Спокойствие, только спокойствие!

Я испытываю чувство тревоги за наше будущее, которому угрожает необъяснимое прошлое М. Необъяснимое, потому что я не понимаю, как можно было с кем-то встречаться, когда есть я. Те же чувства, вероятно, испытывает Ferrari, когда в нее садится бывший велосипедист.

Спокойствие, только спокойствие!

Я стою в очереди в аптечную кассу и думаю о мужчинах. О тех, с которыми М. встречалась до меня. Подобные мысли меня посещают нечасто.
Раз в полгода. Точнее, раз в месяц.
В общем, не чаще, чем раз в неделю…

Я испытываю чувство тревоги за наше будущее, которому угрожает необъяснимое прошлое М. Необъяснимое, потому что я не понимаю, как можно было с кем-то встречаться, когда есть я. Те же чувства, вероятно, испытывает Ferrari, когда в нее садится бывший велосипедист.
— Очень приятно, — говорит Ferrari велосипедисту. — Но какая связь?
Конечно, у М. есть смягчающие обстоятельства. Во‑первых, я в те годы встречался с другими женщинами.
Во‑вторых, мы не были знакомы. Но я все равно не могу себе объяснить ее нетерпеливость. Вот взять, например, этого мужчину передо мной. Тридцать пять, метр семьдесят пять, на темени посадочная площадка, заботливо прикрытая редкими волосьями с висков. Могла М.
с ним встречаться? Увы, могла.

Крайне неприятный мужчина, если честно. Возьмем другого. Вот дядечка лет сорока пяти. Широким жестом оставляет мелочь на тарелке, на висках благородная седина, на плечах — хорошее пальто. За такого почти не стыдно. Такого даже можно показывать друзьям. Прикрыв усы. Как можно встречаться с мужчиной, который носит усы? Он ест суп, ест борщ, да пускай даже бутерброд — усы ведь все помнят. А потом теми же самыми усами он лезет женщине в лицо.
И сразу становится понятно, чем этот воробей обедал.
В любом мужчине я с легкостью нахожу фатальный изъян. А вот М. разбирается в мужчинах хуже.
И не исключено, что однажды М. уйдет к каким-нибудь усам. Потом, конечно, будет жалеть, плакать в подушку, грызть журнальный столик… Будь на ее месте любая другая женщина, я бы даже позлорадствовал, но М.-то я люблю. Я не хочу ей такой судьбы.
— Что будете брать? — уже громче говорит кассирша.
Стыдливо протягиваю две упаковки. Когда мне было пятнадцать, я стеснялся покупать презервативы. Но теперь я стесняюсь другого.
— Успокоительное, — заговорщически говорю я кассирше. — Но это не мне.
Я мужчина. Я стойко переношу невзгоды судьбы. Это для М.

мужской совет: МЫСЛИ РАЗРУШАЮТ МУЖЧИНУ. ЕСЛИ ОН МНОГО ДУМАЕТ, ПОСТАРАЙСЯ ЕГО ЧЕМ-НИБУДЬ ЗАНЯТЬ, НАПРИМЕР ПОПРОСИ ВЫНЕСТИ МУСОР.

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить