Наперекор веку Гертруда Стайн

Гертруда Стайн вошла в историю как критик, муза и новатор, совершивший настоящую литературную революцию.

Наперекор веку Гертруда Стайн

Гертруда Стайн вошла в историю как критик, муза и новатор, совершивший настоящую литературную революцию. Личный друг Пикассо и Хемингуэя, эта смелая женщина презирала общественные нормы и создавала собственные.



Детство и бегство
Она появилась на свет 3 февраля 1874 года в Аллегени, штат Пенсильвания в США. Ее отец занимался строительным бизнесом и торговлей недвижимостью, и двое его детей прожили всю жизнь на сколоченный им капитал. Детство Гертруды прошло между двумя европейскими столицами — Веной и Парижем. Вынужденная вместе с семьей вернуться в США в четырнадцать лет, она при первой же возможности убежит обратно в центр искусства и литературы, Париж.
Гертруда и ее старший брат Лео рано остались сиротами. Сначала смерть матери от рака, затем, несколько лет спустя, смерть отца. Об отце Гертруда сохранила самые неприятные воспоминания, заявив позднее: «Отцы производят гнетущее впечатление». Он пытался контролировать жизнь дочери. Следуя его настояниям, она поступила в колледж, где занялась сначала психологией, а затем медициной. Однако медицина никогда не интересовала Гертруду, а после смерти отца ей уже не перед кем было отчитываться и некого бояться. Она без сожалений оставила колледж и немедленно перебралась в Париж, где уже жил ее старший брат.

В мире искусства
Лео Стайн снимал небольшую квартиру рядом с Люксембургским садом, на улице Флерюс, 27, где поселилась и Гертруда. В этой квартире она проведет всю свою жизнь. Брат с сестрой жили на доход от отцовского предприятия, которое находилось в Сан-Франциско. Лео был критиком искусства, собирал картины молодых, еще не признанных художников нового направления, которое получило название «кубизм», принимал у себя и авторов картин. Гертруда гармонично влилась в богемное общество, став хозяйкой салона и подружившись с Матиссом и Делоне.
Стайны не только общались с художниками, они охотно приобретали их картины. Завсегдатаи галерей, где выставлялись авангардисты, известные в то время лишь прогрессивным коллекционерам, к которым относили себя и Стайны, они были единственными клиентами, покупавшими картины не оттого, что были богаты, а несмотря на то, что таковыми не были. И это при том, что картины, идущие вразрез со сложившейся традицией, подвергались осмеянию. Купив полотно Матисса «Женщина в шляпе», Гертруда не просто спасла художника от голодной смерти — только благодаря этой сделке Анри уверовал, что он талантлив, и продолжил занятия живописью. Стайн верила в свой вкус и не боялась общественного мнения. Ее девизом было: «Дайте мне послушать меня, а не их».
Она была образована, умна и очень остра на язык. Ее вердикта гости боялись как огня. Слова Гертруды всегда имели вес. Вскоре она стала известна как созидательница и разрушительница репутаций. Но настоящий талант был для нее неприкосновенен. «Вычеркнуть у автора даже самое короткое слово — все равно что вычеркнуть все», — не уставала повторять Стайн.

Вечная возлюбленная
Даже самое блестящее мужское общество не могло заменить мисс Стайн общества женского. Главная, настоящая любовь, которая будет сопровождать Гертруду до самой смерти, появилась в ее жизни осенью 1907 года, когда начинающей писательнице было за тридцать. Алиса Токлас, тридцатилетняя американка, путешествовавшая по Европе, зашла к прославленной соотечественнице. Эта встреча перевернула их жизнь. Алиса не вернулась в США.
Отношения между ними стали поводом для сплетен богемного Парижа. Они всюду появлялись вместе. Гертруда не скрывала своего пристрастия к женщинам, об этом все знали. Бросить обществу такой откровенный вызов не смел до нее никто. Она говорила: «Свободная женщина — та, которая позволяет себе секс до свадьбы и работу после свадьбы». Лео был недоволен. Он покинул дом на улице Флерюс, и его место в квартире и жизни Гертруды заняла Алиса. С 1912 года до смерти писательницы пара была неразлучна.

Потерянное поколение
Дом Гертруды в Париже был местом встреч всех американских литературных звезд того времени. У нее часто бывал Эрнест Хемингуэй, живший в десяти минутах ходьбы от дома Стайн. Они познакомились в 1922-м, когда писатель только что женился и был корреспондентом канадской газеты. Захаживал и Скотт Фитцджеральд, наведывавшийся в Париж в компании своей жены Зельды. Стайн охотно принимала молодых писателей, принесших затем славу американской литературе. Она-то и дала им знаменитое определение «потерянное поколение». Рано повзрослевшие, эти люди так и не смогли найти себя и свое место в жизни.
Двери ее дома всегда были открыты для талантливой молодежи. Она терпеливо нянчилась с юными гениями, выслушивала их жалобы на глупую публику, материальные трудности, любовные неудачи. Она кормила их обедами и обещала, что все будет хорошо. Обладая прекрасным литературным и художественным чутьем, Гертруда была их первым критиком, понимающим, тактичным и благожелательным. У нее почти не оставалось времени на собственное творчество, а ведь Гертруда относилась к сочинительству как к важной работе. Литературные занятия были для нее не развлечением, а трудом, который она считала необходимым.
Писательские опыты Стайн были не столь успешны, как ей бы того хотелось, и ей часто приходилось признавать, что многие ее подопечные обладают куда большим литературным талантом и куда меньшей порядочностью. Она пользовалась их уважением и восхищением лишь до тех пор, пока сами они были неопытны. С приходом их собственной славы восхищение Гертрудой пропадало и часто сменялось резкими отзывами о ее личности и творчестве. Она страдала от их неблагодарности.

Литературный новатор
На страницах своих романов Стайн проделала с литературой то же, что Пикассо с живописью. Она менее всего заботилась о легкости стиля, экспериментируя с текстами и фразами, сыпала загадочными афоризмами, разгадать которые литературоведы не могут до сих пор. Ее куда больше заботило слово как таковое, чем передаваемый этим словом смысл. Она одной из первых начала применять в литературе прием потока сознания, полностью исключив из части текста знаки препинания.
Гертруда была очень чувствительна к чужому мнению о своих произведениях. В ее планы не входило умереть непризнанным гением. Она хотела признания, но даже ради этого не шла на уступки, не предавала себя и не адаптировала свои тексты к требованиям времени. Но современники Стайн часто не могли понять ее творчество и считали ее попросту странной. Ее талант и ее вклад в литературу оставались неоцененными до середины XX века. Произведения Гертруды Стайн получили признание лишь после ее смерти.

В оккупированном Париже
Лето 1940-го стало роковым для Франции. Оккупация большей части страны немцами и образование коллаборационистского правительства Виши поставило под удар всех проживающих во Франции граждан еврейского происхождения. Гертруда и Алиса были уже пожилыми дамами. Им предлагали уехать, но они осталась.
Благополучно переждав оккупацию в загородном доме, дамы вернулись в Париж в 1944-м. Мирной жизнью им пришлось наслаждаться недолго. Летом 1946 года Гертруда узнала о тяжелом диагнозе — рак. Накануне операции, находясь в полубессознательном состоянии от уколов морфия, притупляющего боль, она, любительница загадочных фраз, спросила у Алисы: «И каков же ответ?» — имея в виду заключение врачей. Та промолчала, не в силах произнести уже вынесенный врачами приговор. Тогда Гертруда усмехнулась и произнесла: «Хорошо, тогда спрошу иначе: а каков вопрос?» Это были ее последние слова, обращенные к любимой подруге. Она умерла во время операции 27 июля 1946 года. C
Елена Смирнова

Фото: AISA/RUSSIAN LOOK. ASSOCIATED PRESS/FOTOLINK

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить