Эксклюзивное интервью с Ромой Зверем

В преддверии концерта в «Олимпийском» мы пообщались с Ромой Зверем.

Эксклюзивное интервью с Ромой Зверем


Не верится, что группа «Звери» уже 10 лет на сцене, что бессменный лидер коллектива — Рома Билык — стал взрослее и серьезнее. Но он по-прежнему остается романтиком, отдает все силы творчеству и считает музыку своим единственным и главным призванием в жизни.

С Ромой не хочется обсуждать обычные темы глянца вроде моды, попсы и красивых девушек. Он рокер в хорошем смысле этого слова, интеллигент накануне революции: ему не нравится господство массовой культуры, неустроенность современной России и политической системы, и он понимает, что один не справится со всеми проблемами человечества. Но пытается. Благодаря своему творчеству.

Сosmo: Почему ты назвал свой последний, пятый, альбом «Музы»?


Рома: «Музы» — очень емкое название. В альбоме 9 новых треков, древнегреческих муз тоже 9. Потом я заметил, что на обложке альбома 9 букв (на обложке написано: «Звери Музы»).

С: А как к тебе приходит вдохновение? Тебе приходят в голову стихи или мелодия?

Р: Это очень сложный процесс, мне сложно его уловить. И каждый раз это происходит по‑разному.

С: Ты пишешь стихи для себя, в стол?

Р: Нет, никогда. У меня все уходит в творчество и отдается людям, у меня даже нет никакой песни, которая бы лежала год-два и не была бы использована.

С: Кто или что твои музы?

Р: Девушки и женщины. Люди являются источником новых песен.

С: Рома, ты романтик? Во многих клипах ты совершаешь романтические поступки. Что тебя привлекает в девушках?

Р: Да. И я очень влюбчив, поэтому такие песни. Прежде всего в девушках привлекает их естественность и женственность.
С: Ты веришь в дружбу между мужчиной и женщиной?

Р: Да, но это бывает очень редко. В основном между мужчинами и женщинами создается влечение.

С: Ты дружишь с Валерией Гай Германикой. Расскажи о вашем совместном проекте. До нее ты на большом экране не появлялся.

Р: У меня нет задачи показывать свое лицо в телевизоре. Ищу стоящий проект, а то, что предлагается лично мне, не устраивает. Либо это коммерческие проекты, в которых работать неинтересно, либо у меня не хватает времени. Если предлагают большую роль, нужно посвятить этому много времени. Поэтому все предложения о съемках отклонял до последнего времени. У Гай Германики снялся в сериале «Краткий курс счастливой жизни», который повествует о 30-летних женщинах, ищущих себя, счастье и любовь. Я играл ветеринара. Правда, ко мне героини приходят не за лечением своих питомцев, а ради общения со мной. К роли особо не готовился. Когда надеваешь зеленый халат, тапочки, то входишь в образ, понимаешь, что от тебя требуется.

С: А фильм «Все умрут, а я останусь» смотрел? В нем звучат сразу две твои песни — «Районы-кварталы» и «Дожди-пистолеты».

Р: Я никогда не отдаю свои песни на то, что мне не нравится. Все, кто хочет мои песни для саундтрека, присылают мне материал, я говорю либо «да», либо «нет». В основном говорю «нет», редко — «да».

С: Фильм не показался тебе жестоким? Если была бы такая возможность, снялся бы в нем?

Р: Это искренний фильм. Был бы помоложе, снялся бы.

С: Продолжая тему искусства: как относишься к живописи?

Р: Живопись очень люблю. Но современную не воспринимаю. Ну, например, пластиковые бутылки, составленные в форме Земли. Мне кажется, после Эни Уорхола и Сальвадора Дали живопись сильно изменилась, стала массовым искусством. Сейчас массовое искусство победило, у меня есть несколько друзей-художников, которые действительно занимаются живописью. Но и их склоняют к работе на общество потребления.

С: Знаю, что в 2010 году ты создал линейку Zveri. Не хочешь дальше продвигаться в этом направлении, показывать свои коллекции на Неделях моды?

Р: Я считаю, что Недели моды — это фикция, поэтому меня там никогда не будет. Я общаюсь с русскими дизайнерами, но это мало известные персонажи, которые работают для узкого круга, для своих друзей.

С: Как ты вообще относишься к моде?

Р: Что такое мода? Мода — это ты. Если у тебя есть вкус, то ты сам формируешь свой стиль. Это глупо следовать за последними веяниями. Тем более в последнее время, когда тренд — это все что угодно. Можно одеваться в любом стиле, лишь бы тебе это нравилось. Я, конечно, посещаю магазины, общаюсь с дизайнерами, но если, например, сегодня в моде леопард, то я не буду носить леопард.

С: Как оцениваешь конкурс «Евровидение». Ты ведь принимал участие в отборе для конкурса в 2005 году с песней «Снегопады».

Р: Нас попросили участвовать в отборе, но мы сразу сказали, что на «Евровидение» не поедем, даже если победим. Мы участвовали в кастинге не ради победы, а чтобы украсить отборочный тур. К «Евровидению» отношусь так же, как к шоу «Минута славы», — это шоу ради одной минуты. Нашей группе это неинтересно.

С: Опиши своих поклонников.

Р: Раньше это были девушки в основном, теперь я вижу на концертах мужчин. Женщины в любви более верные и привязанные, видимо, они научили своих мужчин слушать нашу музыку, она им понравилась. Теперь они ходят на наши концерты. Так странно, видеть больших мужчин, которые танцуют под наши песни, но они действительно приходят.

С: А отличается аудитория больших городов от аудитории маленьких? Где вас больше любят, где более воодушевляющая публика?

Р: Везде нас примерно одинаково принимают. Ведь если человек приходит на концерт, он хочет петь песни, наслаждаться выступлением. Но разница между публикой действительно есть. Как мне кажется, это зависит от культуры. Так, в некоторых городах люди не знают, как реагировать на артистов, потому что нет культуры проведения концертов. Некоторые люди воспитаны так, что сидят весь концерт на своих местах, они привыкли так себя вести. Может быть, они рады были бы вскочить и танцевать, но так не принято. Поэтому Москва, Питер, Владивосток и другие крупные города, которые избалованы приездом многих артистов, они более свободны, естественны в своем восприятии музыки.

С: Тебя нет в «Контакте», нет в Twitter. Почему? И как ты вообще относишься к современным технологиям? Стремишься купить новый гаджет?

Р: Нет, не стремлюсь. Пользуюсь, конечно, Интернетом, телефоном. А в социальных сетях не сижу, так как я не тот человек, которому важно постоянно общаться со всеми и показывать свое лицо везде. Я интроверт и общаюсь только с близкими людьми. Соцсети для этого не нужны.

С: Но ведь с помощью соцсетей можно узнать о том, что интересует твоих поклонников.

Р: Я для этого захожу в Интернет, смотрю, что пишут люди о новом альбоме.

С: Что думаешь о фонограмме, к которой прибегают некоторые артисты при выступлении?

Р: К этому явлению отношусь двояко. С одной стороны, артисты говорят, что из-за технического обеспечения не могут использовать живой звук. Но это отмазка. С другой — некоторым людям все равно, в живую поет исполнитель или нет, потому что человек приходит отдыхать. Но если публику это устраивает, почему бы и нет? Каждый артист достоин своей публики. Пока телевизор не перестанет диктовать свои условия, у нас будут все новые поколения артистов, заигрывающих с публикой, заучивающих движения и открывающих рот. Но веселить публику мало для серьезного артиста.

С: Есть ли сейчас волнение перед выходом на сцену? Раньше наверняка волновался?

Р: Я выхожу на сцену и чувствую себя по‑другому. У меня нет волнений перед выступлением. Единственное, за что я переживаю, — это за технику, которая может выключиться. Или могут возникнуть проблемы со звуком. Это очень раздражает, когда ты не слышишь барабанщика, темпа. Это отвлекает от процесса общения с публикой. И это передается залу. И я не могу, находясь в стрессовом состоянии, когда я что-то не слышу, улыбаться и делать вид, что все хорошо. Главные персонажи на концерте — это публика и исполнитель, и им должно быть хорошо.

С: Мысль о жизни в другой стране посещала? Многие считают, что там жизнь лучше, чем в России.

Р: Я родился здесь и пою на русском языке. Надо думать и разговаривать на другом языке, чтобы жить за границей. Я слежу за новостями, меня не может не огорчать политика в России, но я с этим ничего поделать не могу. Могу лишь петь и помогать людям своим творчеством.

С: Благотворительностью занимаешься? Как относишься к проблемам, связанным с окружающей средой?

Р: Я был воспитан в Советском Союзе. Да, это не идеальный режим, но нас учили уважать старших, ценить ресурсы. Это важно. Человек приходит в этот мир пустым, важно его наполнить с помощью образования и правильного воспитания. А что происходит у нас? Мне грустно от того, что я вижу сейчас, но пока ничего невозможно сделать. Все, что я могу сделать, — при помощи песен объединить людей. По поводу благотворительности — стараюсь заниматься этим, но не считаю нужным это афишировать.

Рома Зверь поет не ради славы или критики, а ради публики. Да, слава его не тяготит, но он признается, что не стремился стать тем, кем является сейчас. Это стечение обстоятельств, собственный труд и поддержка людей, которые помогли раскрыться.

С: Какое-то у нас с тобой совсем не для женского сайта получилось интервью.

Р: Это тоже хорошо и интересно. Надо расширять темы.

Концерт группы «Звери» пройдет в спорткомплексе «Олимпийский» 11 декабря.

Текст: Надежда Зубрева
Фото: пресс-служба артиста

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить