Жизнь на халяву

Это не совсем эксперимент, и вряд ли мы можем с чистой совестью посоветовать читателям повторить «похождения» нашего редактора Алины Фаркаш, которая решила поесть и повеселиться — бесплатно!

Жизнь на халяву

Мои родители считали, что нет слова унизительнее слова «халява». Мне даже одеждой с подружками не разрешали меняться. Точнее, разрешали давать поносить свою, но запрещали взамен брать чужую: «Это неприлично, у тебя есть все, что тебе необходимо». В общем, я выросла с болезненным чистоплюйством относительно любых материальных ценностей, достающихся мне «за просто так» и «ни за что».


Ну вот, например, только закончив университет, я работала в одном развеселом городском еженедельнике и писала статью о молодых российских дизайнерах. Ну, знаете, о таких, что шьют на бабушкиной машинке в подвале коллекцию прекрасных асимметричных балахонов, потом выигрывают с ней десяток конкурсов молодых дарований, а потом не понимают, куда все это деть. В тот день у меня было пять увлекательных интервью, и я вернулась в редакцию измотанная и с огромным пакетом всевозможных разноцветных одежек. Мой шеф с удовольствием осмотрел все обновки:
- Это тебе дизайнеры надарили?
- Я честный журналист, — обиделась я, — и все это сама купила!
Шеф грустно вздохнул:
- Алина, ты не честный журналист, ты глупый журналист.
И с тех пор я не стала умнее.
Родительское воспитание дополнил собственный печальный жизненный опыт. Однажды я попробовала украсть вещь из магазина. Да, у меня получилось. Нет, меня не поймали, не наказали, и вообще, об этом даже никто не узнал. Но я тогда на всю жизнь зареклась брать что-либо, мне не принадлежащее. И вот почему.

Мне было восемь лет, когда в соседний универмаг завезли маленькие стеклянные баночки с томатно-виноградным соком. Я понимаю, что это звучит ужасно, поэтому просто поверьте мне: это была чистая амброзия, самый вкусный сок в моей жизни! И мама отправила меня в магазин с наказом купить десять баночек этой прелести. Я складывала все эти баночки в большую холщовую сумку, и их было так много… И было так легко ошибиться, что я не устояла перед искушением: положила одну лишнюю. Подумала, что если продавщица увидит ее, я скажу, что плохо считаю. От волнения и азарта у меня потели ладони и звенело в ушах. Но продавщице было лень их пересчитывать, она отмахнулась от моей набитой сумки и выбила чек. Я, дрожа от ужаса и возбуждения, вылетела из магазина и… нет, не полетела домой. Дело в том, что одиннадцать стеклянных баночек сока весили немало килограммов, многовато для первоклассницы. Я тащила звякающую сумку волоком по холодной улице и изо всех сил проклинала и свой порыв, и эту чертову одиннадцатую банку, из-за которой сумка стала еще тяжелее.
В общем, сложно найти человека, менее склонного к авантюрам, чем я. Я даже дикарем на юг никогда не ездила — мало ли что. Но именно мне поручили получить за неделю как можно больше бесплатных радостей жизни.

Абрикосы
Этот материал был написан летом, когда рынки ломились от ягод и фруктов. Поэтому я надела красивое платье и отправилась на рынок за бесплатными витаминами. Там выбрала продавца с самым добрым лицом и завела с ним разговор: «А сколько это стоит? А откуда абрикосы? Сладкие?» Получив уверения, что «чистый мед», нерешительно взяла с прилавка одну штучку, протерла заранее приготовленным влажным платком, откусила — и правда сахарные! Осмелела, выдохнула: «Как вкусно!» И взяла второй абрикос. Продавец не сказал ни слова. Так я съела пять абрикосов, по большой горсти черешни, черной смородины, крыжовника и чего-то там еще. Во время этой фруктовой вакханалии я потребовала у продавца, чтобы он мыл поедаемые мной ягоды из специальной пластиковой бутылки с водой. Я ела и замирала: когда он уже возмутится и скажет «хватит!»? Когда начнет подсчитывать нанесенный ему ущерб? Когда поймет, что я не собираюсь ничего покупать, а просто заговариваю ему зубы? Но он молчал, улыбался, протягивал мне на пробу все новые и новые фрукты и, кажется, не замечал, что я его разоряю.
Я не выдержала первая. Вздохнула и купила у него и абрикосов, и черешни, и смородины, и даже не нужного мне крыжовника. Больше чем на тысячу рублей. Ну просто не могла вот так уйти, оставив ни с чем такого доброго и бескорыстного человека.

вывод 1:
Если ты милая девушка в красивом платье, то ты можешь бесплатно питаться на рынках отборными фруктами (а также творогом, сметаной, медом и орешками — я пробовала).

вывод 2:
Совесть все портит.

Ткемали
В торговом центре девушки в форменных юбочках давали всем попробовать новые соусы. Надо было наколоть на зубочистку кусочек лаваша, окунуть его в тарелку с соусом и попробовать. Я съела половину лепешки и довольная отправилась дальше. «Надо бы купить бутылочку ткемали, — подумала я, — уж очень он у них вкусный». И внезапно остановилась, пораженная мыслью, что никакая это не халява, а обыкновенная рекламная акция. Ну уж нет! Я больше на эту удочку не попадусь.
Вернулась к промодевушкам, сделала лицо попроще и вздохнула: «Такой у вас замечательный ткемали… Можно мне бутылочку? Все равно они у вас для пробы». Девушки хмыкнули и переглянулись. «Я дам его попробовать всем своим друзьям! — заверила я. — А к вашему столику все равно мало кто подходит… Вы же не успеете использовать все соусы, которые есть». Та девушка, что порешительнее, вдруг блеснула глазами, быстро достала из-под прилавка новую бутылочку соуса, засунула мне ее в сумку и заговорщицки приложила палец к губам: «Только молчок!» Уходя, я слышала, как напарница громким шепотом ее отчитывала: «А вдруг это проверка? И она провокатор?» Моя благодетельница в ответ весело хихикала.

вывод 1:
Немножко наглости и удачи — и во время рекламных акций можно не только что-либо попробовать, но и унести домой целую бутылку
(коробку, пачку, упаковку) этого самого.

вывод 2:
Тот, с кем ты попытаешься об этом договориться, должен обладать большей долей авантюризма, чем ты.

Туфли
Потренировавшись на мелочевке, я ощутила в себе достаточно азарта, чтобы начать играть по‑крупному. Туфли. Дорогие, невероятно красивые и страшно неудобные лодочки на высокой шпильке, которые я собиралась купить, надеть один раз на Очень Важное Свидание, а потом сдать обратно. И вечернее платье к этим лодочкам. Я выбрала черное платье и туфли с темной кожей внутри — на них будут меньше заметны следы носки. Также стоит обратить внимание на то, чтобы бирка крепилась к платью с помощью булавочки, которую легко снять и также легко прицепить обратно. Чем дороже платье, тем больше шансов увидеть на нем именно такую булавку.
Дома я тщательно подготовилась: после душа протерла запястья и кожу области декольте спиртовым лосьоном, плюс дезодорант без запаха и никаких духов. На платье не должно остаться ни единого следа того, что его кто-то надевал. Потом я его сдам обратно и куплю новое, смогу каждый раз появляться в новом прекрасном наряде — и не тратить на это ни копейки.
Обработать туфли было легче: я научилась этому трюку у наших стилистов, которые берут на съемки разные прекрасные вещи и должны их вернуть в магазины в том же прекрасном состоянии. Нет, я не стала приклеивать к подошвам своих лодочек женские гигиенические прокладки, как делают во время съемок, я пошла по куда более изысканному пути: аккуратно обклеила подошвы несколькими слоями малярного скотча и маникюрными ножницами срезала излишки. Получилось надежно и абсолютно незаметно.
И вот тут-то мне впервые не повезло. Я расслабилась. Если за сохранностью платья я следила с маниакальным вниманием (и даже настояла на том, чтобы пойти в специальную чайную — там не курят, и легкая ткань не впитает в себя неприятных запахов), то про туфли, надежно защищенные скотчем, я забыла. Легла на мягких подушках (стульев там даже не предусматривалось), вытянула ноги, ленивым движением скинула с себя лодочки… И тут мой объект свидания, перехватив мою туфельку, хмыкнул: «Новые, да? Ты бумажку забыла оторвать». И раз-раз — за мгновение отковырял защитный скотч от моих подошв! Еще и ворчал: «Что за новая мода — так тщательно упаковывать туфли?!»
…Всю оставшуюся часть свидания я переживала, от чайной до машины и от машины до дома шла медленно-медленно и страшно аккуратно, стараясь ступать как можно легче. И всю дорогу отбивалась от вопросов, что случилось и что у меня болит.
А у меня болела душа! Туфли стоили больше половины моей зарплаты. А подошва была недвусмысленно поцарапана. В общем, я полночи мыла туфли намыленной щеточкой, а потом натирала воском от свечки, чтобы они блестели как новенькие… Но в магазин туфли так и не приняли. Продавщица опытным взглядом вычислила глубокие царапины и презрительно мне бросила: «Туфли ношеные». Я улыбалась, говорила, что это была пара с витрины и они так поцарапались во время многочисленных примерок в магазине… Продавщица не верила. Вызвала на подмогу менеджера, та осмотрела подошву, осмотрела внутренность туфель и насмешливо мне улыбнулась: «Туфли уже носили. Аккуратно, но носили, мы не можем их принять. Можете отдать их на экспертизу и, если она признает туфли новыми, то пойдете с этим заключением в суд». Идти в суд я не хотела. Поэтому теперь я гордая обладательница страшно неудобных лодочек ценой в половину моей зарплаты. Зато очень красиво!
Платье приняли без малейших вопросов. Продавщица тщательно осмотрела рукава и линию декольте и спокойно вернула мне деньги. Что после истории с туфлями, если честно, было не таким уж большим утешением.

вывод 1:
При тщательной подготовке и аккуратности ты действительно можешь менять наряды хоть каждый день.

вывод 2:
Shit happens. В общем, покупай
вещи с оглядкой и помни, что ты можешь не получить обратно свои деньги. Ну и напряженный страх за сохранность одежды лишает
тебя девяноста процентов радости
от обладания ею.

Карусели
В общем-то мой трехлетний сын давно выдумал способ развлекаться на халяву. Другое дело, что я раньше жестко пресекала все подобные попытки. При входе в торговый центр, куда мы ездим за едой и одеждой, десяток различных качелек-каруселек и детских машинок. Пух их любит самозабвенно. Одна покатушка стоит 30 рублей, в машинку помещается от двух до трех малышей.
Раньше Пух прямо на ходу залезал в раскачивающуюся машинку к уже катающемуся ребенку, я стояла рядом и судорожно выворачивала кошелек, чтобы отдать деньги маме того малыша, ведь она уже заплатила за катание. Отдавала деньги, поездка, как назло, тут же заканчивалась, больше у меня мелочи не находилось, Пух возмущенно вопил, я волоком оттаскивала его от машинок… Это в лучшем случае. В худшем я с самого начала не находила мелочи, чтобы расплатиться, начинала выковыривать сына из машинки, он орал на весь торговый центр и цеплялся за руль, ребенок рядом тоже начинал рыдать — видимо, за компанию… Его мама бегала вокруг и говорила: «Да пускай катаются вместе, не надо денег!» Я строго отвечала, что нам чужого не нужно, и грозила вцепившемуся в машину Пуху всеми карами небесными. И вот я кардинально сменила тактику: запустила ребенка в загон с аттракционами и стала прогуливаться рядом, делая вид, что я не имею к этому мальчику никакого отношения.
Тот мальчик тем временем подсел покататься к первому ребенку в мотоцикл, потом ко второму в самолетик, потом к двум девочкам на карусель… Он заливисто хохотал, азартно крутил руль и объяснял чужим нерасторопным родителям, куда надо засовывать купюры и как нажимать кнопочку, чтобы поехало. Я вжимала голову в плечи и ждала, когда будет пора уносить ноги: Пух уже накатался за компанию рублей на триста, и, наверное, вскоре обнаружится, что это мой мальчик со всей душой отдается халявным развлечениям.
Первой обнаружила наше родство бабушка толстенького мальчика в очках. «Какой бойкий у вас сын, — сказала бабушка, — тоже очкарик, как и наш, а ведь не стесняется. Я Игоряшу специально сажала кататься с ним, чтобы он учился». Я покраснела от стыда и гордости и начала бормотать, что могу вернуть деньги. Бабушка вскинула подбородок и сказала, что нам, родителям болезненных детей, надо помогать друг другу. А те деньги, которые она потратила на психологическую реабилитацию Игоряши, — пустяк, а не деньги.
Потом я услышала еще немало комплиментов: как Пух помогает малышам забираться на аттракционы и как умеет всех развеселить… В общем, впервые за много месяцев мой сын сказал, что он накатался и теперь готов идти за покупками. И мы пошли, очень довольные друг другом.

вывод 1:
Мы придаем деньгам слишком большое значение. Из-за пятнадцати рублей, которых у меня не было, чтобы расплатиться за аттракцион с чужой мамой, я портила удовольствие от катания и Пуху, и другому малышу. А это действительно мелочь. Сегодня заплатят за нас, завтра мы за кого-то.

вывод 2:
Это правило распространяется не только на детские развлечения. Сколько раз я отказывалась от кино с подружкой, потому что была на мели. Сколько раз я не приглашала в кино подружку, которая была на мели, чтобы ее не смущать. Так легко принять помощь и так легко протянуть руку помощи и сказать: «Приходи скорее, я купила билеты, в следующий раз платишь ты, если для тебя это так важно». И согласиться на такое предложение — тоже легко, ведь правда?


вывод глобальный — 1:
Мне было весело во время проведения этого эсперимента. Я знаю, что все это неправильно и моя мама сразу упадет в обморок, как только узнает, что я занималась такими вещами и даже вовлекала в это ее собственного внука. И что в восемь лет я крала продукты из магазина. Но в этом есть нечто… расширяющее сознание, что ли. Выйти за грань, немножко обмануть систему. Почувствовать собственное «Я могу». Получить дозу адреналина. Совсем капельку. Немножко. Не увлекаясь. Просто однажды взять и изменить свой привычный маршрут. Это вос-хи-ти-тель-но!

вывод глобальный — 2:
Меняться одеждой с подружкой можно и в почти 30 лет! Господи, я всегда была лишена этой радости! А теперь у меня есть чудесные бирюзовые балетки, а у нее — короткая джинсовая курточка. У меня — крупные коралловые бусы, а у нее — топик из полупрозрачного розового шелка. Пускай она топ-менеджер одной известной маркетинговой компании, а я — редактор Cosmo, пускай у нас трое детей на двоих и по три забитых вещами шкафа на каждую. Все равно нам нечего надеть, и в самый важный момент подруга всегда выручит какой-нибудь особенно желанной штучкой. Это даже не халява, это честный обмен. И точка.

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить