Бьорн Ульвеус — тот самый из ABBA

Легендарный солист ABBA и продюсер мюзикла Mamma Mia! поделился с нами своими воспоминаниями и планами и секретом, как провезти черную икру через границу!

Бьорн Ульвеус — тот самый из ABBA

Ровно 40 лет назад ваш квартет впервые собрался вместе. Тогда даже еще толком не было названия ABBA. Какие воспоминания и ощущения от первых дней творчества спустя почти полвека?
Бенни и я встретили двух девушек, мы были двумя парами. Мы даже не думали организовывать группу, прошло три-четыре года наших отношений, прежде чем образовался коллектив, который все узнали как АВВА.

Когда мы только начинали работать в студии в первые годы, звучали как Фил Спектор: послушайте песню Ring Ring, поймете о чем я. «ОК, получилось. Давайте попробуем что-нибудь еще». Мы все время пробовали новые стили. Мы не могли повторяться, не могли себе этого позволить. В этом вся суть Бенни и меня: не останавливаться, еще шаг вперед, еще что-то и еще… И так за Mamma Mia появляется Fernando, за ней Dancing Queen — и все они в разных стилях. Мы с Бенни были такими плавильными котлами для всего, что слышали!

Я помню, что про нас писали поначалу музыкальные критики: музыка слишком легкая, барахло и вообще ничто, АВВА, убирайся! Ну и что в итоге?

Была ли ABBA продюсерским или маркетинговым проектом? Или все происходило стихийно и спонтанно?
Наш продюсер Стиг Андерсон обнаружил мою первую группу The Hootenanny Singers еще задолго до того, как его имя стало ассоциироваться с АВВА. На первых порах он участвовал и в сочинении песен. Но вот на формирование группы он никакого влияния не оказывал. АВВА сложилась очень органично и естественно! Стиг в этом не участвовал — он, конечно, остался менеджером, но в общем-то не был какой-то основной силой, выведшей нас в мир. Менеджер, вдохновитель, учитель, соавтор…

Как сложилась судьба остальных членов группы?
К концу семидесятых годов нам стало ясно, что АВВА движется к закату — творческая энергия, бившая ключом на протяжении четырех-пяти лет, стала уже не та. Мы с Бенни хотели писать мюзиклы. Просуществуй группа еще, и тогда, возможно, не было ни «Шахмат», ни Mamma Mia! Девчонки — Фрида и Анни-Фрид — тоже хотели заниматься сольными карьерами. Так что время разбежаться нами было выбрано правильно. И последний альбом ABBA Visitors вышел удачный. Мы им как бы сказали зрителям: «Прощайте — и спасибо!»

Правда, мы тогда вчетвером договорились, что как-нибудь еще объединимся вместе для других проектов. Но, как часто это бывает, дальше разговоров так и не пошло. Каждый увлекся своим делом. Знаете, открою вам правду: тогда, в 1982 году мы приняли решение прекратить совместную работу, и я был уверен, что это ненадолго. Разбежимся на какое-то время, отдохнем друг от друга, что-то поделаем самостоятельно, а затем вновь соединимся. Но не получилось. История каждого из нас не раз описывалась в прессе. Скажу только, что сейчас у меня много бизнес-проектов в Стокгольме. Я могу заниматься тем, что хочу. Живу нормальной жизнью: в конце концов, у меня четверо детей и пять внуков. Старшая дочь Линда — актриса, сын Кристиан — в компьютерном бизнесе, занимается программированием. Кстати, у меня есть еще двое детей от нынешнего брака с Леной Каллерхе, она работает рекламным копирайтером. Это Эмма, мечтающая стать издателем книг, и Анна, которая хочет быть учительницей. Мне этого вполне хватает.

А правда, что Алла Пугачева должна была петь роль жены шахматиста Корчного в вашем мюзикле «Шахматы»?
Конечно, нет. Но с Аллой Пугачевой я знаком. Алла была достаточно популярна в нашей стране в 80-х. Она дружила с парнем со шведского телевидения, он-то и представил ее нашей аудитории (Якоб Далин, ведущий музыкальной программы «Лестница Якоба». — Прим. ред.). С самой же Пугачевой мы встретились в Москве в году 82−83-м, когда вместе с Бенни и Тимом Райсом, автором мюзикла «Иисус Христос — суперзвезда», собирали материал для мюзикла «Шахматы». Помню, Алла пригласила нас к себе домой, мы пели застольные песни: я с Бенни — шведские, она — русские. Алла накрыла богатый, типично русский стол с закусками и, главное, с черной икрой! Она нам так понравилась, что мы решили прихватить несколько килограммов этого деликатеса с собой в Стокгольм. Однако сделать это было невозможно, поскольку вывоз такого количества икры из СССР был запрещен. Но Алла сказала: «Я вам помогу!» Надеюсь, сегодня эту историю уже можно рассказать? В итоге она вместе с нами приехала в аэропорт. Ее, разумеется, тут же узнали и сразу обступили.

Пока Пугачева со всеми общалась, раздавала автографы, мы с Бенни потихоньку прошмыгнули за спинами таможенников. Я до сих пор благодарен Алле за то, что она тогда сделала для нас. Ту икру мы ели, кажется, целую вечность!

Как возникла идея мюзикла Mamma Mia?! Легко ли вам было согласиться на инициативу Джуди Крамер?
Идея висела в воздухе уже лет десять. Я тогда сказал будущему продюсеру Mamma Mia! Джуди Креймер: «Можно обсудить. Но если принесешь хороший сценарий». Еще задолго до этого планировалось, что по песням АВВА будет сделана театральная постановка, а не телешоу. Мне показывали тот сценарий, но он был настолько паршивым, что сразу получил отказ. А потом меня познакомили с Кэтрин Джонсон и я увидел потенциал в этом деле, неожиданно! Это была трудная задача: ей приходилось прослушивать все записи ABBA, чтобы собрать их все воедино. Я сказал ей, что она может использовать все песни, но не может менять ни строчки в стихах. Никто такого прежде не делал. Она написала несколько вариантов сценария, вместе с продюсером Джуди Кремер мы их дорабатывали, обсуждали, спорили, она переписывала, мы вновь перечитывали, она снова переписывала. Но если вы прочтете сценарий, то увидите, что стихи песен — это часть драматургического сюжета, через песни герои рассказывают свои истории, как и должно быть в мюзикле. Назвать это представление просто перепевкой песен нельзя, у старых песен появился совсем иной смысл, потому что за словами стоят герои, а за ними — жизненные истории. Старые хиты стали частью диалога, и это очень важно. Если кто-то и подтолкнул все вперед, то это была Кэтрин!
В Mamma Mia! у нас известные песни, но я в данном случае отвел им второстепенную роль. На первом месте должна была быть правильная, подходящая история. Многие потом делали мюзиклы по подобию Mamma Mia! — jukebox musicals, — и многие потерпели неудачу. Все из-за того, что недооценивали сюжет, пусть даже песни были хороши. Главное — история, и уже потом песни.

И в то же время случайно я побывал с младшими дочерьми в Греции. А Греция чем-то напоминает Mamma Mia! — в ней царит атмосфера беспечности и веселья. И понял: вот оно! Поехали!

Ваши ощущения от приезда в Россию и премьеры в 2006 году?
Когда на премьере я впервые услышал свои песни на русском языке, я не мог оторваться, я был просто в восторге! Для меня стало полным потрясением, что по‑русски песни зазвучали более… торжественно, гораздо серьезнее, чем они слышались на английском! Русский язык очень мелодичный, вы, русские, вообще любите петь, особенно хором — это ваша национальная особенность.

Фото и текст: Stage Entertainment Russia

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария