Впереди вся жизнь: онколог-гематолог о новых условиях работы в период эпидемии

Лейкоз не уходит на карантин, а врачи на удаленку. Как работают онкогематологи в условиях пандемии Covid-19, рассказала трансплантолог Мария Вячеславовна Довыденко.
Впереди вся жизнь: онколог-гематолог о новых условиях работы в период эпидемии

Процесс не должен остановиться

Гематолог Мария Вячеславовна заходит в двери НМИЦ гематологии. Первым делом надеваем маску, далее — проверка температуры, затем, уже на этаже в отделении трансплантологии, облачимся в сменную одежду, шапочку, халат, бахилы...

Мария Вячеславовна говорит, что экипировка в принципе обычная, врачи одевались так всегда – как до пандемии коронавируса, так и сейчас — во время нее. Тяжелые пациенты в отделении тоже есть всегда – и до, и во время. Из нового еще — флаконы с дезинфицирующим раствором для рук, расставленные через каждые пару метров, тест на коронавирус, обязательный для всего медперсонала раз в неделю, и посменный график работы. «Это делается, чтобы уменьшить число контактов. И если мы находимся дома, то это не просто изоляция, а изоляция полная, — говорит доктор, — нельзя выходить даже в магазин. Хотя работа продолжается и дома – обработка накопленных данных, научная деятельность, консультации пациентов. Только так есть шанс остаться целыми и невредимыми, только так процесс не остановится». Процесс – это трансплантация костного мозга для онкобольных. 

Спасать жизни как всегда

Жизнь в НМИЦ гематологии сегодня не остановилась. Да, карантин – запрещены посещения больных. Также сократился поток амбулаторных больных. «А в остальном мы работаем как всегда», — говорит Мария Вячеславовна. Потому что трансплантацию костного мозга нельзя отложить на потом:  во многих случаях промедление грозит рецидивом и смертью пациента.

И пока, несмотря на закрытие границ и невозможность трансплантации костного мозга от зарубежных доноров, больнице удается работать в штатном режиме. Спасает российский регистр, пересадки от родственных доноров и новые методики – обработка трансплантата с помощью особой системы. Пока доктору Марии Вячеславовне удается спасать жизни так же, как это было и до коронавируса. Спасать жизни как всегда.

Всё по максимуму

Мария Вячеславовна в гематологии уже 10 лет, восемь из них работает в отделении трансплантологии. Специальность выбрала неслучайно. Во‑первых, чтобы быть максимально полезной. «Онкологические больные наиболее тяжелая категория пациентов, – говорит она, — буквально самые тяжелые. Когда мы созваниваемся с коллегами из других клиник, они удивляются: “Как вы это выдерживаете?”». А во‑вторых, чтобы максимально расти профессионально, потому что, «пожалуй, только в гематологии необходимы знания и по всем другим областям медицины, ведь, например, после химиотерапии могут быть самые разные осложнения».

Стадии принятия

За 10 лет она прошла все стадии принятия профессии. В начале пути хотелось вести «записки врача» — записывать какие-то светлые, смешные моменты. «Я сразу попала к хроническим больным, и чудес выздоровления там практически не наблюдалось. Было очень тяжело». Примерно через пять лет наступил период разочарования — даже не в профессии, а как будто в себе. «Наверное, как у любого врача, у меня накопилось “свое кладбище” и не покидало ощущение бессилия», — говорит Мария Вячеславовна. От этой невозможности остановить смерть она нашла спасение — в работе, конечно: «Произошла адаптация – принятие». Сегодня Мария Вячеславовна научилась отделять работу и личную жизнь. Когда за ее автомобилем опускается шлагбаум НМИЦ гематологии, работа остается там, за шлагбаумом, и на первый план выходит семья – муж и мама. Тогда получается утром выехать из дома с новыми силами и снова говорить пациентам теплые слова.  

Особенный опыт

А еще, когда 10 лет работаешь с самыми тяжелыми пациентами в медицине, учишься даже не терпению — учишься ждать и принимать жизнь. Это особый опыт. И в другое время, возможно, он никак не касался бы нас с вами. Но только не сегодня. Сегодня доктор Мария как никто другой знает, как не сойти с ума, когда кажется, что вокруг всё рушится. Я поделюсь с вами тем, что она рассказала мне солнечным апрельским утром в разгар эпидемии коронавируса:

«Тема коронавируса не должна становиться основной, жизнеопределяющей. По принципу как мы работаем с пациентами: да, сегодня тяжелая ситуация, мы не скрываем проблему, но планы у нас не на сегодня и не на завтра — на годы вперед. И ради той конечной счастливой точки мы и делаем всё сейчас. Не нужно терпеть, если терпеть, легко сорваться – наесться запретной еды (у многих онкопациентов строгая диета), бросить принимать таблетки... Нужно сжиться с ситуацией», — советует Мария Вячеславовна.  

Впереди вся жизнь

«Близкое будущее для наших больных – сплошные проблемы и запреты: осложнения после трансплантации, РТПХ — реакция “трансплантат против хозяина”, таблетки, изоляция. Целый год (а иногда и дольше) человеку после трансплантации нельзя ходить в кино, театр, кафе, встречаться с дальними родственниками и друзьями – рассказывает Мария Вячеславовна. — В общем, полная изоляция – всё, что переживает сейчас основная масса населения. Но поставьте точку за пределами этого периода. И скажите себе: мы живем сегодняшним днем, но основная наша цель – там, в будущем. Имейте эту цель в виду, сотрудничайте ради этой цели, и тогда все остальные мелочи жизни так и останутся мелочами. Скоро, очень скоро мы сможем устраивать праздники, путешествовать и обнимем друг друга. Впереди вся жизнь».

Лейкоз не уходит на карантин. Именно поэтому наша задача сейчас помочь врачам продолжать лечение пациентов. Фонд борьбы с лейкемией открыл сбор денег на покупку антисептических и защитных средств, тестов на коронавирус и аренды жилья для врачей (многие из них вынуждены в буквальном смысле жить в клиниках, чтобы избежать лишних контактов и не ставить под угрозу своих пациентов. Помочь можно тут.

Автор: Мария Строганова

Фото: из архива героини

    Загрузка статьи...