Лепщица лиц: женщина, которая помогала солдатам вернуть внешность

[RICH_HTML type=imageset][/RICH_HTML]

Анна Коулман родилась в Манчестере в 1878 году. Она обучалась скульптуре у мастеров в Париже и Риме, а в 1905 году вышла замуж за доктора Майнарда Лэдда. Анна была успешной художницей: она предпочитала мифологические мотивы и персонажей. Ценители до сих пор могут приобрести ее работы на аукционах.

Но знаменита она стала не благодаря своим скульптурам.

В 1914 году вспыхнула Первая мировая война, уничтожившая около десяти миллионов человек и изуродовавшая гораздо больше. Хирургия и пересадка кожи помогали некоторым хотя бы частично вернуть себе утраченную внешность, но временами повреждения были так серьезны, что медики были бессильны помочь. Тогда солдатам приходилось прибегать к другому способу — маскам. Впервые подобные маски, которые прикрывали изуродованные лица, создал скульптор Дервент Вуд, а Анна Коулман усовершенствовала его технику.

[RICH_HTML type=imageset][/RICH_HTML]

Все началось в 1917 году, когда Лэдд прочитала о работе Вуда, который тогда владел студией «Магазин оловянных носов», где помогали британским солдатам, на чьих лицах война оставила свой след. Вдохновившись этой идеей, Лэдд основала собственную студию в Париже. Она воссоздавала лица и части лиц для солдат.

Как она делала это?

[RICH_HTML type=imageset][/RICH_HTML]

Первым шагом было создание «изувеченного лица» (mutilé) — то есть гипсовый слепок с лица солдата. Затем Анна собирала информацию, как выглядел солдат до того, как с ним произошло ранение: фотографии, интервью, воспоминания. Анна работала над скульптурой до тех пор, пока солдат не восклицал: «C’est moi!» («Это я!») Следующим шагом было создание гуттаперчевой маски — некоторые из них закрывали лица целиком, другие прикрывали только самые поврежденные области. Как правило, это были нос, глаза, подбородок или щека.  

[RICH_HTML type=imageset][/RICH_HTML]

В течение нескольких дней гуттаперчевые маски выдерживались в медной ванне до тех пор, пока их не покрывал тонкий слой меди — после этого на маски можно было наносить краску. Анна красила их, стараясь сделать цвет как можно ближе к естественному тону кожи. Если маска захватывала губы, то она оставляла в ней зазор для папиросы.

[RICH_HTML type=imageset][/RICH_HTML]

 

Для желающих Анна добавляла усы. Для скульптора очень важно было, чтобы солдаты снова чувствовали себя «полноценными», чтобы эти маски давали им хотя бы иллюзию прежней жизни. Большинство солдат закрепляли маски на лицах при помощи очков, но иногда Анна находила альтернативные способы: ленты или проволоку.

[RICH_HTML type=gallery][/RICH_HTML]

За полтора года Лэдд и ее коллеги изготовили почти сотню масок — каждая из них была плодом кропотливой работы. Средняя цена за маску составляла $18 — немного, благодаря тому, что ее деятельность активно спонсировали благотворительные организации. После войны необходимость в ее услугах почти сошла на нет. Красный Крест больше не мог спонсировать ее студию, и она закрылась. Лэдд вернулась в Бостон, где продолжила карьеру скульптора.

За выполненную ей работу в 1932 году ее сделали рыцарем Ордена почетного легиона.

Загрузка статьи...