Просто Фёдор

Редакция своим ушам не поверила – у Оксаны трое детей! Но она подтвердила: младшая, Ксения, – умница, увлекается всем, чем только можно, а бальные танцы – ее страсть. <br />

Cosmo Online редакция Cosmo.ru

Редакция своим ушам не поверила – у Оксаны трое детей! Но она подтвердила: младшая, Ксения, – умница, увлекается всем, чем только можно, а бальные танцы – ее страсть.
Рисунки среднего, Никиты, выставлялись в Центральном Доме художника, а старший, Иван, уже учится в институте...
А может, как раз поэтому Оксана успевает все: и книжки писать, и нам рассказы сочинять?



Ни из-за чего, на пустом месте – я позорно разрыдалась прямо на работе. При этом захлебывалась и всхлипывала, как в детстве.
Оператор Славик выключил камеру и посмотрел на меня с интересом. Очень по-человечески посмотрел.
Редактор программы Светлана, узнав о случившемся, задумалась. Нахмурилась, повздыхала, а потом решила:
– С завтрашнего дня ты в отпуске. У тебя есть неделя. Уезжай куда-нибудь. Вернешься, будем соображать, что дальше делать.
Вот такое у меня человечное начальство. Хотя, с другой стороны, где еще они найдут такую дуру, которая будет пахать в режиме нон-стоп с девяти до десяти с одним выходным в неделю? Нигде не найдут. Я такая одна.
В самолете, оставшись наедине со своими мыслями, я с ужасом думала, что же такое моя жизнь. Утром я встаю и иду на работу. Вечером, поздно, почти ночью, возвращаюсь домой. И в этот момент у меня только два желания: есть и спать. Ничего личного. Я почти не общаюсь с друзьями. На это у меня нет ни времени, ни сил. Еще немного – и пройдет молодость. И что останется?
А пока я вот в Турции, на берегу теплого Средиземного моря. Захожу в воду, балансируя на огромных камнях, и маленькие юркие рыбки кружат вокруг моих ног. Я опускаю руку, и стая стремительно разлетается в стороны. Вечерами я сижу на пляже и смотрю на горизонт. Или на горы. Их вершины утопают в тумане, как будто курят великаны. Красота. В мире есть абсолютные вещи: море, горы и горизонт.
– Добрый день, - раздалось за спиной. - По-моему, погода портится.
Я обернулась. О-о-о! С этим красавцем я столкнулась пару часов назад на минус первом этаже. Он играл в бильярд, а я ждала лифт. Я еще подумала, надо же, прямо как в книжках: высокий блондин с голубыми глазами, косая сажень в плечах. Он посмотрел на меня. Как мне показалось, с выражением. Тут лифт открылся, и я поехала наверх.
Он мне не понравился. Он как будто с обложки модного журнала. Я не воспринимаю таких всерьез. И вот он сидит и пытается вести светские беседы. В основном о том, что солнце скрылось, на небе тучи и так далее.
– Как вас зовут? - поинтересовался он.
– Саша, - представилась я.
– А меня – Федор, - сказал он и сказочно улыбнулся.
“Федя съел медведя” – вспомнилась мне детская дразнилка. Я улыбнулась в ответ.
– Давайте, Саша, выпьем кофе. Посидим, поболтаем.
– Давайте, - согласилась я. - Поболтаем, посидим.
И мы отправились в бар.
Федор рассказал о себе. Ему тридцать пять лет, он родился и живет в Санкт-Петербурге, у него небольшая фирма и несколько магазинов. Он любит путешествовать один. Еще у него есть сын-подросток от первого брака, который живет с матерью на Кипре. Федор с сыном видится редко. Потом Федор поведал, что он очень увлечен органной музыкой. И где бы ни оказался, всегда старается попасть на органный концерт.
– Вы не поверите, - говорил Федор, - но в Варшаве орган звучит совсем иначе, чем, например, в Таллине.
Я поняла, что мой внутренний мир чрезвычайно узок. Как и кругозор. Боже мой, как я живу! У меня даже нет стоящего хобби. Если бы я, к примеру, увлекалась макраме, то могла открыть ему затейливые тайны разных способов плетения – так нет! Мне оставалось только загадочно улыбаться, изображая искренний интерес.
Потом мы играли в мини-гольф и я, конечно, проиграла. Однако Федор церемонно заявил, что это была лучшая партия в его жизни.
Перед обедом я отпросилась переодеться, и Федор милостиво меня отпустил. Пообещал подождать меня в холле.
Я, признаться, не очень обрадовалась. Мне хотелось, приехав сюда, побыть одной, а так у меня будто бы не оставалось выбора. Я долго копалась и решала, что мне надеть, в глубине души надеясь, что Федор меня не дождется. Но нет, спускаюсь в холл – сидит.
Рядом девушка – прекрасная, как нимфа. Он ей улыбается, она – ему. Видимо, ведут приятную беседу.
А я? Как же я? Мне почему-то сразу стало горько. Несмотря на то, что десять минут назад я мечтала об одиночестве и думала, как от Федора избавиться.
И тут моя унылая тихая жизнь наполнилась чувствами и красками. А я-то, вот ужас, давным-давно забыла, как это бывает. Жила как спала. Единственное, что я делала хорошо, – это работа. Но работа – тоже способ спрятаться от жизни. Я ничего не успеваю… У меня мало времени… Мне некогда заниматься собой… Поэтому я буду сидеть одна в своем углу!
Как-то раз я снимала сюжет об очень успешной женщине-предпринимателе. Она тогда сказала такую вещь: “Деньги делает любовь”. Я изумилась: “Как так?” – “Да вот так, - ответила она, - только любимое дело приносит хорошие деньги. Только то, чем ты занимаешься с удовольствием. А когда думаешь о работе и на душе тоска, ничего не получится. В лучшем случае заработаешь себе на безбедную жизнь. И все. Не больше”.
Надо срочно что-то менять.
Я выбрала столик с видом на море. Набрала еды и принялась есть. Минут через пятнадцать в ресторан вошел Федор.
– Вот вы где, - сказал он, подойдя к моему столику, - а я вас везде ищу. Познакомьтесь, это Леля.
Лесная нимфа маячила за плечом Федора, и знакомство со мной, по всей видимости, не доставляло ей особого удовольствия.
– Вы не против, Саша, если мы к вам присоединимся?
“Мы” – это звучит гордо. Я кивнула. В том смысле, что не против. Присоединяйтесь.
Но нимфа заявила, что ей бы хотелось обедать на веранде, на свежем воздухе, там гораздо удобнее и прекраснее.
– Хотите на веранду? - спросил меня Федор.
– Спасибо, нет, - отказалась я.
– Я останусь здесь,- сказал Федор Леле, - если хотите, увидимся позже.
Леля подняла брови и некрасиво открыла рот. Постояла так с минуту, развернулась и удалилась. Даже ее спина выражала негодование.
– Как грубо! - покачала я головой. - Как вы могли?
– А что такое? - удивился Федор. - Я не обязан ходить за ней хвостом. Не я ее сюда привез, мы вообще пятнадцать минут назад познакомились. Когда я, между прочим, ждал вас. Вы почему от меня бегаете?
– Я? Бегаю?
– Именно вы. Я вам неприятен?
– Нет, почему же…
– Я как-то не так себя веду? Может быть, некорректно? Обижаю вас чем-нибудь?
– Нет, почему же…
– Тогда в чем дело?
– Мы выясняем отношения, что ли? - с интересом спросила я.
– Именно это мы и делаем, - ответил Федор.
– Как здорово! - обрадовалась я. - Со мной уже сто лет никто не выяснял отношения!
– Сейчас мы поедим, - сказал Федор, - и вы мне все подробно расскажете. Про эти сто лет. Вам принести шашлык?
Я кивнула, и Федор отправился за шашлыком. Все-таки очень приятно, что он не поплелся за Лелей. Предпочел мое общество, можно сказать.
Потом мы валялись в шезлонгах под ласковым солнцем и я вдруг рассказала Федору всю свою жизнь. Про свой давнишний неудавшийся брак, про родителей, про работу, про то, как однажды решила прожить свою жизнь в гордом одиночестве.
Федор внимательно слушал, и, странное дело, мне было с ним легко. Он смеялся, когда я шутила, и становился серьезным, когда я говорила о серьезных вещах. Он на все очень правильно реагировал. “Наверное, это и есть взаимопонимание”, - подумала я.
– Да, - сказал Федор, когда я наконец замолчала, - мне кажется, я вас понимаю. Но все-таки быть одной в вашем возрасте – противоестественно. Хотя я сам, признаться, люблю побыть один.
– Вас кто-нибудь ждет дома? - спросила я.
– Да как сказать, - замялся Федор.
И стало ясно, что дома его ждут.
Иначе и быть не могло.
Я пошла купаться. Я отлично плаваю, у меня взрослый разряд. Я уплываю далеко, где почти никого нет, неглубоко ныряю и плыву, пока хватает воздуха.
Выбравшись на берег, я обнаружила, что Федор премило беседует с двумя длинноногими девицами. Трудно, наверное, женщине, которая ждет его дома.
– Саша! - замахал руками Федор. - Идите скорее к нам!
– Мне надо переодеться! - крикнула я и поспешила смыться.
Вот он какой! А мне казалось, мы почти подружились. То есть не то чтобы мне этого очень хотелось, но… Это даже неприлично! Его просто нельзя оставить одного, тут же налетают какие-то дамы.
Я шла в отель, и казалось, мое одиночество стало в десять раз тяжелее, чем всегда. Я зашла в комнату, плюхнулась на кровать и уснула тяжелым от обиды сном. Проснулась, когда солнце уже пряталось за горы.
Согласно легенде, бог Тор полюбил земную женщину и однажды она умерла. Тор тосковал, горе его было беспредельным, и он пришел к Зевсу с просьбой позволить ему еще раз увидеть любимую. Зевс ответил, что в царство мертвых может попасть только смертный. И Тор попросил сделать его человеком. Но это не просто, для этого бог должен создать нечто великое и отдать ему свое бессмертие и божественную сущность. Тор создал горы. И спустился с них простым смертным…
Я не люблю спать днем, потом весь вечер чувствую себя разбитой. До ужина еще уйма времени, и я решила сбегать окунуться в море. Вода уже теплая. В Турции сказочный апрель. Нигде больше такого нет.
Я заплыла далеко от берега, набрала воздуха и нырнула. Потом вынырнула набрать воздуха и нырнула опять. И вдруг чьи-то руки вытащили меня на поверхность. От неожиданности я нахлебалась воды и закашлялась. Наконец, перестав плеваться, я разглядела своего спасителя.
Мой бог, Федор! Кто же еще?
– Ты дурак? - поинтересовалась я.
Это, безусловно, грубо, но я очень испугалась – вдруг меня собираются похитить? Мало ли страшных историй случается на земле!
– Ненавижу, когда ты так делаешь, - ответил Федор. Он, видимо, чувствовал себя героем. - Доплывешь сама или тебе помочь?
– Не надо, - отрезала я, - напомогался уже.
– Тогда поплыли, - распорядился Федор, и мы двинулись к берегу.
Я молча взяла свое полотенце и пошла прочь. Если бы я открыла рот, из него вывалились бы самые страшные ругательства, которые я знаю.
Говорят, любовь начинается с удивления…
– Встречаемся через полчаса внизу, - прокричал мне вслед Федор. - Пойдем ужинать!
То, что я подумала, в телевизоре заменяют на долгое пи-и-и.
– Или нет, - продолжал надрываться Федор, - я за тобой зайду!..
Отлично, решила я, меня как раз не будет. Быстренько переодевшись, я отправилась в поселок бродить по сувенирным лавкам.
Кто бы что ни говорил, но шопинг – лучший способ поднять себе настроение. С новыми вещами приходят перемены, ощущение новой жизни. Особенно я люблю всякие вещицы, которые приносят удачу, любовь, богатство и помогают желаниям исполняться.
Через пару часов, увешанная пакетами, как новогодняя елка, и довольная собой, я вошла в холл отеля и тут же увидела сидящего в кресле Федора. Удивительное дело, рядом с ним почему-то никого не было.
– Хорошо провела время? - Федор поднялся мне навстречу и как настоящий джентльмен забрал у меня пакеты.
– Что это за цирк? - изумилась я.
– Ничего, - ответил Федор, - тебя жду. Мы же собирались ужинать.
Мы занесли покупки в мой номер.
– Я должна переодеться, - предупредила я.
– Да ты весь день переодеваешься. Я выйду на балкон, чтобы тебя не смущать, - объявил Федор и действительно вышел на балкон.
Ох, даже не знаю!
Я переоделась и вышла к нему. Вечер потрясающий.
– Давно хочу у тебя спросить, - начал Федор, - тебя что, мама учила убегать и прятаться?
– Что?!
– Ну знаешь, некоторые женщины считают, что мужчин привлекают такие, что ли, ускользающие… мишени.
– А на самом деле это не так? - уточнила я.
– Так. Когда тебе лет пятнадцать. Или семнадцать. А когда под тридцать, совсем другое имеет значение.
– Тогда что ты ходишь за мной? - спросила я и сама поразилась своей наглости.
Федор посмотрел на меня внимательно, улыбнулся, обнял меня за плечи и пообещал:
– Когда-нибудь потом расскажу.
Мы отправились ужинать в турецкий ресторанчик: еда в отеле, сказал Федор, ему уже осточертела, каждый день одно и то же, вино, как компот, о пиве и говорить нечего. Несмотря на то, что отель категории пять звезд. Поэтому сейчас мы будем пробовать настоящую турецкую еду и пить настоящую ракию.
– Ты когда, кстати, домой? - поинтересовался Федор.
– В следующую пятницу, - честно сказала я.
– А я в среду, - Федор задумался. - И что будем делать?
– В каком смысле? - изумилась я.
– Непорядок, - пояснил Федор. - Я в среду, ты в пятницу. Ладно, будем думать.
Ох, не знаю, не знаю!
Ресторанчик оказался замечательным. Официанты в национальных одеждах, ковры на стенах, на диванах, на полу. Кальяны, пиалы, благовония. Было так вкусно, что мы даже не могли разговаривать, только ели.
– Знаешь, о чем я жалею? - спросил Федор. - О том, что бабушку сюда не привез. Я мечтал ей мир показать и не успел. Я тогда деньги зарабатывал. Я бабушку свою любил страшно.
Я знаю, о чем он говорит. У меня тоже была бабушка. Когда она была жива, мы с ней все время ругались, потому что характер у нее был не дай бог. А когда она умерла, я вдруг сообразила, как сильно ее люблю и как мне ее отчаянно не хватает. И стало горько и непоправимо оттого, что я никогда уже не смогу ей это сказать. Так она и не узнала…
В полночь началось представление, на сцене ресторанчика появился ансамбль народных танцев. Мы быстро ушли.
Бродить ночью по самой кромке воды – самое романтичное в мире занятие. Прямо над головой – небо, полное звезд. Нигде в мире нет столько звезд, как над морем.
Молчать с Федором было уютно. Органично. Он взял меня за руку, как маленькую, и от этого стало как-то теплее. Мне нравится, когда меня держат за руку. Получается, будто я не одна. Прощаясь, Федор поцеловал меня в макушку.
Следующее утро началось для меня в шесть часов. Раздался стук в дверь. Я, путаясь в пространстве, поплелась открывать.
– Привет, красавица, - сказал Федор, сунул мне в руку цветочек, который наверняка сорвал с клумбы у бассейна, и прошел в номер.
– Дай поспать, - взмолилась я.
– Нет, спать мы не будем. Мы пойдем купаться.
– Я не хочу купаться, - заныла я, - я не выспалась, я не могу вставать так рано, я сова. Ты иди, а я пока…
– Ты даже не представляешь, от чего отказываешься. Получишь массу удовольствия и незабываемые впечатления. Ты, я, утро и море. И больше никого. Одевайся, Саша.
Я поняла, что в покое он меня не оставит, а спорить не было сил. Я побрела умываться. И Федора дико ненавидела. Когда я вышла из ванной, он стоял на балконе и пел. Просто стоял и пел песню на французском языке почему-то.
Я встала рядом и посмотрела с интересом. Вот человек! Хочется ему запеть – поет. И не испытывает при этом никакой неловкости. Я бы десять раз подумала, какое впечатление это произведет на окружающих, достаточно ли прекрасен мой голос и не скажет ли кто-нибудь потом “вот дура!”.
А Федор спокойно себе допел и просто спросил:
– Ты готова?
Купаться ранним утром правда здорово. Море теплое, солнце чуть-чуть вышло из-за гор, и никого-никого больше нет. Будто мы одни в целом мире. Как заговорщики. Потом мы лежали-грелись, перебирали камешки и искали куриного бога.
– В девять у меня партия в бильярд, если ты не против, - сказал Федор. - Пойдешь со мной или останешься здесь?
Если ты не против – как трогательно. Надо так понимать, что, если я вдруг против, он тут же все отменит. И мы будем всегда вместе, как сиамские близнецы. Ничего не значащие слова, а приятно.
– Я буду здесь, - решила я. - Или в номере. Не знаю.
– Зайдешь за мной на завтрак?
Я пообещала зайти. Не все же ему за мной ходить.
– Тогда я пошел. Ты знаешь, где бильярдная.
Я осталась одна. Лежала и думала, что ни в коем случае нельзя принимать эту историю близко к сердцу. Несколько лет назад я решила, что больше не буду влюбляться, потому что из этого все равно не получается ничего путного. Только страдания и боль, вот и все. А я не хочу.
Перед завтраком я спустилась за Федором, и что я увидела! Рядом с ним, элегантно опираясь на кий, стоит Леля. Нет, есть еще какие-то люди, но все-таки! Надо взять себя в руки. Не могу же я запретить им общаться. Да что это со мной, в самом деле! Я же воспитанная, можно сказать, интеллигентная…
Если сейчас сбежать, это будет однообразно и Федору в конце концов надоест. А мне бы этого не хотелось. Я осталась.
– Добрый день, - поздоровалась я с Лелей вежливо.
– Привет, - ответила она, как ей, наверное, казалось, непринужденно.
– Ты освободился? - спросила я Федора.
– Ну да, - ответил он неуверенно.
У меня было мерзкое чувство, будто я явилась не вовремя.
– Хорошо, - сказала я, - я буду в ресторане.
Повернулась и пошла. Загадки – не моя стихия. Положа руку на сердце, я злилась и чувствовала себя полной дурой.
– Стой! - раздался голос Федора. - Саша, подожди!
Я не обернулась. Он в два прыжка догнал меня и сгреб в охапку.
– Ты что себе позволяешь? - возмутилась я.
– Я тебя догоняю.
– Знаешь что, Федор, - сказала я строго, - иди ты к черту. Ты мне надоел.
– Ревнуешь, да?
– Что-о-о?! Ты думаешь, женщины, увидев тебя, теряют голову? Боюсь тебя огорчить, но это не так.
– Ты злюка, - сказал Федор удовлетворенно. - У меня с Лелей ничего не было. Она мне даже не нравится.
– Меня не касается.
– Не могу же я сказать, не подходите ко мне, моя девушка очень ревнивая.
– До свидания, - усмехнулась я.
Я обошла его, зачем-то пробормотав извинения, и пошла есть. Но аппетит пропал. Я расстроилась. Чего он хочет? Заходит за мной, приглашает, говорит приятное. Мне начинает казаться, что я ему нравлюсь, радуюсь, и тут он выкидывает коленце. Такое, что его больше видеть не хочется. Не стану я разбираться, просто возьму и перестану о нем думать. Совсем.
Весь день я лежала на пляже. Федор иногда мелькал вдалеке. То играл в баскетбол, то нырял с вышки, то просто гулял. Ко мне не приближался. А чего я, собственно, хотела? Чтобы он не давал мне покоя, уговаривал простить и демонстрировал свою преданность? Девушкам всегда хочется уверений, доказательств и прочей ерунды. Чтобы он добивался и клялся, а я бы смотрела на него сверху вниз и мучительно решала, снизойти до него или лучше пойти поспать. Понятно, что никакой мужчина в трезвом уме не захочет такой роли.
Есть два вида одиночества: когда тебе никто не нужен и когда ты никому не нужна. Я гордо полагала, что у меня – первое. Я сама его выбрала. Но теперь становится ясно, что это не так. Как назло, вокруг одни пары. Только я делаю вид, что мне хорошо одной. А люди ходят мимо, держась за руки, смотрят друг на друга влюбленными глазами и видят, наверное, другой мир. Я поднялась в номер. Мне нравятся гостиничные номера. С каждым новым хозяином они будто начинают новую жизнь. И легко расстаются с прошлым.
Утром я проснулась рано, лежала и мечтала мечты. О том, как когда-нибудь у меня будет свой дом, дети, собака. И еще будет он, мой мужчина…
Однажды я брала интервью у старой актрисы. Она поила меня чаем с печеньем и рассказывала про свою жизнь. “Иногда, - говорила она, - имеет смысл закрыть на все глаза и сделать то, что хочешь. И не переживать о том, как это будет выглядеть со стороны. Как правило, из этого получается нечто стоящее. Как минимум запоминающееся”. И еще говорила, элегантно прикуривая тонкую сигарету: “Гордость – это возвышенно и прекрасно. Только нужно честно отдавать себе отчет, во что она тебе выльется. А то в один прекрасный день проснешься гордой, но одинокой. И будешь ночами, как волчица, выть на луну”.
Я быстро приняла душ, оделась и спустилась в бар. Федор, закрывшись газетой, пил кофе. Один. Я села рядом.
– У меня такое ощущение, - сказала я, - что я вчера погорячилась.
– У меня тоже, - согласился Федор и отложил газету.
– Ну и вот! - объявила я.
– Поехали в горы, - предложил Федор.
Следующие три дня были полны событий. Мы ловили рыбу на горной речке, катались на велосипедах по побережью, летали на параплане и погружались с аквалангом. Мы устроили пикник на берегу, часами болтали обо всем на свете, а вечером зажигали на дискотеке. А еще сидели рядышком, молчали и смотрели на море. Мне казалось, мы знаем друг друга сто лет. И тут наступила среда.
Федор улетал вечером. Весь день я ждала, что он скажет мне что-нибудь важное и станет ясно, что это не конец, что мы встретимся и все еще будет хорошо. Но он молчал. Вел себя как обычно, будто ничего не происходит и мы не расстанемся через несколько часов. Вот как, оказывается, бывает. Ничего особенного не происходит, а на самом деле врастаешь в человека корнями.
– Спасибо за компанию, - сказал Федор, прощаясь. - Увидимся.
Обнял меня и поцеловал. Сел в автобус и уехал. Спасибо за компанию. И все…
Мне страшно захотелось домой. Отключить телефон, лечь на диван, укрыться пледом, повернуться к стенке и как следует пострадать. Наверное, я все себе придумала. То, что я ему нравлюсь, что он как-то особенно ко мне относится, и у нас может что-то хорошее получиться. Надо взять себя в руки и поскорее обо всем забыть. Отвлечься. Подумать о работе, например.
Отвлечься не получалось. Я сидела на пляже, пока на берег не опустились сумерки. Моя подруга считает, что в переживания надо погружаться с головой – на то они и переживания, чтобы их переживать.
Наконец пятница, я возвращаюсь. Как ни странно, я отлично отдохнула и готова к новым подвигам. Даже соскучилась по работе.
Проведя весь четверг в раздумьях о будущем и настоящем, я поняла, что все к лучшему.
Когда-то мне выпало делать передачу с популярной писательницей, автором “женских” романов. Она подробно рассказывала о своей жизни, полной любовных историй, и сказала, что, посмотрев на события последних лет, пришла к выводу: каждый мужчина, появлявшийся в ее жизни, выполнял по отношению к ней какую-то миссию. Даже те, встреча с которыми принесла страдания. “Скажу больше, - подчеркнула она тогда, - особенно те, встреча с которыми принесла боль. Один появился – и я ушла от мужа, прервав отношения, лишенные радости. Другой напомнил о том, как прекрасно влюбляться. Третий научил меня говорить решительное и твердое “нет”. И так каждый раз. Теперь, вспоминая мужчин, которые оставили след в моей жизни, я им всем благодарна. Потому что с ними я научилась нужным и важным вещам: отличать главное от второстепенного, мириться и ссориться, думать о другом человеке, не переставая думать о себе. Все это мне пригодилось, когда я встретила свою настоящую любовь. Я была готова. Так что всем спасибо”. Вот такой оптимистичный взгляд на мир.
Москва встречала холодом и дождем. Самолет сел, пассажиры заторопились к выходу. Я прошла паспортный контроль, забрала багаж и отправилась на улицу искать такси. За стеклянными перегородками толпились встречающие: переминались с ноги на ногу, высматривали своих, волновались, сгорали от нетерпения.
Я шла, рассеянно думая о том, что у чемодана вот-вот отвалится колесико и хорошо бы это случилось не сейчас, а поближе к дому.
– Как не стыдно, Саша! - раздался голос за моей спиной.
Я обернулась. Прямо за мной стоял Федор. В руках букет размером со свадебный торт.
– Ай-я-яй, - он покачал головой, - мы не виделись всего два дня, а ты меня уже не замечаешь.
– Ты что здесь делаешь? - спросила потрясенная я.
– А как ты думаешь? - улыбнулся он. - Тебя встречаю!