Родные берега СЕРГЕЯ ГОРОБЧЕНКО

Чтобы не отстать, нужно бежать очень быстро, чтобы первым достичь цели — двигаться в два раза быстрее. Актер Сергей Горобченко живет по этому принципу.

Родные берега СЕРГЕЯ ГОРОБЧЕНКО

Чтобы не отстать, нужно бежать очень быстро, чтобы первым достичь цели — двигаться в два раза быстрее. Актер Сергей Горобченко живет по этому принципу. Двигаясь быстро, он сыграл в «Бумере», «Каменской», «Агенте национальной безопасности», «Братьях Карамазовых». Сергей всегда находится «здесь и сейчас» и даже чуть-чуть завтра. Что бы ни было в прошлом — победы или потери, это уже позади. Он движется по своему собственному пути. Начало пути Сергея Горобченко — на Урале.

COSMO Далеко Североуральск от Москвы?
СЕРГЕЙ Ужасно далеко! Обычно меня встречают в Свердловске, и оттуда добираемся на машине километров 500−600.

C Расскажи о Североуральске Сергея Горобченко?
С У меня к городу двойственное отношение. Если не тройственное. С одной стороны, это моя родина, там много родных. С другой — это город ссыльных, врагов народа, репрессированных. Моих родственников по маминой линии сослали из-под Питера, семья с пятью детьми была выброшена на повозке на Урал. Оказавшись на месте, они с этой ситуацией смирились внешне, но не внутренне. И добились всего! Дед был на хорошем счету, работал главным бухгалтером на алюминиевом руднике. А папин отец, коммунист, военный, приехал в Североуральск по распределению. И вот конфликт между такими разными семьями при знакомстве возник, наверное, автоматически. На границе между этих двух полюсов я себя всегда и ощущал. Возможно, потому я не могу терпеть никакое насилие, неудобство и неравенство.

C Кто твои родители?
С Как мне казалось, отец мой, Горобченко Борис Петрович, не был принят маминой семьей однозначно как персонаж достойный. Он закончил восемь классов, пошел в ПТУ, стал водителем и вполне нашел себя в профессии. Папа всегда чувствовал современные течения, любил технику, был заводилой улицы. Это человек, к которому всегда приходили какие-то фарцовщики, которые приносили модные пластинки, импортную аппаратуру, все самое свежее и интересное. Девиз у него был: «Я умру молодым». Это всех пугало и очень раздражало. На фото, где ему 20 лет, по бесшабашной вызывающей улыбке и его взгляду можно понять, что он человек интересный, дерзкий, с юмором. Я до сих пор прислушиваюсь к его мнению, мне интересно все, что он говорит. Сегодня ему пятьдесят семь, и я вижу в нем только друга, хотя мы, конечно, называем друг друга отец-сын. Я себя лучше начинаю понимать, когда общаюсь с ним.
Моя мама, Горобченко Нина Александровна, — инженер-экономист. Это первый и главный человек в моей жизни, ангел-хранитель, который отдавал и отдает все свои силы ради благополучия моего и моих близких. Она живет ради нас, сильный и очень энергичный человек. В молодости была хорошей спортсменкой, играла в баскетбол и прекратила спортивную карьеру именно из-за моего рождения.

C Каким ты был в детстве?
С Я не был абсолютно домашним, но все-таки был «ребенком под 
контролем». Бабушка, мамина мама, заложила в меня серьезные
основы, которые позволяют мне и сегодня шагать уверенно и размеренно. Папиной маме 89 лет, и она по‑прежнему остается очень веселым человеком, человеком шоу. Я в жизни отдыхаю, а на сцене работаю. У бабушки этой грани нет, для нее сцена — везде и всегда. Она продолжает завивать кудри, красить губы, танцевать, шутить и петь, потому что это помогает ей находиться в состоянии радости и комфорта. Cо стороны папиной семьи я не чувствовал никакого давления, и мне это нравилось, и было очень легко. А вот давление и воспитание я оценил позже, без этого я не смог бы стать тем, кто я есть.

C Ты так много и откровенно говоришь про родственников.
С Да простят меня мои родные за откровенность, но мне кажется, что они достойные люди, и я действительно могу говорить о них открыто.

C Какой поступок из детства может тебя лучше всего охарактеризовать?
С Был случай, я сбежал от деда. Мамин папа был очень мягким и добрым человеком, глубоко верующим, он был светлым, каким-то очень воздушным. Это было прямо сразу видно по его лицу. А мне всегда хотелось независимости, и я шел к ней всеми путями. На Новый год в Североуральске на центральной площади ставили большую елку. В полночь мы пошли с дедом на эту елку. Родители праздновали где-то в гостях, а меня не взяли. Может быть, поэтому я и сбежал ночью от него, умышленно сбежал. Мне было лет семь-восемь, для такого возраста это был серьезный протест. Так вот, сбежал, три часа шлялся. Видел, как дед меня ищет, но даже не подходил к нему, мне хотелось, чтобы все поняли: мне надо дать дышать свободно.
В пять утра я возвращаюсь домой, звоню. Меня никогда не били, предпочитая суровый подход мозговой атаки. Это было еще страшнее. Звоню, мне открывают двери, никто меня не ругает. Думаю, хорошо это или плохо? Было жалко деда, но выхода не было, надо было бороться до конца! Может, я извинился, может, поговорили об этом, не помню. Но папа тогда, наверное, был доволен, потому что это был необычный поступок, сильный, прикольный, свободный и потому достойный. Это очень характерный для меня эпизод. И я стараюсь и сегодня не потерять этого состояния отрыва и движения. Наверное, тогда я приносил неудобства. А сегодня я приношу неудобства близким только тем, что не могу всегда быть рядом.

C Когда ты уехал из родного города?
С В 16 лет. Мне захотелось самостоятельности и свободы, и я получил это в полной мере со всеми синяками, разборками, драками и осознанием себя. Того, что тебе дают в семье к 15 годам, достаточно, чтобы начать свой путь.

C Ты начал его в Петербурге, в горном, далеком от актерства институте…
С …потому что не понимал, чем мне заниматься, куда еще поступать. Иного выхода у меня не было. Да и задача была простая — не загреметь в армию, чтобы не запутаться окончательно. Было время, когда я ощущал: что-то должно произойти, тем более началась перестройка, появилось ощущение воздуха, но армейка не попадала в поле моих интересов, я все делал, чтобы оттянуть этот момент.

C И что удалось: оттянуть или избежать?
С Однажды я собрался, сказал себе и своему другу: все, завтра идем сдаваться. Накануне пошли на вечеринку к моей знакомой девушке в общежитие. Там случилась совершенно непредсказуемая драка, и силы были неравны… Я был слегка покалечен. Когда появился в военкомате на следующий день, врач посмотрел на меня и сказал: «Да, ты не закосил, брат, иди, лечись». Полежал в травме, восстановился. Потом перед театральным еще раз собрался. Но опять не случилось.

C Как в твоей жизни появилась Москва?
С Я человек подвижный. Движение и цель важны для моего собственного развития. Образ Москвы возник как естественное желание получить нечто большее, чем я имел в Питере: хороший театр, новые возможности. Почему-то мне очень сильно захотелось попасть в «Ленком». Я понял, что основные события в моей профессиональной жизни должны происходить именно в Москве.
И просто взял и уехал туда. Приехал перед новым, 2000-м, годом, начал работать сразу во всех направлениях: шоу, театр, кино. Пришел в «Ленком», думая, что смогу пообщаться с главным режиссером, но меня даже не пустили в театр. Вышел в шоке, казалось, все двери закрыты.
Потом появилось кино, и первый фильм с главной ролью («Башмачник». — Прим. редакции.) дал силы. Появилась уверенность, что все делаю правильно, ничего бояться не надо, надо двигаться. Надо трудиться. Не лениться. Если ты не знаешь, что делать, нужно делать хотя бы что-то, а дальше дорога тебя уже сама выведет, но главное — прикладывать свою волю. Но и относиться слишком серьезно к жизни тоже нельзя, иначе начнешь жалеть, переживать, экономить, а это неправильно.

Относиться слишком серьезно к жизни тоже нельзя,
иначе начнешь жалеть, переживать, экономить,
а это неправильно.

C Где тебе больше понравилось — в Питере или в Москве?
С У меня мама училась заочно в Москве, когда я заканчивал школу, и я каждое лето проводил в столице. А Петербург стал совершенно новым для меня миром. Он пришелся впору какой-то своей особенной атмосферой. Москва более веселый город и простой. А Питер — замороченный. Но там есть люди, которых все меньше остается, это дореволюционная интеллигенция, которая есть только в Петербурге. А вообще я чувствую себя комфортно там, где есть работа, где ее много и где за нее платят.

C У тебя есть сын. Ты уже показал ему город, где вырос сам?
С Однажды, несколько лет назад. Глеб растет очень демократичным человеком, он все принимает c интересом. С интересом относится к своим корням, как к уральским, так и к корням фамилии Горобченко, с некоторым юмором. Когда его спросили, какой второй язык после английского он собирается изучать, он ответил: конечно, украинский!

C Что-то изменилось в тебе с отцовством?
С Ох, это случилось почти бессознательно. Тогда было сложное время в моей жизни. Надо было сохранить чудо открытия своей принадлежности удивительной актерской профессии. Было сложно. Перетрудился, перестарался, наверное. Это был очень хороший опыт, но к моменту возникновения своей собственной семьи я не был готов стать отцом и мужем. После расставания с женой прошло уже пять лет. Сегодня, мне кажется, я вполне готов к созданию семьи и готов отвечать за нее в полной мере. Время просто пришло. А тогда было рано, нужно было какие-то профессиональные вещи сначала сделать.

C И что нового в профессии?
С Готовится к выходу многосерийный фильм по «Братьям Карамазовым». Я терплю сериальную работу, потому что мне, по большому счету, все равно, что играть, если это дает мне возможность выразиться, если это нормальная история и персонаж, который мне нравится. Кино я люблю больше, потому что на 1,5 часа фильма моего терпения хватает, я могу посмотреть на свою работу. Сериала своего я ни одного полностью не видел. Не хватает элементарной усидчивости.
Я мучился немного перед «Карамазовыми», потому что представлял, в какое долгое путешествие придется отправиться. Работа была нужная и важная, она выполнена, я могу к новой приступать. Это будет современный фильм о любви, снимает интересная команда, что для меня всегда очень важно. Работаю 12 часов в сутки. Все успеваю, все отлично!

Стоматолог был поражен: у меня все нижние зубы — однокоренные!
Так и в жизни — мне нужен один путь, четкий и понятный.

C А что есть в твоей жизни кроме работы?
С Ищу семейных контактов. У меня объявилась замечательная двоюродная сестра, умная, подвижная, современная женщина, мы говорим на одном языке. Я уже ощущаю себя самостоятельным и независимым, и хочется объединять вокруг себя людей, хочется быть центром своего мира, дома. Думаю, что это и приведет меня к образованию своей семьи. Прошлый день рождения ездил праздновать на родину. Собрал всех наших стариков, отчима, отца, дядьку, своих троих братьев. Отмечали мужской компанией на озере, в тайге. Взрослые вели себя, как молодые пацаны, хулиганили, кричали, радовались и были очень счастливы, по-моему. Ушли, растворились все амбиции, недоговоренности, высказанные и невысказанные вещи. Все растворилось. Я был на Урале пять дней, и все пять дней длился праздник.

C Где же актеры, которые заняты на съемках по двенадцать часов в день, ищут…
С …вторую половину? Не знаю. Сегодня для меня этот вопрос открыт. Я понимаю, что не должен никаким образом ни вымучивать его, ни форсировать. Для меня это момент терпения. Очень долгое время у меня по отношению к женщине были, как бы это помягче сказать, исключительно самцовые физиологические потребности. Сегодня я понимаю ценность, необходимость создания семьи и хочу быть с одним человеком. Не потому, что так принято, а потому, что мне этого сегодня хочется. Это необходимо, как опора, как корень. В семейном единстве, единстве мужчины и женщины, мне кажется, очень много силы. А в так называемых свободных отношениях человек много силы теряет. Меня это стало мучить, раздражать! Я понял, сейчас это не мое. По‑мужски это, возможно, даже смешно звучит: я — такая Ассоль в мужском образе, ждущая своего счастья.

C Говорят, счастье — это остановка человека в развитии, состояние застоя.
С Счастье вообще странное понятие. Главное — никогда не сворачивать со своей тропинки. Шаг сделал, чувствуешь — не туда, надо вернуться. Надо находить близкое по духу: друзей, музыку, кино. Я могу свернуть, знаю за собой такое, но стараюсь этого не делать. Все хорошее есть в самом себе: и радость, и счастье, надо лишь нащупать это. Жизнь создана не для мучений, а для того, чтобы быть интересной. Даже если тебе нелегко, ты должен понимать, почему так происходит и зачем.
У меня был удивительный случай. В стоматологическом кабинете мне сделали снимок челюсти, и врач был поражен: у меня все нижние зубы — однокоренные! Так и в жизни: мне нужен лишь один путь, четкий и понятный. По этому пути я могу идти до конца. Не все понимают мои разговоры про движение, но я чувствую и знаю, что мне это необходимо. Надо что-то делать, куда-то двигаться, любить само движение. Иначе как еще встретить себя будущего?



С Сергеем Горобченко разговаривала Марина Залогина




 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить