Те же дети

Сексуальное воспитание – вопрос тонкий и неоднозначный. Поначалу этот нелегкий груз ложится на родительские плечи, а потом как-то незаметно роли меняются – и уже нам приходится серьезно и деловито или легко и непринужденно вносить корректировку в их мировоззрение и словарный запас.
Те же дети

Сексуальное воспитание – вопрос тонкий и неоднозначный. Поначалу этот нелегкий груз ложится на родительские плечи, а потом как-то незаметно роли меняются – и уже нам приходится серьезно и деловито или легко и непринужденно вносить корректировку в их мировоззрение и словарный запас.

Папа замужней Риты, увидев на шее у 
дочери засос, взволновано спросил:
«Рит, а ты псориаз-то лечишь?»

Есть и другой тип родителей, для которых тема секса остается запретной не только до окончания пубертата собственного ребенка, но и до самой его старости. Даже своей беременной невестке Кате Татьяна Петровна вешала на уши благопристойную лапшу, что разница у ее детей чуть меньше года исключительно потому, что “ей всю жизнь мечталось, чтобы разница у детей была чуть меньше года”. Но Катя решила покончить раз и навсегда с околосексуальными табу в семье и как ни в чем не бывало выдала: “Да ладно, Татьяна Петровна, наверняка ведь залетели!” И тут же, поглаживая семимесячный живот, участливо поинтересовалась: “А что же аборт не сделали?” Красная как рак, но ментально обновленная, Татьяна Петровна пробормотала что-то насчет того, что время было не то, да и вообще... и поспешила ретироваться. С тех пор она предпочитает разговаривать с Катей исключительно о предстоящем похолодании и ценах на молоко.

Аля, как порядочная девушка, до тринадцати лет во время постельных сцен по телевизору срочно отправлялась на кухню за чашкой воды для папы, с которым случался неожиданный приступ жажды, или за конфеткой для мамы. В их семье секса не было, и если бы не отъезд старшего брата из дома, то так бы и не появилось. Но как только брат вышел за порог, Аля, решившая действовать по принципу “если не они меня, так я их”, тут же усадила родителей за совместный просмотр чего-то фривольного (вряд ли немецкого порно, но, быть может, французской мелодрамы, где нет-нет да и промелькнет голая женская грудь) и стала медленно, но верно приучать родителей к мысли о том, что секс все-таки есть – и он настоящий. Изумлению вернувшегося брата не было предела: из телевизора доносились громкие стоны, а мама, игриво пихнув сына локтем, поинтересовалась, каковы его успехи на сексуальном фронте...

То, что взрослые дети, официально зарегистрировавшие свои отношения, не просто исполняют свой “супружеский долг”, а еще страстно целуются, занимаются оральным сексом и играют в “ролевые игры”, наверняка тоже стало бы откровением для некоторых из наших “предков”. Папа замужней Риты, увидев на шее у дочери засос, взволнованно спросил: “Рит, а ты псориаз-то лечишь?” Но смущенные объяснения пунцовой, как спелая вишня, Риты, что это не то чтобы псориаз, а кое-что такое, что бывает, когда люди очень сильно любят друг друга, заставили краснеть уже папу. Читать двадцатипятилетней дочери мораль о том, что засосы – пошло и некрасиво, папа не стал, ограничившись печальной репликой о нравах современной молодежи и коронным “н-да, вот в наше время...”. Теперь Рита – страстная поклонница крупных бус и водолазок с высоким горлышком, а ее папа – страшно продвинутый человек, который в курсе, что в наше время сексуальной необузданности даже благопристойные мужья клеймят засосами своих благопристойных жен.

«Слушай, а кто такой куннилингус?» —
«Ты знаешь, это что-то знакомое. Я знала, но забыла».

Кто такой этот куннилингус

Мою продвинутую маму, которую искренне любят все мои друзья, вроде как сексуально воспитывать никогда не было особой необходимости. Мы читали одни и те же книжки и журналы и вроде бы находились на одном уровне сексуального образования. Но, как оказалось, мама училась не так прилежно, как я. После моей статьи в декабрьском номере Cosmo про секс с Васей, которая маме, мягко говоря, не сильно понравилась (и ее можно понять), она позвонила мне с работы и как ни в чем не бывало поинтересовалась:
– Слушай, а кто такой этот Куннилингус?
От неожиданности я чуть не подавилась. Я помню, как героически мама справилась с моим вопросом про мастурбацию, но я, кажется, не способна повторить ее подвиг. И решила сопротивляться до последнего:
– Мама, ты же читаешь наш журнал – там это слово на каждой странице. (Утрирую я.) Значит, ты невнимательно читаешь? — увиливаю от ответа.
– Да ладно, скажи уже, что это такое.
– Спроси еще у кого-нибудь! — не выдержала я.

Моя мама, женщина, как вы помните, продвинутая и не стесненная условными приличиями, не вешая трубку, поинтересовалась у своей коллеги. “Ты знаешь, это что-то смутно знакомое. Я знала, но забыла”, — сказала (наверное, морща лоб) коллега. “Тогда я у Пети спрошу!” — решила мама. Мамин рабочий день прошел под знаком “куннилингус”. Я даже не выдержала и позвонила ей через пару часов, чтобы узнать об успехах дознания, но к тому моменту Петя, единственный в коллективе, кто обладал священным знанием, еще не сдался и на мамины провокации “не хочешь говорить, тогда покажи” не реагировал. А вот некоторые родители к самообразованию стремятся и вопросы задают с неподдельным энтузиазмом и искренним интересом. И результаты этого процесса порой оказываются крайне неожиданными. В жизни Маши имел место частный случай с характерным названием “Мама и гомосексуалисты”. “Отношения этих двух групп населения начались довольно давно – на первом курсе я подружилась с двумя геями, Пашей и Сашей, — рассказывает Маша. — Оба красавцы и умницы, часто бывали у меня дома – так что мама, не долго думая, начала радостно резвиться на воображаемом поле выдачи меня замуж. Я охладила мамин пыл, открыв ей глаза на то, что Саша и Паша – они, “эээ, не той ориентации”. Мама, взяв паузу на размышление и осмысление, поохала и удалилась. А через пару дней, улучив удобный момент, мама подкралась к Маше со спины и, стесняясь, спросила: “Слушай, а вот твои друзья... скажи... кто из них пассив, а кто...”

В общем, родители бывают разные: кто-то к сексуальному образованию всей душой стремится, кто-то и так вполне образован и лишь походя задает шокирующие вопросы, чтобы не выпадать из контекста, кто-то образовывается собственными и не очень детьми насильно, а кто-то до сих пор пребывает в твердой уверенности, что секс на первом свидании и секс втроем – досужие вымыслы умственно отсталых людей. И разрушать эту святую уверенность было бы просто преступлением.

Фото: Tamara Schlesinger