Все равно тебе водить

Девушка в стиле Cosmo, она же начинающий водитель, она же наш отважный автор, — на гонках «Ладога трофи».

Все равно тебе водить

Наверное, только больные люди могут отправиться на автопробег вокруг Ладоги, почти не умея водить машину. Но зато в экстремальных условиях процесс обучения идет гораздо быстрее…


Роман с японцем
Пару лет назад я получила права. Если бы я была девушкой свободной, они бы мне очень пригодились в жизни… Но так как за рулем все время был муж, то мое водительское удостоверение сиротливо лежало в дальнем ящике. Нет, конечно, иногда на лесной дорожке мне удавалось порулить. Однако от предложений довести машину до города или (о, ужас!) проехаться от дома до гаража я отказывалась решительно и бесповоротно.
Пару раз я пыталась ездить по Питеру. Машина глохла на светофорах, сзади гудели взбешенные водители, потом я ползла со скоростью 40 км/ч по крайней правой полосе, судорожно вцепившись мокрыми руками в руль. Меня обгоняли, опять сигналили, бросали презрительные взгляды, а я переживала и обижалась — я же в первый раз одна в городе за рулем!
Все люди обладают разными характерами, кого-то подобные трудности подзадоривают, а я сломалась и решила, что получение прав было самым бессмысленным поступком в моей жизни.
А потом… Потом мы купили джип «Сузуки Самурай», который в каталогах гордо именуется «японским вездеходом». Во время очередного выезда в лес я села за руль и… Началась моя нежная и взаимная любовь с японцем. Маленький и легкий «Самурай» безропотно терпел мои неуверенные действия, понимал с полтычка, и я первый раз в жизни получила удовольствие от вождения машины.
Но за рулем все же в основном был муж, и они с «Самураем» показывали чудеса езды по бездорожью. А я завидовала и тоже хотела ТАК. Мне лично довелось покорить всего несколько луж, впрочем, достаточно глубоких.
Но офф-роуд захватывал все больше, и вскоре я выяснила, что все реальные джиперы раз в год ездят на международный трофи-рейд «Ладога». Он проходит следующим образом: участники в течение нескольких дней проезжают 1200 км вокруг Ладожского озера. И попутно на специально подготовленных участках преодолевают такое жесткое бездорожье, что все мои покоренные лужи — детский сад.
Конечно, сообразительности мне хватило на то, чтобы понять: участником мне быть пока не светит. Но очень захотелось съездить посмотреть, что да как. И я получила аккредитацию на «Ладогу» в качестве журналиста. При этом со всей смелостью невежества решила ехать на «Самурае» — рейд-то не по городу, а в глухих местах. И вообще, ну надо же мне, в конце концов, учиться водить машину! Я чувствовала, что если сделаю это, всю жизнь буду гордиться собой…
Особую трудность (и какую!) представлял старт рейда с Исаакиевской площади. Я страшно нервничала, собиралась каждую ночь кататься по маршруту дом — Исаакиевская площадь — выезд на Мурманское шоссе, а «Самурай»… Он вдруг взял и сломался. Я собиралась испытывать себя, а вместо этого мне предстояло тащиться бесполезным грузом в чужой машине. Я очень расстроилась, но ехать на «Ладогу» мне хотелось по‑любому…


С GPS за бизнесменами
И вот торжественная церемония открытия рейда на Исаакиевской площади. Я бегала туда-сюда с фотоаппаратом, снимала навороченные машины, колоритных участников, боксера Валуева, который в общении оказался удивительно приятным человеком. Жаль, что из-за тренировок он не смог принять участие в рейде. Но обещал приехать в следующем году!
И, наконец, стройными колоннами машины отправились из города, и тут я поняла, что «Самурай» сломался как никогда вовремя. Под объективом теле- и фотокамер я растерялась бы однозначно и намертво заглохла, закрыв проезд и испортив все шоу.
А «Ладога» между тем набирала обороты. Тяжелый спецучасток, ночное ориентирование в первый же день — и в лагерь у лесного озера все прибыли совершенно измотанными и измученными. После брифинга для прессы я завалилась спать, так как подъем предстоял ранний.
Но уснуть никак не удавалось. У меня было задание — найти на «Ладоге-трофи» питерских бизнесменов-участников и взять у них интервью об их увлечении бездорожьем. Все это выглядело очень простым в городе, но на месте обернулось проблемами. У меня имелся список участников, но, во-первых, рядом с их фамилиями вовсе не были расписаны должности и звания, во-вторых, все мужики выглядели примерно одинаково — камуфляж, щетина, банданы, и пойди пойми, кто тут миллионер! В-третьих, лагерь оказался слишком большим — около 270 экипажей плюс группы поддержки и гости.
На другой день я вооружилась парой наводок, полученных от организаторов, и отправилась искать бизнесменов. Оказалось, что простенький GPS, взятый мною на рейд в качестве игрушки, — здесь самая необходимая вещь. Участникам даются точки спецучастков, журналистам, соответственно, тоже. И я топала к цели, сверяясь со спутником. Все это несколько напоминало тренажер в фитнес-центре — GPS высвечивал мою скорость, пройденный километраж, только не показывал количество сгоревших калорий (кстати, за 9 дней я похудела на 3 кг!). Вот только виды были не в пример красивее фитнес-центровских — карельские леса, скалы, водопады, пороги, реки…
И вот я бодро пришагала на самый тяжелый в тот день спецучасток — глубокие броды в реке, болота, крутой подъем. Наслаждалась прелестями офф-роуда: это очень красивое и захватывающее зрелище — работа пилота и штурмана, преодолевающих все препятствия.
Я представляла себя в этой грязи на своем «Самурае» и чувствовала, что это МОЕ. И при этом видела девушек-участниц и думала: ну они же СМОГЛИ сделать это! Хотя, надо заметить, в офф-роуде женщин очень мало. И на «Ладоге» я каждый вечер наблюдала забавное зрелище — у походно-полевого душа всегда толпилась огромная очередь из мужчин, а у женского отделения почти никого не было.
Но вернемся к бизнесменам и моему особо важному заданию. На спецучастке я убедилась, что ловить здесь бизнесменов бесполезно — счет шел на минуты, и, сидя в болоте, интервью мне никто давать не будет.
Посему вечером я отправилась странствовать по лагерю, который простирался на несколько километров. И — о чудо! Совершенно случайно увидела машину с нужным мне номером. Интервью на свежем воздухе, под костерок и жужжание комаров прошло на ура. Заодно я обросла еще парочкой наводок на генеральных директоров и владельцев фирм и отправилась восвояси.
На следующий день я ловила участников уже на финише, и получались очень эффектные интервью — бизнесменов переполняли эмоции. Люди, в городе ворочающие миллионами, по-детски радовались своим победам, рассказывали взахлеб о том, как сидели в болоте, и вообще оказались простыми и свойскими ребятами, тут же закидавшими меня контактами со своими друзьями-миллионерами, участвующими в «Ладоге». Жизнь потихоньку начала налаживаться, а в следующем лагере меня ждал сюрприз…


Цветы и ватник
Надо сказать, в тот день проводились пляжная и дюнная гонки. Все участники собрались на шикарном пляже, чтобы за короткое время преодолеть высокие дюны и трассу, проложенную по границе пляжа и ладожской воды. Машины и квадроциклы летели, вздымая фонтаны брызг и песка, а на финише их поджидала я — с диктофоном и фотоаппаратом.
Вечером я сидела на берегу Ладоги, довольная своей удачной охотой, и вдруг… Как прекрасное видение, передо мной нарисовался наш собственный «Самурай» с моим мужем за рулем. Он сюрпризом приехал за 350 километров, чтобы поздравить меня с очередной годовщиной нашей свадьбы, вручить роскошный букет и привезти теплый ватник. Ночи оказались холодными, и в палатке я стучала зубами на весь лагерь.
Результаты его визита были таковы: в 12 часов ночи он ехал из Олонца назад в Питер на рейсовом автобусе, а я с расширенными от страха глазами рулила в лагерь на «Самурае». Не смогла я удержаться и отобрала у него машину — уж очень хотелось испытать себя. И тут-то и началось самое интересное.


Штурман и пилот
Я начала искать себе штурмана. И он скоро нашелся, точнее она — Наталья Михайлова, девушка-телеоператор. Ее штурманский опыт соответствовал моему водительскому, поэтому мы просто не могли не найти друг друга. Два новичка, один из которых отправился в первое в своей жизни самостоятельное автопутешествие, а второй впервые читает карты и пользуется GPS. Но, к нашему обоюдному удивлению и удовольствию, мы неплохо справлялись со своими обязанностями. Наташка верно указывала направление, а я благополучно рулила.
Каждый день мы проезжали около сотни километров (а когда перебирались из лагеря в лагерь, то гораздо больше!) по совершенно разным дорогам (или бездорожью). Грунтовки, оживленное шоссе, камни, грязь, лужи, городские улицы, деревенские проулки… В кошмарных снах будет сниться дорога от Сортавалы до лагеря под Хийтолой — крутой подъем, а на спуске резкий поворот чуть ли не в 180 градусов, а затем опять подъем с переворотом…
Но мы преодолели все это и ехали, гордясь собой. Правда, моя гордость испарялась каждый раз при возвращении в лагерь. Когда меня никто не видел, я показывала чудеса автовождения, держала трассу, бурилась через грязь, но едва оказывалась в лагере при скоплении людей, как от страха устраивала шоу — я не умела парковаться. А мне предстояло втиснуть машину в узенькие промежутки между навороченными внедорожными монстрами. На мои парковки сбегался смотреть весь лагерь (некоторые даже фотографировали и снимали на видео. Не исключено, что где-то в Интернете лежат зарисовки на тему «Чайники на «Ладоге»). А мне было обидно — никто ж не знал, что это мои первые парковки в жизни.
После первого своего публичного позора я переживала (и даже плакала) полночи, но мне очень помогла Наташка, она меня успокаивала, говорила, что все это ерунда. И я, стиснув зубы, училась влезать в любые дырки (кстати, сейчас я паркуюсь так, как будто родилась за рулем).
А еще в моей самооценке и борьбе с комплексами очень помог один забавный случай: однажды мы приехали на спецучасток и отправились на съемки. А когда вернулись, мой маленький «Самурайчик» был со всех сторон заставлен внедорожными монстрами. Я поняла, что, выезжая в своем стиле по оставленному мне проезду, задержу участников, которые ехали на время. И попросила одного из матерых трофистов вывести «Самурая». Не, он, конечно, вырулил, мастерски лавируя между машинами. Но когда на дороге появились летящие джипы, перед которыми надо было успеть уехать, его прошиб пот и задрожали руки (ну правда, вовсе не потому, что он чайник, а оттого, что машина для него новая и незнакомая, и он не знал ни ее тормозного пути, ни какие фортеля она вдруг может выкинуть). Тем не менее, Наташка наставительно мне говорила: «Вот! Смотри! А ты переживаешь! А между прочим, он ЧЕМПИОН! И то боится! А у тебя просто нет опыта! Да ты через год его просто сделаешь! Потому что ты суперводитель!!!» И я начинала верить ей.

Самый лучший день
Наталья на «Ладоге-трофи» снимала самые интересные моменты, и, так как у меня была свобода передвижений, я оказывалась вместе с ней. Броды, спецучастки, грязь, болота — и Наташка с камерой в самой гуще событий. А я рядом — с фотоаппаратом, снимающая в основном Наташку. Она так увлекается работой, что забывает обо всем на свете, и фотографировать ее необычайно интересно. Надо сказать, что работа оператора, снимающего трофи-рейды, — весьма опасна и тяжела. Далеко не каждый мужчина сможет бегать целый день с камерой, сидеть в грязи по уши, не бояться быть окаченным фонтанами воды и грязи. А Наташка может и не боится.
А самый удивительный день мы пережили, когда оказались среди участников группы Grand Tourism. В отличие от серьезных спортивных категорий, здесь участвуют люди на не подготовленных машинах. Они наслаждаются природой, любуются водопадами, порогами, озерами и еще до кучи берут геокешерские тайники.
Мы с ними побывали на обалденно красивом Мраморном озере с изумрудной водой, где забирались в заброшенные штольни — здесь когда-то добывали мрамор для постройки Исаакия и других питерских соборов. На озере имеется геокешерский тайник, и мы засняли процесс его взятия, а потом решили съездить на водопад, где снимались некоторые сцены фильма «А зори здесь тихие». Часть дороги отсутствовала, нужно было пройти метров 400 пешком, но люди, больные бездорожьем, не могут пройти равнодушно мимо болота. И группа из Питера на машине под названием «Прораб» отправилась покорять грязь. Наташка сидела в «Прорабе» и снимала весь процесс изнутри, а я фотографировала Наташку. Но, как водится, на самом интересном месте сел фотоаппарат. И тут была самая экзотическая подзарядка в моей жизни — в болоте, от аккумулятора машины, которую лебедкой вытаскивают из грязи!
Наш отряд преодолел все препятствия, мы полюбовались водопадом и отправились в лагерь — нужно было проехать расстояние примерно километров в 200 — самый длинный дневной перегон в «Ладоге». Наташка, впервые оказавшаяся в Карелии, ахала и любовалась открывавшимися видами, впрочем, не забывая о своих штурманских обязанностях.

Комплимент от джипера
В последний день на «Ладоге» был прощальный костер и дискотека, на ней я услышала лучший комплимент в жизни. Оказывается, далеко не все участники видели только мои ужасные парковки. Некоторые наблюдали меня на трассе. И один из них, дальнобойщик и трофист со стажем, сказал: «Здесь такие сложные дороги, что я сам боюсь ездить. А вы отлично держите трассу, я восхищен». А когда он узнал, что я новичок, то был в шоке!
На другой день был перегон до Питера, и мы с Наташкой с помпой въехали в город, ловя на себе восхищенные взгляды, — две девушки на машине с наклейками трофи-рейда «Ладога»! Мы уже чувствовали себя так уверенно, что не боялись езды по оживленным улицам, ни разу не заблудились и вообще казались самим себе матерыми джиперами.
А теперь в «Контакте» (в котором список друзей после «Ладоги» стал намного обширней) мы с Наташкой общаемся так:
— До встречи, бесстрашный пилот!
— Удачи самому лучшему штурману!
И всерьез договариваемся о том, что на следующий год приедем на «Ладогу» участниками — пусть теперь нас снимают операторы, а журналисты пишут про нас статьи!


 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить