РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Их избивали жгутами из полотенец и насиловали: как жили эскортницы прошлого века

Даже в книге известной современной эскортницы Насти Рыбки, которая довольна своим образом жизни, иногда мелькают такие подробности, что понимаешь: такая «работа» страшна и опасна. А как жили женщины, выбравшие судьбу содержанок и эскортниц, в прошлом веке?
Getty images, Legion media, Rex features/Fotodom

Иван Иванович Приклонский, автор научного очерка о проституции в России, вышедшего в 1903 году, делил женщин, втянутых в торговлю телом, на две категории. Первые работали официально – на основе желтых билетов, вторые действовали тайно и в одиночку. И самыми дорогими среди них были камелии.

Кем были камелии?

Сам термин «камелии» появился в середине XIX века: название экзотического цветка показалось журналистам подходящим для описания ярко одевающихся женщин, которые на деньги содержателей старались жить как можно роскошнее. Наряду с ним использовалось и слово «фрина» — так звали известную своей красотой афинскую гетеру, жившую в IV веке до нашей эры.

Камелий заводили себе москвичи побогаче, которые брезговали разовыми визитами в публичные дома и предпочитали постоянных любовниц. По словам обозревателей московской жизни, отличить камелий от приличных дам было легко. И те и другие одевались одинаково модно, однако камелии для своих платьев выбирали ткани вызывающих цветов и гораздо активнее мужних жен пользовались косметикой.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Помадами и туалетами дело не ограничивалось: по словам Приклонского, «погибшие, но милые создания, которым случай дал возможность через разврат выдвинуться из толпы», пытались привнести в свою жизнь как можно больше блеска и шика. Для этого девушки часто заводили нескольких любовников — разумеется, скрывая их друг от друга. Впрочем, иногда третьим оказывался альфонс, который становился для женщины источником не доходов, а расходов. 

Жизнь содержанок притягивала внимание не только исследователей вроде Приклонского. Не оставляли их вниманием и писатели. Например, жизнь камелии описывает в своем романе «Московские гейши» Дмитрий Богемский: «Старик тратил на нее безумные деньги, подарил ей дом на Сретенке и был душою совершенно покоен, не подозревая, конечно, что прелестная Зоя имеет еще одного покровителя и что ласки свои она расточает еще и красивым молодым людям без определенных занятий».

Как становились камелиями?

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Приклонский пишет, что в Москве среди камелий можно встретить женщин любых наций и сословий: преимущественно это немки или польки, но встречаются среди них француженки, русские и другие. Чаще всего камелия — это бывшая девушка из «заведения», которой удалось найти себе покровителя. Но бывало и так, что в содержанки попадали гувернантки, актрисы и даже фельдшерицы.

Истории падения камелий чаще всего трагичны. Начинается всё с потери невинности до замужества, и редко это бывает выбором самой женщины. Обычно речь шла о принуждении или обмане: например, во время традиционного весеннего съезда актеров антрепренеры практиковали так называемый «сенокос»: девушек, поступавших в актрисы, принуждали к сексу за обещание хорошего контракта либо просто насиловали, заманив в номер гостиницы.

Девушки, поднявшиеся до камелий из рядовых работниц публичных домов, оказывались в борделях благодаря целой вербовочной сети. Например, существовал канал трафика женщин из Польши в Москву: стоила похищенная полька от 20 до 300 рублей. Поставляли в дома терпимости и москвичек: в городе существовала сеть торговцев таким товаром: мужчин называли маккавеями, женщин — няньками.

Действовали они разными способами. Один из приемов — публикация объявлений в газетах. Девушкам предлагали должности горничных, бонн, буфетчиц и обещали хорошо оплачиваемое место. Однако, явившись по указанному адресу, женщины оказывались в борделе.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Тем, кто тратил на дорогу в столицу последние деньги, было некуда идти в незнакомом городе, да и содержательницы борделей отлично знали, как уговорить их остаться. Подождав, пока жертва переживет первый шок, хозяйка заведения приносила украшения и модные платья и обещала: «Такие появятся и у тебя». Также девушек убеждали, что они могут сами уйти через месяц-другой, заработав на обратный билет. 

Был еще один прием, который назывался «Только посиди и посмотри»: женщину уговаривали отправиться в общий зал. Однако, стоило ей туда попасть, как на нее набрасывались работающие в гостиной профессиональные соблазнители. Комплименты, приглашение на танец, один бокал шампанского за другим — заканчивалось всё лишением девственности.

Строптивых, с которыми не срабатывали уловки, могли просто запереть и принудить к работе. Их связывали и избивали жгутами из мокрых полотенец: спина после такой экзекуции превращалась в сплошной кровоподтек. Бывало, что за девушками являлись их родственники, но даже это не гарантировало, что жертва сможет покинуть публичный дом. 

Автор работы «Возвращение к честному труду падших девушек» 1988 года Владимир Окороков рассказывает о случае, описанном очевидцами: мать нашла дочь Дуню в публичном доме и попыталась увести ее оттуда. Сначала девушке не отдавали одежду: она-де хозяйская и потому ей не принадлежит. Одна из товарок сжалилась над Дуней и отдала ей свое длинное пальто (за что потом была наказана). Дуня и старушка пошли ко входу, но девушку задержали в сенях и избили, а ее мать столкнули с лестницы, да так, что она полетела вниз и ударилась головой о тумбу тротуара.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Жизнь камелий: от роскоши к нищете

По сравнению с существованием в обычном публичном доме жизнь камелий была более приятна и легка. Дело в необременительности работы содержанок: в борделях из женщин выжимали все соки. Но и фринам приходилось нелегко, несмотря на роскошь, которая их окружала.

Богемский в своем романе описывает тридцатилетнюю камелию Зою Глембоцкую как женщину, которая «выглядела по утрам совершенной старухой»: сказались вечные кутежи, алкоголь и нехватка сна. Живая, энергичная девушка быстро превратилась в истеричку: Зоя постоянно нервничала — боялась, что один покровитель узнает о другом, лавировала между ними, вечно продумывая новые способы получать от мужчин подарки и деньги.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Глембоцкой удалось скопить небольшой капитал, и она уже даже подумывала уехать на родину в Вятку, однако хитрый покровитель оставил ее у разбитого корыта. Ушлый купец под предлогом защиты от воров предложил ей поместить все нажитое в сейфы его конторы. Когда «папик» узнал об изменах Зои, то просто отказался возвращать ей содержимое сейфов. Доказать право собственности девушке не удалось: Зое даже в голову не пришло составить нотариально заверенную опись вещей. Затем покровитель аннулировал купчую на дом — и вот уже от привычной роскоши осталось только несколько нарядов и побрякушек.

Зоя Глембоцкая — вымышленный персонаж, однако легко предположить, что у нее был реальный прототип. Да и хитрость купца, оберегающего свои вложения, тоже выглядит вполне реальной. Так что обманутые камелии, вероятно, были частым явлением.

Участь камелии, потерявшей покровителя и не нашедшей нового, была незавидна: ее ждало путешествие на самое дно проституции. А первым шагом был переход в толерантки.

Путь вниз: толерантки

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

В 1902 году московский обер-полицмейстер получил тревожные известия: в столице обнаружили группу женщин «приличного происхождения», которые вели себя странно. Они снимали квартиры, однако вносили в списки жильцов на досках у подъездов вымышленные имена. Вскоре выяснилось, что ни с революционерами, ни со шпионами девушки не связаны. Зато были широко известны среди сводниц, подыскивающих эскорт для богачей.

Объясняя свое поведение в полиции, девушки признались, что средства зарабатывают, ужиная в компании мужчин. Обвинить их было не в чем: на проституцию посещение ресторанов не тянуло. Несмотря на интерес обер-полицмейстера, «веселые квартирантки» продолжили вести привычный образ жизни. В 1914 году один из репортеров столичной газеты рассказывал, что богатые приезжие предпочитают гостиницам апартаменты с хозяйкой — роскошно обставленные квартиры с телефоном. Это было удобно: в отель могли нагрянуть полицейские с рейдом по проверке соблюдения правил общественной нравственности, а вот в квартиру — уже нет.

Термин «толерантки» пришел из Франции: там бордели называли не домами терпимости, как в России, а домами толерантности. Толерантки отличались от камелий меньшей свободой: фрины сами выбирали кавалеров, толерантки подчинялись сводницам. 

Мужчины, встречающиеся с толерантками, считали, что покупают не только тело, но и любовь женщин. Этому способствовала и «реклама», которую давали «мамаши» своим «подопечным». Девицу могли представить честной вдовой, которая не может обходиться без мужчины, неудовлетворенной содержанкой богатого старика или семейной дамой, которая хочет разнообразить свою пресную жизнь.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Замужние женщины среди толеранток и правда встречались. Например, в мемуарах предпринимателя и инженера Николая Варенцова описан случай, когда московский фабрикант Кузнецов в доме свиданий попросил привести ему не доступную женщину, а «хорошую, неизбалованную и семейную». В итоге к Кузнецову в номер явилась супруга. Увидев мужа, женщина не растерялась и начала отвешивать ему пощечины с криками: «Поймала тебя, мерзавец! Вот ты где проводишь время!» В итоге незадачливому фабриканту на коленях пришлось просить прощения.

Вряд ли супруга Кузнецова пыталась внести в жизнь разнообразие. Скорее всего, речь шла о деньгах: молодую женщину муж отчаянно ревновал, держал взаперти и ограничивал в расходах.

Работа толеранток была организована просто: мужчина приходил в дом свиданий, смотрел каталоги или слушал устные рекомендации, после чего выбранную женщину вызывали к нему по телефону. Были и «дежурные»: несколько женщин поджидали клиентов в комнатах. Часто толерантки, познакомившись с мужчиной, начинали встречаться с ним напрямую, отказавшись от услуг сводни.

Квартиры, где толерантки встречались с клиентами, вскоре начала контролировать полиция. Было множество правил по их устройству: например, обязательный отдельный вход и плотные занавески, зашторенные весь день. В квартире можно было жить только одной или двум девушкам, им выдавали особые медицинские бланки для посещения врачей. Хозяйки домов и квартир были обязаны сообщать обо всем, что происходит у них в заведениях, и следить за тем, чтобы там не селились «беспаспортные, подозрительные личности и беглые преступники». 

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Студенческие толерантки: подруги или содержанки?

На общем фоне одиночек выделялись студенческие толерантки. Они селились в домах, где снимали комнаты студенты: там нередко устраивали общие ужины и развлечения, плавно перетекающие в пьянки до самого утра. Студенческие толерантки выбирали себе пару среди молодых людей и порой вели себя с сожителями как жены: например, накануне экзаменов усаживали их учиться, не давая пить. Когда один студент, закончив учебу, уезжал, его место занимал другой. Не отменял постоянный партнер и работу в домах свиданий.

Бывало, что толерантки становились женами. Но большинство ждала незавидная судьба: теряя привлекательность, они оказывались в трактирах. Никакой роскошью там и не пахло, а девушкам редко платили больше 50 копеек. Женщины — и старухи, и двенадцатилетние девочки — постоянно пили. Мадера считалась  роскошью, обычно тоску глушили алкоголем попроще.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

«В этих притонах, — писал Приклонский, — почти все проститутки с жадностью пьют водку, иначе им и года не продолжить своего отвратительного ремесла, так как здесь проститутка иногда бывает вынуждена принять в вечер человек десять мужчин. Можно также быть уверенным, что если у вас есть немного денег, то вас здесь обкрадут, если только вы не постоянный гость».

Борьба с проституцией

В 1908 году в Москве должность градоначальника занял Александр Адрианов, взявший курс на уничтожение домов терпимости. В январе 1910 года был закрыт предпоследний из них, где продавали себя 16 женщин. В октябре того же года прекратил существование последний: власти просто не продлили разрешение на его работу. 

Желтые билеты начали менять на паспорта. Правда, не просто так: просительница должна была доказать, что она теперь честная — вышла замуж или устроилась на службу. В 1909 году из 108 прошений удовлетворили 102. Впрочем, это не значит, что в 1910-м лишь шесть девушек в столице занимались проституцией: по оценкам исследователей, в нее были втянуты около 20 тысяч женщин.

А в 1917 году грянула революция, изменившая жизнь не только камелий и толеранток, но всех остальных людей. Но это уже совершенно другая история.

Хочешь почитать, как обстояли дела с проституцией в СССР?
Да
Нет
Загрузка статьи...