но, конечно, сейчас все становится более размытым. Сегодня многие молодые люди имеют возможность играть в КВН и одновременно зарабатывать написанием сценариев, программ.

Как тебе кажется: сложнее проект придумать или пробить?

Однозначно придумать. Хотя, когда мы играли в КВН, у нас тоже много было разговоров о том, что кругом одни взятки. Это фигня. Не было команды, которая достойно выступила бы в Сочи, а потом никуда не пробилась. Если у тебя есть что-то достойное, то оно обязательно найдет свой путь на экран.

А нет ощущения, что достойного много, просто люди не могут донести это до продюсеров?
Очень мало хорошего. Много такого, что «вроде что-то есть»: автор не лишен здравого смысла и кое-что умеет. Но чтобы сделать хороший проект, требуется очень много составляющих. Хорошая идея, хорошее воплощение, писательский навык… Надо быть гением в чистом виде, чтобы вот так сесть и сразу написать хороший ситком или сериал. А простой смертный сначала будет работать автором, который пишет диалоги. Потом войдет в креативную группу и начнет придумывать сценарии, а постигнув форму, азы, наконец-то возьмет свои идеи, которые скопились за много лет, и вычленит из них что-то более-менее здравое.

Ты и диалогистом работал?
По сути нет, но я набивал руку на скетчкоме «Наша Russia». Все диалоги писал сам. Мне ребята, конечно, помогали, но я все равно процентов 80 после них переписывал. Когда мы со Славой придумали сериал «Универ», то первые 12−15 серий тоже целиком написали сами. Вообще, я понимаю, что в большой индустрии разделение на сюжетчиков и диалогистов необходимо, но нет большего удовольствия, нежели придумать проект и написать все самому. Потому что никто лучше тебя его не почувствует.

Ты пробовал когда-нибудь написать что-то драматическое, трагическое?
Пока нет, но наверняка попробую. Потому что комедия и трагедия — очень близкие вещи. Недавно читал интервью замечательной сценаристки Зои Кудри, и она рассказывала, что дает своим студентам задание: предлагает сюжет, который нужно рассказать и как комедию, и как трагедию.

Тебе российское кино нравится?
Я песню пел об этом на «Нике».

Песня сдержанная вышла. Мог бы и пожестче.
Меня попросили, чтобы я немножко обуздал свой нрав. И в этом был резон: в зале сидели люди, которых я очень уважаю и которые не виноваты в том, что российское кино в полной ж… Мне наше современное кино в целом не нравится. Люблю отдельных режиссеров. Некоторые фильмы. А вот советское нравится, особенно картины Георгия Данелии. Российское кино какое-то потерянное, мне кажется, люди не знают, о чем они хотят рассказать. Отсюда такое обилие картин на исторические темы. Там все понятно и основано на фактах. Артхаус наш я тоже не люблю. Эти фильмы вызывают во мне бешенство, боль, тоску, гнев, скуку, в общем, ничего хорошего. Но мне очень нравится Балабанов. Он рассказывает истории. Это очень большая разница: когда человек спекулирует на твоих нервах, эмоции вытягивает, и когда рассказывает тебе интересную историю.

Давай о музыке еще поговорим. Пишут о тебе: продюсер, сценарист и с некоторых пор — бард.
А что такое бард? Человек, который сам пишет песни?

«Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались…»
Тогда получается, что я всю жизнь над бардами шутил. У нас в КВН даже были смешные «домашние задания» о бардах, тех самых, что лесные, в кедах.

Не зовут ли тебя на Грушинский фестиваль?
Не зовут. Эти душевные посиделки у костра — не мое. Но есть другие барды: Высоцкий. Булат Шалвович Окуджава опять же. Некоторые стихи Галича очень хороши.

После песни «Обращение к акционерам „Газпрома“ тебе эта компания что-нибудь предложила?
Нет. Но я знаю, что они отнеслись к песне с юмором, и такая реакция меня вполне устраивает.

Какие тебе нужны условия, чтобы писать, работать?
Разные. Но все-таки хочется комфорта. Не в смысле роскоши, а чтобы никто не трогал, мозг не выносил.

Интересно, как ты реагируешь на шутки: сдержанно улыбаешься или хохочешь?
Когда смешно, я смеюсь.

У тебя семья есть?
У меня — нет.

Тебе женщины какими кажутся?
Ну ради них — все. Как поет Стас Михайлов.

Почему говорят, что у мужчин чувство юмора развито лучше, чем у женщин?
Наверное, у женщин немножко другая психология. Им все это менее интересно. Женщина — по натуре созидательна, а юмор — это же по сути разрушение, искажение реальности. Женщина нацелена на обратное.

Значит, стремясь заинтересовать женщину, ты делаешься серьезным и, как следствие, созидательным?
Нет, я шучу. Они любят, когда шутишь. Просто раньше я неправильно делал — над ними шутил. А вот этого они терпеть не могут. Когда я в институте учился, то, чтобы девушкам понравиться, ходил и подкалывал их. Они теряли ко мне интерес через две минуты. Так что я перестал.

А вот это: „Встала баба на весы,
…сняв с себя одежду. Украшенья и трусы, затаив надежду…“ — это не о них шутка?
Песня женщинам, кстати, очень нравится. Они узнают в ней себя. Хотя я ее придумал, когда сам встал на весы. В трусах, правда.

Песня-загадка

„Где российское кино?“
Где российское кино? Там, где тесно и темно,
там, куда идут, когда говорят идти туда.
Там снимают фильмы, но
нету новых „Мимино“,
и российское кино плотно там уже давно.
● ● ●
Там „Самый лучший фильм“, „Любовь в большом городе“ там,
а также „Гитлер капут!“ и новый „Служебный роман“,
там „Самый лучший фильм — 2“, „Любовь в большом городе — 2“ и много других затей на миллиарды рублей.
● ● ● ●
Ника-ника, никогда у нас не снимут „Аватар“.
Ника-ника, никому у нас не нужен этот геморрой.(…) Расскажи, кто нынче в топе
в нашей русской кинопопе,
свет в конце тоннеля нам открой.
● ● ●
Тяжело спасти кино, быть привыкло там оно,
там уютно и тепло, и приличное бабло.
Но я верю все равно,
что российское кино
через годы иль века свет увидит, а пока…
● ● ●
Там „Мушкетеры“ сидят, зря возвратившиеся,"Елки» оттуда торчат, почти получившиеся,
и «Предстояние» с мигалкою ездит там,
и там же «Яйца судьбы», которые снял я сам.

Смотри ролик, как мы делали это интервью с Семеном Слепаковым!

Беседовал с Семеном Слепаковым Андрей Захарьев
Благодарим ресторан White Rabbit за помощь в проведении съемки.

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария