ТВ орческие натуры

Работа на телестудии многим кажется отлаженным механизмом: жесткий порядок, четкий график, железная дисциплина.

ТВ орческие натуры

Работа на телестудии многим кажется отлаженным механизмом: жесткий порядок, четкий график, железная дисциплина. Но что там происходит на самом деле, знают только те, кто не один год участвовал в создании телепрограмм.

В школе мама часто мне говорила: «Как ты говоришь! Тараторишь, слова глотаешь. Не знаю, что из тебя получится, но в одном уверена точно — теледиктором тебе никогда не стать».
Дух противоречия всегда был для меня сильнейшим движущим фактором. Семь лет назад я переехала в Москву и уже скоро звонила маме:
- У меня новая прическа. Хочешь посмотреть?
- Конечно! Фото пришлешь?
- Включай телевизор!
Этим словам, сказанным гордым голосом, предшествовало несколько волнительных этапов. Собеседование на одном из центральных каналов я прошла легко, тестовое задание (20 тем для новых сюжетов программы) выполнила, и вот оно, самое страшное, — первая пробная съемка. Меня отправили «в поля» — снимать репортаж о митинге протеста.
- И не забудь снять стендап! — крикнул мне в спину редактор.
- А-а-а… Стендап. А что это?
- Боже, с кем приходится работать! Это съемка, когда корреспондент появляется в кадре и что-то бодро говорит. Дошло? И синхроны. Несколько хороших, сочных синхронов.
Что такое синхрон, я решила спросить у оператора, чтобы меня не выгнали сразу за профнепригодность. У моего первого в жизни оператора Валеры лицо было зеленое и руки ходуном ходили. Я решила, что с похмелья, не зря же «Останкино» называют Стаканкино или попросту Стакан. А еще он был при костюме и галстуке, что ненормально для операторов, они даже на светские приемы являются в джинсах. Но тогда я этого еще не знала и не заподозрила беды.
- Вы знаете, я немного волнуюсь, — доверительно сказала я Валере, — вы мне подсказывайте, если что. У меня это первая съемка.
- А у меня даже ноги трясутся, — нервно ответил он. — Это мой первый рабочий день, я и камеры-то такой ни разу не видел, уж тем более в руки не брал. Я раньше на кабельном работал, а там такая допотопная техника.
Теперь позеленела я. Одно дело — впервые снимать сюжет, и совсем другое — снимать первый в жизни сюжет с неопытным оператором. Но когда выяснилось, что Валера все-таки знает, что такое синхрон (короткое интервью в кадре), я приободрилась.
Фактура работала на нас. На митинге протеста колоритные персонажи выкрикивали проклятия в чей-то адрес. С синхронами проблем не было. Проблема была в том, чтобы побыстрее отснять материал и сделать ноги, пока разъяренная толпа не расколотила камеру. Хотя женщина, увешанная амулетами, бросавшаяся с кулаками во время интервью то на меня, то на камеру, очень выигрышно смотрелась в кадре…
По дороге в телецентр написала текст. Уже другой редактор, девушка, попросила сделать только одну поправку — заменить слово «задержка».
- У меня с этим не очень хорошие ассоциации связаны. Чисто женское, ну вы понимаете. И давайте, давайте, что застыли? Озвучка, монтаж — и побыстрее. Скоро эфир!
Мне повезло: день был тихий, в мире ничего особенного не происходило — ни наводнений, ни переворотов. И уже через час я любовалась своим творением в эфире.
Хотя «любовалась» не совсем верное слово. Экран щедро добавил мне килограммов пять, в которых моя фигура не нуждалась. А голос напоминал предсмертный хрип заржавевшего мутанта с планеты Шелезяка. Неужели я так говорю, куда делся мой мелодичный голос? Вспомнила подругу с сильно подпорченным зрением — из соображений красоты она не носила очки и довольствовалась размытыми очертаниями реальности. В первый раз примерив контактные линзы, она заплакала, причитая:
- Я думала — я красивая…
Вот что-то в этом роде испытывала и я. Но чувство гордости за проделанную работу помогло пережить краткий приступ кризиса самооценки. Да, я не худышка. Да, у меня не волшебный голос. Но главное, что меня взяли! Я попала в телевизор! Мне повезло — я работаю в ящике!

Праздничные будни

Наконец-то я осмотрелась. До этого я ходила по телецентру как в бреду, никого и ничего не замечая от страха и переживаний. Выяснилось, что в «Останкино» длинные, запутанные коридоры, обшарпанные стены, ободранный линолеум, по которому косяками ходят блистательные звезды современного шоу-бизнеса. И многие из них очень невысокого роста, что по телевизору незаметно.
Первую неделю я плутала по бесконечным лабиринтам телецентра, шепча бессмертную кинофразу: «Ну кто так строит! Кто так строит!» Очень хотелось нарисовать маркером стрелочки на стенах и приобрести словарь перевода телевизионного жаргона на человеческий язык. Голова шла кругом от этих «интершум», «лайф», «мастер». Как будто специально напридумывали слов, чтоб узкий круг посвященных насмехался над жалкими трепыханиями неофитов.
На второй неделе я самостоятельно нашла дорогу в редакцию. В лифте ехала с Ириной Хакамадой. В коридоре столкнулась с Татьяной Митковой. Телепатически постигла смысл фразы режиссера, составленной без единого русского слова. Почувствовала — выхожу на новый уровень.
Знакомый журналист наставлял:
- Не дрейфь. Ты же работала в газете. Значит, тебе будет легко. Запомни несколько правил. Думай не словами, а картинками. Избегай слов типа «трансцендентальный» (оно, к счастью, и так не входило в мой активный словарный запас). И главное — лаконичность. Не вываливай на зрителя все, что знаешь. Действуй по принципу из анекдота про журналистов: «Только что Моисей получил 10 заповедей, без которых выживание человечества невозможно. Передаем три важнейшие из них».
Я не заметила, как жизнь моя плавно переместилась в телецентр, домой я добиралась, только чтобы поспать. Все остальное время — съемки, озвучки, монтажи, командировки. Я не замечала выходных и праздников. На счастье, в телецентре есть не только гримерные, монтажные и студии. Там есть все необходимое для жизни. Еда на любой бюджет — от закусочных, где в микроволновке разогреют пиццу или бутерброд, до ресторанов, где за соседним столиком что-то дегустирует Константин Эрнст. Салоны красоты, парикмахерские, однажды я даже забрела на малопонятную ярмарку на втором этаже, где продавались колготки и лифчики. Только что разминулась в коридоре с Михаилом Горбачевым, а тут китайский трикотаж. Странно это как-то…
Почему-то считается: телевидение — мир баснословных зарплат. Иногда это действительно так, но к общей массе рядовых сотрудников это не относится. Я начинала с 500 долларов в месяц. Правда, через шесть лет увеличила сумму почти в десять раз, осуществив пять переходов с канала на канал и восемь смен профессий. Расскажу несколько разбросанных во времени и пространстве историй, случившихся со мной за эти годы.

Что бывает за кадром…

♦ На заре своей телекарьеры я возвращалась со съемок одной пафосной презентации. Выхожу на остановку — холод, слякоть, ни автобуса, ни маршрутки. Размышляю о не¬оплаченной квартире и о контрасте между моим холодильником и фуршетным столом с осетриной и икрой. Завидую звездам, за которыми, наверное, прислали лимузины. И вдруг вижу: рядом со мной стоит Найк Борзов, который пел на презентации про маленькую лошадку. Не знаю, из каких соображений он дожидался общественного транспорта, но жить почему-то стало легче.
♦ Еду в «Останкино» на раннюю съемку. Опаздываю. Машинально отмечаю, что в едущей навстречу машине женщина тоже не успела толком уложить голову и сделать макияж. Присматриваюсь — это Киркоров.
♦ На съемках сталкиваюсь с Николаем Дроздовым. Почти все герои светской вечеринки пришли с дамами в роскошных платьях, Дроздов же — с питоном. Отвечая на короткий вопрос о питоне, Дроздов разразился великолепной проникновенной речью. Он, видимо, и вправду здорово любит животных. Приятно…
♦ Корреспондент существовавшей ранее программы «Намедни» поймал меня с подругой в коридоре. — Нужна нарезка из крупных планов глаз и лиц. Снимитесь, а?!
- А вы этично будете использовать наши глаза и лица?
- Еще как! Этичнее не бывает!
Вечером клеим с режиссером программу, я слышу голос: «Эти люди больны СПИДом, раком…» Поворачиваюсь к экрану и вижу свое лицо. Только бы не увидела мама! Они же в провинции все, что говорят по телевизору, принимают за чистую монету.
♦ Снимаю сюжет о кроличьих фермах. Со мной увязался мой друг, саундпродюсер клипов. Я объясняю руководителю фермы, что мы хотим снять, знакомимся. Руководитель обращает внимание на моего друга:
- Девушка — корреспондент, это оператор. А вы, молодой человек?
Чтобы не пугать словом «саундпродюсер», друг отвечает упрощенно:
- Я музыку к сюжетам пишу.
Фермер долго на него косился, потом не выдержал:
- Я человек широких взглядов. Многое понимаю. Но объясните, на кой черт кроликам музыка?
♦ В Норильске нет билетов на самолет, нашей съемочной группе позарез надо в Москву. Подхожу к начальнику аэропорта.
- Телевидение, говорите? — Вглядывается мне в лицо. — А, как же, я вас помню! Вы у нас про мамонтов фильм снимали.
Я вяло отнекиваюсь, объясняю, что в Норильске в первый раз.
- Не скромничайте, отличный же фильм получился, посажу я вас.
Кто бы ни снимал этот фильм на самом деле, спасибо!
♦ По просьбам друзей часто брала автограф у знаменитостей, произнося одну и ту же фразу и Николаю Баскову, и Ольге Бузовой:
- Я ваша давняя поклонница.
Беру у Шендеровича автограф, произношу дежурную фразу, причем впервые даже не кривлю душой. От волнения оговариваюсь:
- Я ваша страшная поклонница.
- Вы слишком критичны, — отвечает Шендерович, расписываясь на своей книге, — вы очень даже привлекательная особа.
♦ Интервью с Артемием Троицким. В школе я в него была почти влюблена. Млею. С годами он стал лишь интереснее. Рассказала коллеге, какое это удивительное чувство — разговаривать с человеком, о встрече с которым ты раньше и мечтать не могла.
- Мы ведь с тобой можем достать телефон любой знаменитости.
- А что, это шанс! — воскликнула Ирка, последние 10 лет мечтавшая строго о семейном счастье. Она и на телевидение устроилась в надежде подцепить завидного парня. Ирка начала просматривать деловую прессу на предмет перспективных женихов из числа самых успешных мужчин России. Вызванивая подходящие кандидатуры, нагло врала, что собирается снимать про них документальное кино. Ни один из менеджеров высшего звена от встречи не отказался. Но, правда, и замуж никто не позвал…

Настоящее волшебство

Слово «телевидение» обладает немыслимой магической силой. Как только я в первый раз появилась в эфире, ко мне потянулись люди. Старые друзья и случайные знакомые. Оказалось, в мире полно людей, которые спят и видят, чтобы их показали по телевизору. Пусть в криминальной хронике. Или сидящими в зале на ток-шоу.
К слову, попасть на съемки можно самостоятельно. Достаточно посмотреть в Интернете, в какие программы нужны зрители и герои. Но съемки — это томительное ожидание, жара, духота, куча народу. Из моих знакомых второй раз никто не попросился. Но все хотели совершить экскурсию по телецентру. Если встречался Михаил Осокин, прекрасный, с невозмутимым выражением лица, сверху галстук и пиджак, снизу джинсы и кроссовки, всегда спрашивали:
- Почему он так одет?
- Он же по пояс в кадре работает. Все, что под столом, не видно.
Нестандартной реакцией порадовала подруга, владелица стройфирмы, она не обращала внимания на звезд, зато оценила обшарпанный интерьер.
- Крепкой руки здесь не хватает. А что, я бы могла… — задумчиво произнесла она. — Поспособствуешь?
Я честно призналась: помочь не могу, даже не представляю, к кому с этим идти. Со временем научилась отвечать на просьбы о протекции фразой Фиби из сериала «Друзья»: «Я бы с удовольствием, да только неохота».

В заключение
Говорят, что на телевидении сплошные интриги и скандалы. Это не так. Интриг ровно столько же, сколько в заводской бухгалтерии моей мамы. Просто люди ярче, размах больше, игры талантливее, амбиции наполеоновские, а страсти шекспировские. Когда мама поссорилась с Ольгой Семеновной, на ушах стояло ползавода. Недоразумения между Хангой и Ищеевой обсуждала вся страна.
Мне приходилось слышать, что на телевидение просто так не попадешь, телевизионщики — отдельная каста. Не соглашусь. Порой это дело случая. Вот одна моя подруга пришла на съемки программы на роль аплодирующего зрителя и хлопала в ладоши так гениально, что ее сделали главным героем, а потом пригласили сниматься в кино. Яркие, харизматичные личности, которых любит камера, всегда нужны! Вакансии висят в Интернете на сайтах по трудоустройству и сообществах журналистов. На сайтах телеканалов вывешиваются объявления о кастингах. Телевидение давно перестало быть непроницаемо закрытым миром. Это я знаю из личного опыта. А размышляя о роли телевидения в жизни людей, всегда вспоминаю слова изобретателя телевизора Зворыкина: «Главная кнопка на телевизоре — это выключатель». C

Елена Лапина

КАК ПОПАСТЬ НА ТЕЛЕВИДЕНИЕ
www.shtaty.ru — портал, рассчитанный в первую очередь на профессионалов в области телерадиовещания и рекламы.
www.mediajobs.ru — портал о работе и карьере в СМИ. В разделе «Анонимно о зарплатах» можно посмотреть предложения каналов и узнать, сколько получают работники ТВ.
community.livejournal.com/paparazzi — сообщество журналистов, обсуждающих в том числе и поиск сотрудников.
community.livejournal.com/mediajobs — обмен информацией о вакансиях в СМИ и рекламе.
www.1tv.ru/owa/win/ort6_idei.main — здесь Первый канал принимает идеи и сценарии новых программ и шоу.
www.ntv.ru/corp/vacancy/ — вакансии НТВ.
www.tnt-tv.ru/business/career/ — вакансии ТНТ.
rus.ctcmedia.ru/pageaa.php?path=/rus/vaclist/ — вакансии СТС Медиа.
www.amediafilm.com/rubric/30.html — вакансии продакшн-студии «Амедиа» («Не родись красивой», «Моя прекрасная няня»).
lean-m.ru/job — вакансии продюсерского центра «Леан-М» (сериалы «Счастливы вместе», «Солдаты»).
www.tmk-media.ru — Трансконтинентальная МедиаКомпания (медиагруппа и продакшн-студия), создающая такие проекты, как «Пока все дома», «Ты — супермодель», «Cosmopolitan Видеоверсия».

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить