Первая любовь

Почему первая любовь так неохотно нас отпускает?

Первая любовь



Прогон и премьера
В детском саду считается? Ведь там все было так серьезно: мы с подружкой, например, планировали, сколько у нас будет детей. Но нет. Это как рассказывать о первом автомобиле, описывая машинку на веревочке. И в пятом классе тоже не считается, сколько бы раз твое имя ни нацарапали ножиком на скамейке. Все-таки будем говорить о настоящем взрослом чувстве. Даже та влюбленность классе в девятом, когда краснеешь и теряешь дар речи в присутствии девочки и почему-то ужасно хочется если не погибнуть, спасая ее от злодея, то хотя бы сильно пораниться; когда за счастье просто постоять, гипнотизируя взглядом заветное окно, — даже это лишь репетиция любви, прогон, как говорят в театре. Премьера — это все же какие-то взаимные чувства, отношения. Роман. Его отличает чистое счастье, не замутненное предчувствием неизбежного расставания. Тогда, впервые, все мы думали: «Ух ты, как здорово! А будет еще лучше, только лучше!» Теперь чаще ноем: «Лучше не будет уже никогда».

Полноценный человекМою первую любовь звали Мариной. Спустя много лет после нашего романа я отчетливо понимаю, что он продолжает влиять на мою личную жизнь. А именно: у меня большие претензии к первому поцелую. Это было возле дверей ее квартиры около девяти вечера — из комнаты доносилась заставка программы «Время». В момент, когда я почувствовал, как Маринины губы отвечают на прикосновение моих, в голове потемнело, и я упал в обморок. Девушка успела меня поддержать. Если бы не она, разбил бы голову. Откуда этот переизбыток чувств? Когда приходит любовь, ты наконец становишься полноценным человеком, мужчиной. Никаких великих тайн больше в жизни не будет. Будет более или менее интересно, трудно, непредсказуемо, но в определенных рамках. Теперь вот, например, бывает целуешься с девушкой и думаешь: «Ага, жвачка арбузная». Или: «Только что губы накрасила». И вообще, поцелуй — это все-таки пролог к чему-то большему. Не самостоятельное событие. Я, видимо, это все предчувствовал, и меня так накрыло. Не очень понятно, почему все не валятся в обморок, как я. Я запомнил Марину чистым ангелом, несмотря на то что она меня бросила накануне выпускных экзаменов, и я сдал их крайне неудачно. Возможно, у нее теперь скверный характер, плохая кожа, вредные привычки и сплошные катастрофы в личной жизни. Но в моей памяти она — тонкая красивая брюнетка, счастливая, смеющаяся, озорная. Бродский считал, что первые любови должны быть нам сильно признательны за то, что мы их хорошо запомнили, и я с ним согласен. А для нас, может быть, лучше было бы их не запоминать? И не будь тот поцелуй столь крут в моей памяти, последующие, возможно, казались бы куда слаще. Сознание я больше никогда не терял, а хотелось. И невольно приходило на ум: «Э, нет, так больше не влюбиться». Вряд ли новым отношениям идут на пользу такие сравнения.



Игра в отношения
Но иначе как же нам почувствовать, насколько первая любовь была возвышенна и чиста? Только расставаясь с ней, а потом всю жизнь сравнивая. Мы ее, первую, не трогаем руками, сырыми после мытья посуды, не тыкаем ершиком для унитаза, не заваливаем мусорными пакетами и грязным бельем, не испытываем друзьями и родными, не ломаем изменами… И так она остается в памяти чистым идеалом. Судя по антисоциологическому опросу среди друзей, с первыми любовями расстаются почти все. Некоторые — упертые, романтики оголтелые, наградив (или помучив) друг друга несколькими годами брака. Одноклассники Леша и Таня поженились на втором курсе вуза. Развелись на пятом. «Это игра в отношения — опыта нет, действуешь наугад. Нигде же этому не учат, хотя, я считаю, следовало бы, — рассуждает Алексей. — Ты любишь не человека, а свою любовь — от этой эйфории неимоверно „прет“. Плюс совместная жизнь, самостоятельная — адреналин. Потом ты однажды просыпаешься с персонажем, которого не знаешь, и что делать, не знаешь тоже. Хорошо, что у нас хватило ума это признать». Это он сейчас так говорит: «Хватило ума». На самом деле — какой там ум. Страдал по ней еще пятилетку. А Танина мама прокомментировала это так: «Интересно, зачем мы им тогда деньги дали?» Потому что хочется сказки, вот зачем. Счастья доченьке хочется. Хочется увидеть доказательства, что любовь, как мы ее понимали в 17 лет, есть. Верить в чудо хочется. Кто спорит, чудеса случаются. Как бережно передаются из поколения в поколение истории любви дедушек и бабушек, которые начинаются с сидения за одной партой и заканчиваются… нет, даже не заканчиваются. Я не о тех дурацких сказках, где люди, которых развела судьба в 18 лет, находят друг друга лет через 40 и объединяются. «Я ждала его всю жизнь!» — признается в телевизоре седая старушка, вытирая слезы вышитым полотенцем. По‑моему, она заблуждается. Ведь если это правда, то она сознательно испортила себе жизнь. И близким, тем, кто думал, что она живет с ними и для них. Я о других историях. В них может не быть шокирующих поворотов и драматических развязок. Просто жили люди, ездили на работу на метро, хранили фотки с отдыха в Крыму, занимали деньги до зарплаты, выезжали осенью в лес за брусникой, собирали книги из «Библиотеки всемирной литературы», в ряд на полочке ставили слоников, лечили детские коленки подорожником, лепили пельмени, мечтали о хорошем. Их жизнь — не сплошной медовый месяц, они проходят через сомнения, искушения, разочарования, иногда почти расстаются и мучительно пытаются вспомнить: «Что меня удерживает рядом с этим человеком?» И вспоминают. Первая любовь остается для них единственной. Есть в этом нечто чертовски притягательное, правда?

Созданы друг для друга
У меня есть знакомая пара, Надя и Андрей, у них, кажется, есть все шансы стать классическим примером подобных отношений. Они вместе с 16 лет — девятый год пошел. «Я подумала, в 32 года мы будем отмечать полжизни вместе, — рассуждает Надюша. — Хотя, если по правде, он у меня не первый». Андрей имитирует возмущение, округляя глаза. «До Андрюхи я любила Гагарина и чувака из Maroon 5. Я ему даже письмо писала, но он не ответил вовремя. А потом вылил уже безответную любовь ко мне в песнях», — пожимает плечами Надя. Эти двое красивы, как марсиане из рассказов Брэдбери. Я завидую им: для них понятие «созданы друг для друга» естественно. Им всегда интересно вместе, откуда-то они многое понимают в жизни, они смотрят в глаза друг другу спокойно и честно и часто совершают совместные велопутешествия. Знаете, наверняка у каждого из нас в окружении есть пары, про которые думаешь: они никогда не расстанутся. Если расстанутся они — все рухнет, угольки останутся от планеты. У меня такое ощущение. Но таких, я убежден, — единицы, одна Надя и один Андрей на десять тысяч Надь и Андреев. Ведь найти настоящую любовь с первого захода — это же практически невозможно. Или кто-то полагает, что судьба (или Боженька) для нашего удобства приводит разлученные половинки в один класс и сажает за соседние парты? Кто там у нас отвечает за первую и вечную любовь в мировой литературе? Ромео и Джульетта? Друзья, это были совершенно безответственные дети, которые упивались красотой захватившего их чувства. Из-за всей этой истории там полегла масса достойного народа, а было ли между ними это самое вечное? А черт знает — они же умерли. В общем, торопиться не надо. Влюбляйтесь, разъезжайтесь в разные города учиться и пишите друг другу письма. Потом, предаваясь воспоминаниям, достанешь их из шкатулки и перечитаешь, улыбаясь: «Эх, Колюня, какой ты был неистовый!» А стал лысым скучным толстячком.

Ностальгия, все дела
«Ага, а если он превратился в натурального бандераса и sms меня закидывает?» — задумчиво спрашивает меня коллега Вика. Она произносит не «бандэрас», как все, а с мягким «д» — «банДЕрас», как «ДЕдушка». Викуся семь лет замужем, у нее двое детей. А тут этот бандерас объявился. Вика два раза сходила с ним на свидание («А помнишь?» — «А ты, ты помнишь?»). И не удержалась, уехала от мужа «в командировку» (офис-менеджер — в командировку!) и отдалась романтической похоти. «Секс был прекрасным. Но разговоры на второй день стали меня напрягать, — откровенничает она. — Скучно. Тем нету. Договорились до вопросов «А тебе какие фильмы нравятся?». Вика так много ждала от этого возвращения большой любви и была так обескуражена несоответствием ожиданий и реальности, что даже сходила к психологу. «А он говорит: видите ли, ваши чувства понятны, но в вас ожила любовь к тем отношениям, а не к реальному человеку. Ностальгия, все дела». Викуся многозначительно подняла палец и стала собираться домой. К мужу. Думаю, готовность снова влюбиться в свою первую любовь больше свойственна женщинам. Они вообще отчаяннее. Клянусь, у меня и в мыслях никогда не было отыскать свою первую любовь. О чем мы будем говорить? Это как встречаться с одноклассниками в разных «Одноклассниках»: «Привет! Как дела? Говорят, ты в Питере? Классная фотка! А я на железной дороге работаю. Надо бы увидеться!» Зачем увидеться? Чтобы что? Я ни разу не видел тебя за десять лет и вполне нормально себя чувствую, я терпеть не могу поезда, и вообще, я же в Питере! Так же и с любовью. Викин пример показателен. У меня же был опыт переписки с не первой, но второй любовью. Хватило на два письма. Катя сообщила мне, что у нее много свободного времени, поэтому она осваивает танец на шесте. А я, что у меня серьга в ухе и идиотская работа. Ибо что я могу рассказать про танцы на шесте? Конечно, гораздо хуже, если ее, первой любви, не было вовсе. Значит, вообще любви не было — это нехорошо.

Счастливы, как в детстве
Если первая любовь случилась в свое время, мы знаем, на какие сильные чувства способны, и стремимся пережить их снова. Вот и вся польза. Да, бывает, планка завышена. Но максимализм уходит, и ты уже готов к тому, что любовь — это не обязательно «пока смерть не разлучит нас». Что с ней надо как-то трудиться, учиться, прилагать усилия. Но опыт сердца не менее важен, чем опыт разума. Когда в отношениях находишь баланс того и другого — это уже похоже на что-то типа счастья. Говорят, мы никогда не сможем быть так безмятежно счастливы, как в детстве. Мы больше не умеем не думать о завтрашнем дне — и это омрачает любую радость. Ведь она кончится. В детстве, если ты ловишь снег языком, думаешь только об этом — и счастлив. Такое чистое счастье, без примесей. Первая любовь отличается именно тем, что ты не думаешь про завтра. Просто не знаешь, что оно наступит. Не сомневаешься — как ребенок, живешь здесь и сейчас. Для меня первая любовь — это последний вдох детства.

Текст: Алексей Черемушкин
Фото: LEGION-MEDIA

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить