Да здравствует жизнь: Яна Ильина вылечилась и вернулась к дочери

Первое слово, которое произнесла дочка Яны, было слово «папа», потому что мамы рядом не было. Мама лечилась от рака крови. Яна узнала о том, что у нее лимфома Ходжкина, когда малышке был месяц. Это был удар молнии посреди солнечного дня.
Да здравствует жизнь: Яна Ильина вылечилась и вернулась к дочери

«Лысая мама»

Самое страшное, что никто из врачей не мог объяснить Яне, что означает ее диагноз. Ей говорили: «Езжайте в Москву, там скажут». А Яна думала: «Куда я поеду, у меня грудной ребенок на руках». Она даже начала лечиться дома, в Ростове-на-Дону, потому что не могла, физически не могла оторваться от дочки. Прошла первый курс химиотерапии, но потом ехать всё же пришлось.  Ростовские врачи сказали Яне: «Рак лимфатической системы мы не лечим».

Расставались тяжело, Яна не могла прогнать мысли о смерти, думала, как сказать мужу самое страшное: «Если я не вернусь...» В конце концов ничего говорить не стала, обняла своих и поехала. В Москве лечение началось всерьез – шесть курсов химиотерапии, каждый курс на месяц, почти без перерывов. Яна всё время думала о дочке: как  она там, чему научилась, что я пропустила.

Даже когда Яна начала терять волосы, она не столько жалела себя, сколько боялась: всё – теперь Полина меня точно не узнает. Лысая мама – слыхано ли! А волосы у Яны были шикарные – длинные, густые. Терять их было очень жалко. Яна готовила себя постепенно. Сначала заплела косичку, чтобы привыкать понемногу к гладкой прическе, потом в парикмахерской попросила постричь себя очень коротко, потом взяла у друзей машинку и побрилась «под ноль». Ну и оказалось, боялась не зря: когда после курса химиотерапии Яна приехала на наделю домой, Полина посмотрела на маму и заплакала – от страха, что за лысая тетя пришла и тянет к ней руки.

«Страшнее смерти»

А потом были первые шаги Полины – их Яна пропустила. И первое слово «папа» — про того, кто всегда рядом, а не где-то там в Москве. И первый день рождения – с тортом и свечкой. Одной-единственной пока свечкой, но и ее Полина задула под подбадривающие крики и аплодисменты папы и бабушек – без мамы.

В общем, если спросить Яну, о чем она думала все полгода лечения, какие у нее были планы, она ответит:  вернуться домой, к дочке. Болезнь, страшная болезнь была для Яны всего лишь препятствием, которое надо поскорее обойти или перепрыгнуть. «Может, поэтому я с дня приезда в Москву была уверена, что меня вылечат. Мысль оставить дочь одну была для меня страшнее смерти», — говорит она.

Так и случилось: после шести курсов химиотерапии и лучевой терапии – деньги на нее были собраны благодаря жертвователям Фонда борьбы с лейкемией – Яна вернулась домой. Она выздоровела.

«Мамина дочка»

Если сейчас мы приедем к Яне в гости, мы ее не узнаем, конечно. Ну, во‑первых, волосы отросли. А во‑вторых, и это главное – Полина, она совершенно мамина дочка. Ну вот просто не разлей вода. Куда Яна, туда и Поля. И похожи они удивительно. Никому теперь не придет в голову мысль, что почти целый год эти двое были в разлуке.

Чтобы Фонд борьбы с лейкемией мог реагировать на просьбы подопечных так же быстро, как на запрос Яны,  – должен быть запас денег. Для этого был открыт сбор на программу «Срочная помощь пациентам». Важна любая помощь! Например, ваше пожертвование в год при регулярной подписке позволит оплатить:
100 р в месяц - 1 день восстановительной терапии иммуноглобулинами после пересадки костного мозга;
500 р в месяц - 7 флаконов препарата для лечения пациентов с острым промиелоцитарным лейкозом;
1000 в месяц - один сеанс лучевой терапии.

Помочь тем, у кого нет времени ждать, можно тут.

Автор: Мария Строганова

Фото: Надежда Жарская