Наша марка

Дизайнерский дуэт NINA DONIS
Наша марка

Основатели модного бренда NINA DONIS Нина Неретина и Донис Пупис входят в число 150 самых влиятельных дизайнеров мира, да к тому же являются семейной парой. Вот уже более 10 лет они – одни из главных российских модных трендсеттеров. Как им удается договориться и не погрешить против вкуса, Нина и Донис рассказали нашему корреспонденту.

Как вы познакомились?
 Нина  Мы сразу друг друга заметили, сразу понравились и сразу стали дружить. В прошлом году отмечали 20-летие.

Долго решались работать вместе?
 Донис   А это само собой получилось, сначала дружили, потом начали делать проекты вместе, вместе писали дипломы. Тема была: «Городской костюм с элементами спортивной одежды».
 Н   Мы делали полуспортивные вещи для города, тогда в моду вошла лайкра.

Это было что-то новенькое?
 Д   Ну, нам тогда так казалось в стенах нашего института. Кстати, мы к нему имеем большие претензии. Основная в том, что он не раскрепощает и не помогает найти себя и свое видение. Там всех стригут под одну гребенку. Конечно, были и прекрасные педагоги, но вся система, на наш взгляд, неправильная.  Недавно мы ходили туда искать себе ассистента – ничего не изменилось! Самыми лучшими студентами там были и остаются те, кто делает как все. Мы знаем, что в хороших западных школах, наоборот, основная цель обучения в том, чтобы помочь раскрыться индивидуальности в каждом, учат слушать себя, отстаивать свою точку зрения. Это самое ценное в дизайнере.

Что тогда вас формировало?
 Д   Наверное, наше общее желание делать то, что нам нравилось. К тому же началась перестройка, стало больше свободы. А мне вообще нечего было бояться: меня не могли отчислить – я иностранец! Я сначала этого не знал, а потом усек, что меня не выкинут.
 Н   Донису, как иностранцу, очень много позволяли делать. И единственные, у кого были интересные работы, – это иностранцы. Они не все были сильные, но они были разные. Это и интересно. Они были другие, и им ничего не говорили. А если мы начинали фантазировать, то всегда имелись рычаги, чтобы вернуть нас в рамки.

Так чем вы друг друга зацепили?
 Н   Если говорить про первое впечатление – внешность. Донис крутой был такой, панковал.
 Д  За километр видно было! Сейчас я иногда посмеиваюсь над молодежью, хотя сами
были такими же.

А по темпераменту Нина интроверт, а вы, Донис, экстраверт?
 Д   Нина точно интроверт. Не знаю, насколько я экстраверт, но я более эмоциональный, вспыльчивый, а Нина более сдержанная.

Если брать создание коллекции, кто придумывает ее цвет, главную идею?
 Н   Начинаем всегда вместе. Вместе решаем, что это будет за коллекция, какая тема и т.д.
Потом я уже углубляюсь в мелочи – технологию, конструкции, а Донис держит в голове общую картину, главную идею. Я, когда углубляюсь в процесс, могу потерять ориентиры.
 Д   Видим мы оба одинаково. Просто Нина любит делать мелочи, а я смотрю на все в общем.

Какие ткани у вас любимые?
 Д   Натуральные. Их не так много – хлопок, шерсть и шелк. Синтетику используем только при крайней необходимости.

Вы любите сложные детали?
 Д   Все может быть, если это раскрывает идею, которую ты хочешь донести, но лично мы последние несколько сезонов сознательно стремимся к простоте, стараемся делать коллекции чистыми, простыми и лаконичными. Это не имеет ничего общего с минимализмом, это стремление именно к простоте. Минимализм же часто бывает таким сложным.
 Н   Простота обманчива: кажется, что ееочень просто сделать, а на самом деле нет.

Нового ничего уже нельзя изобрести в моде?
 Д   Конечно, можно. В том, что сейчас происходит в моде, много нового. Все меняется. Весь мир стал двигаться быстрее. Просто если раньше изменения в моде происходили медленнее, то сейчас практически каждый сезон. И поэтому их трудно уловить. Эти ежесезонные обязательные изменения создаются искусственно и специально, чтобы люди тратили деньги. Сейчас мода, которую лично мы считаем большим искусством, стала большим бизнесом. Отсюда и такая гонка.

А у вас есть в гардеробе попсовые вещи – от GUCCI, D&G, Louis Vuitton?
 Д   Попсовых, вроде, нет. У этих брендов есть хорошие и качественные вещи. Но это не наше, так как их идеология показного богатства и чрезмерного блеска и яркости нам чужда. Мы не против дорогих марок и вещей – вещи, которые мы сами делаем, тоже люксовые и дорогие, но они об этом не кричат.

А бывает такое, что вы уже готовы купить вещь известной марки и вдруг думаете: «Неужели я сам не могу это себе сшить?!» –
и отказываетесь от покупки?
 Н   Нет, если мы знаем, что можем это сшить, то это не покупаем. Но, к сожалению, мы многого не можем хорошо шить в России. Не можем сшить, например, хороший мужской костюм... И это не наша проблема, а проблема нашего государства.
 Д   Это проблема fashion-индустрии в России в целом. У нас нет производства ткани, нет машин, фабрик, хороших специалистов и многого другого. Есть только нефть, газ и металл – похоже, другой бизнес государству не интересен! Открыть свой модный бизнес здесь – это уже подвиг: сплошная  бюрократия, одни барьеры!

А у вас было желание уехать, например в Лондон?
 Н   Лондон наш любимый город. Мы рады там бывать и делаем это регулярно.
 Д  В Лондоне хорошо отдыхать, но работать лучше здесь, как ни странно. Это нашастрана, мы можем злиться на правительство и грязные дороги, но мы любим Россию.
Есть тут какая-то «химия». Да и границы сейчас условные: мы живем и работаем в Москве и на Кипре, шоу-рум у нас в Милане – представляем там нашу одежду, и оттуда ее развозят по всему миру.

А какие успехи по продвижению вашей марки по миру?
 Д   Раньше продавали больше за границу, а сейчас одинаково продаем в России и за границей.

Вы спорите часто?
 Н   Спорим всегда. Но я никогда не обижу Дониса, так как очень дорожу его мнением, его качествами.
 Д   Мы тяжело переносим споры. Поэтому на работе у нас не споры, а обсуждения.

В споре рождается модная истина?
 Д   Если поменять слово «мода» на «дизайн», то дизайн рождается не столько в споре, сколько в серьезной работе.

А вдохновения вы ждете или просто работаете?
 Д   Хорошо, когда оно есть. Но ты не можешь просто лежать и страдать, что нет идей. Все равно, когда за тобой коллектив и дело, нужно работать. И в определенную дату два раза в году тебе нужно привезти коллекцию в шоу-рум. Это очень организует.
 Н   Я считаю, что не может быть одного без другого: вдохновения без работы.
 Д   Как правило, даже когда тебе кажется, что в голове ничего нет и ничего не придумывается, когда ты начинаешь работать, все сразу появляется.

Источник вдохновения для вас это что? Ваши отношения?
 Н  В том числе. Но для меня еще воспоминания. Или встреча с интереснымчеловеком. Раньше еще были фильмы, но сейчас реже.

Для вас, Донис, еще должно быть море очень важным, вы же с Кипра!
 Н   Он родился на море и не ценит его, наверное, так, как мы.
 Д   Нет, сейчас я ценю все: и море, и зелень, и деревья, и чистый воздух. Но вдохновение я черпаю, скорее, в настроении. Я заряжаюсь от настоящего момента: если настроение тебя приподнимает, то тогда ты можешь что-то сделать и сочинить.

Сильно ли вы изменились как дизайнеры со временем?
 Д   Надеемся, что мы меняемся и развиваемся.
 Н   Стали более опытными как минимум.

А не опасно ли для дизайнера сильно измениться? Или нужно, чтобы всю жизнь тебя узнавали по твоему неповторимому почерку?
 Д  У каждого дизайнера свой подход к работе. Кто-то берет одну тему, один источник и работает над этим всю жизнь, кто-то старается меняться, не зацикливаясь на чем-то одном. У Пикассо были разные периоды, но всегда можно узнать, что это был один и тот же человек.  То же самое и в дизайне одежды. Мы все время спорим с нашими сэйлс-менеджерами. Они говорят: «Для коммерческого успеха нужно быть предельно узнаваемым, а для этого из сезона в сезон ты должен «педалировать» какую-то одну постоянную тему». Но мы уверены, что есть и другой путь. Художник должен меняться, искать что-то новое, развиваться. Тогда он интересен. А делать всю жизнь одно и то же – уже застой.

Коллекция «Лето-2008»