От железной леди до хипстерши: как изменился офисный стиль в России за 70 лет

От на скорую руку сшитых жилетов и юбок партийных работников до разбитного стиля современной молодежи, сочетающей строгий костюм с кроссовками, - всё это в нашем таймлайне офисного стиля СССР и России.
От железной леди до хипстерши: как изменился офисный стиль в России за 70 лет

Немного истории. Что было до 50-х?

Для понимания, как сформировался стиль рядового сотрудника, не работающего непосредственно на производстве, необходимо знать исторический контекст. Первая мировая, образование СССР, Вторая мировая изменили стиль гражданина, интересующегося собственным внешним видом, до неузнаваемости. Военная форма и полный отказ от любых излишеств сделали одежду жителя СССР максимально лаконичной, удобной и минималистичной. Новое советское общество было готово даже сжигать старую одежду, лишь бы искоренить буржуазное прошлое в стране. Мода как таковая была доступна только женам партийных деятелей и то с отставанием в 5–7 лет.

Дизайнеров в стране практически не осталось, только модельеры и работники ателье, которые отшивали простую и свободную одежду для рабочего класса. Самым известным модельером того времени можно назвать Наталью Ламанову, имевшую до Октябрьской революции звание  “Поставщик Двора Ея Императорского Величества”. В какой-то момент она даже успела поучиться в Париже. Привыкшая шить вечерние платья, она в период с 1919-го по 1924 год занимается разработкой простой одежды для широких масс.

Ситуация ухудшилась во время Второй мировой. НЭП ушел, а вместе с ним и последние отголоски парижской моды. В СССР поступали добытые на войне европейские вещи, поэтому некоторые умудрялись носить и меховые муфты, и кружевные платки, и драгоценные пуговицы. Однако, когда СССР вступил в соревнование с Западом, правительство ужесточило нормы одежды, призвав граждан не ориентироваться на европейцев и избегать излишней яркости. Так одно желание партии породило одновременно целую армию безлико одетых людей и сопротивление молодежи, именующей себя стилягами. Но стиляги в офис не ходили, поэтому речь пойдет не о них.

1950-е

Итак, на дворе 1953 год, наступает оттепель. После того как советская молодежь продемонстрировала силу моды, новое правительство задумывается о стиле советского гражданина. В 1957 году устраивают Фестиваль молодежи и студентов, демонстрирующий новую свободу – как в одежде, так и в мышлении. В 1959-м в Москву приезжает Ив Сен-Лоран, кутюрье дома Dior, с первым европейским показом мод. СССР все больше пытается соответствовать европейскому стилю одежды, но из-за отсутствия тканей, опыта и необходимого производства качество сильно страдает. Многие предпочитают шить одежду самостоятельно, воздвигая на пьедестал такое явление, как самопошив. Женщины высматривают интересные фасоны в журналах мод и пытаются повторить увиденное собственными руками.

1960-е

С каждым годом интерес к моде растет. Трудящееся население хочет выглядеть не просто опрятно и удобно, но и стильно. Однако швейные производства не справляются с тем, что предлагают моделирующие организации. То не хватает тканей, но возможностей изменить процесс - слишком дорого и трудозатратно. 

В это время в моде прямые силуэты (помнишь Твигги и ее мини-платье?). Но в мини в офис не придешь, это вариант на выходной день, поэтому в 60-е вспоминали моду прошлого десятилетия, а именно: диоровский new look - узкая талия, пышная юбка и аккуратная блузка. Однако в итоге и от пышной юбки пришлось избавиться - советская женщина в такой не пироги пекла, а строила социализм, и ей был важны комфорт и сдержанность.

1970-е

По сути сложно говорить об офисном стиле как об отдельном направлении, беря во внимание СССР. Буквально вся мода крутилась вокруг рабочей одежды для рабочих людей. Единственное, что отличалось, - униформа, остальное же было посвящено серым жилетам, твидовым миди-юбкам, скромным платьям на запах и другим атрибутам деловой женщины. Тогда выходили журналы «Силуэт», «Ригас модес», «Красота и мода» , белорусская «Мода», «Модели сезона» и «Журнал мод», но достать их было практически невозможно, все экземпляры расходились моментально и только “для своих”. 

Журнал “Ригас Модес”
Журнал “Ригас Модес”

Однако во времена Брежнева холодная война ненадолго ослабла, и в СССР стали поступать иностранные пластинки и журналы. В этот момент страна будто преобразилась. В моду вошли клешеные джинсы, всевозможные принты и необычные фасоны. Даже в фильме “Москва слезам не верит” мы видим, как ярко одеваются героини. Однако достать себе готовую неординарную вещь по-прежнему сложно - американские джинсы на черном рынке стоит как месячная зарплата рядового сотрудника. И большинство продолжает носить то, что предлагает государство, или то, что сделано своими руками: вязаные жилетки, рубашки с размашистым воротом, строгие прямые юбки чуть выше колена и туфли «мэри джейн» на устойчивом каблуке. 

1980-е

Сотрудница Сберегательного банка СССР

Наступает кризис советской власти - в обществе бушует культурная гражданская война. Те, кто поддерживает старые устои, носит строгие костюмы-двойки, жакеты с английским воротником и прямые юбки. Те, кто устал от рамок, подшивают плечики, носят яркие джемперы, лосины, делают «химию» и неустанно наносят кричащий макияж. Людмила Прокофьевна, героиня “Служебного романа” (1977), эдакая Маргарет Тэтчер с суровым взглядом на жизнь и моду, а Верочка - герой нового времени, которая агитирует за те самые вызывающие сапоги и свободу мышления.

1990-е

Несмотря на то что железный занавес пал, в 90-е в России ничего особенного не происходит. Развал СССР, обеднение населения, криминализация общества – неплодородная почва для развития моды. Люди продолжают шить и вспоминать моду 80-х, в то время как мир движется вперед. Плечики, плиссированные юбки, сапоги со сборками, пальто-коконы, шляпки, длинные перчатки, броши - наконец население начинает приукрашиваться и даже позволяет себе вольности в офисе. Дресс-код в частных компаниях вводят постепенно, возводя в канон нейтральные цвета, юбки средней длины, прямые брюки и двубортные жакеты. Уже в это время можно смело говорить о том, что офисный стиль - абсолютно самостоятельное течение в моде, имеющее свои границы.

2000-е

В эпоху “путинского гламура” офисные сотрудники четко разделяют свободное время и рабочее. Государственные и частные компании уже прочно закрепили в своих уставах понятие дресс-кода и определили не только, какие фасоны можно носить на работу, но и цвет колготок. Развернуться тут негде, сразу вспоминается пресловутая “Маргарет Тэтчер” из 80-х. 

2010-е

В наше время, когда первые места по прибыли заняли цифровые организации, сместив производство и добычу полезных ископаемых, дресс-код уже не имеет былой ценности. Все больше компаний отказываются от стандартизации сотрудников, выискивая в них индивидуальность и свободомыслие. Теперь в работниках ценятся не только усидчивость и покладистость, но и инициативность. И если такому сотруднику хочется одеваться ярко, то пусть не отказывает себе в этом. Однако негласное правило сдержанности на работе все же присутствует. Стив Джобс, Марк Цукерберг и даже горе-предпринимательница Элизабет Холмс ввели моду на нормкор, где в центре всего удобная одежда (привет СССР из 50-х) неярких цветов: однотонные джемперы, джинсы без аппликаций, кроссовки и футболки (можно даже с принтом, главное, чтобы там не были ничего неприличного). Допускаются как кардиганы, так и худи. Однако это уже отход от классического офисного стиля, который был взращен и культивирован десятилетие назад. 

Сейчас офисный стиль - это выбор человека (за исключением тех, кто работает в структурах с дресс-кодом). Его демонстрируют на подиумах мировые дизайнеры (Marc Jacobs, Jacquemus, Saint Laurent), адаптируют российские (12Storeez, Lesya Nebo, I Am Studio), всячески коверкают приверженцы уличного стиля, сочетая костюм с кроссовками и рюкзаками. Границы делового кэжуала размываются, поскольку общество больше не нуждается в нем. Возможно, новый виток в истории и экономики это размытие переменит.

Lesya Nebo, FW19
Lesya Nebo, FW19
I Am Studio, FW19
I Am Studio, FW19
12Storeez, FW19
12Storeez, FW19

Фото: П. Федотов/ТАСС; В. Садчиков/ТАСС; Б. Клипиницер/ТАСС; В. Созинов/ТАСС; Н. Зайцев, Е. Кассин/ТАСС; Г. Киквадзе, С. Эдишерашвили/ТАСС; П. Федотов/ТАСС; Ю. Венделин, В. Рудько/ТАСС; А. Дилис/ТАСС; И. Калныньш, П. Улдис/ТАСС;  А. Сабаляускас/ТАСС; А. Чумичев/ТАСС; А. Бадалян/ТАСС; ТАСС; Л. Портер/ТАСС; П. Федотов/ТАСС; Ю. Ананьев/ТАСС; Legion media; Shutterstock