Терпение и кнут

Терпение и кнут: правда ли, что стимул — это палка? Мы проверили!

Терпение и кнут

Раздражение или так называемая «спортивная злость» могут стать хорошим стимулом к действию и помочь в принятии решения.



НАУКА:
По данным исследований сотрудников Калифорнийского университета в Санта-Барбаре, студентам легче решить задачу или провести логический анализ, если в ходе эксперимента их провоцировали и ругали, вызывая раздражение. Но если стресс длится долго, результаты снижаются.

ЖИЗНЬ:
Я, конечно, припоминаю, что в Санта-Барбаре все не совсем как в реальности. Там у них на стрессах и провокациях, собственно, держится вся многосерийная жизнь. Зловещие близнецы, выходцы из комы по имени Си Си, переженившиеся друг на друге родственники и неизвестно чьи дети, впоследствии вырастающие в зловещих близнецов, — ругань на героев «Санта-Барбары» и их сценаристов влияет только положительно. Рейтинги, слава, премии «Эмми», «благодарю своих родителей и того хлопушечника, что 134 серии играл моего героя в коме…» Но перенесемся в пряничный и, главное, более настоящий город Тулу, откуда я родом. Сама особенность данного поселения подразумевает, что жители его воспринимают как двигатель прогресса пряник, а вовсе не кнут. Хвалу, а не хулу. Добрые слова, а не крепкое словцо. Чтобы все заработало, надо, чтобы кто-то погладил по головке, а не надавал по башке. Если, по совету добреньких дядей из Санта-Барбары, все окружающие примутся на меня орать, устраивать провокации и (ради моего же блага), держать в состоянии стресса, на деле блага не будет ни мне, ни им. Производительность труда уйдет в минус, а я сама впаду в ступор, депрессию и умственную кому. Во всяком случае, начиная данный эксперимент, я думала именно так. Но тем не менее собрала на совет родственников и друзей и попросила изо всех сил неделю ругать меня почем зря, будто мне снова, как на первом курсе, предстоит экзамен по технике СМИ. Эти милые люди, конечно, обрадовались. А я решила разделить эксперимент на несколько частей. Сначала, под чутким, но мерзким руководством окружающих, попробую сделать то, что раньше не делала никогда. Затем — то, что умею плохо. Далее — то, к чему есть некие, довольно неопределенные способности. И наконец — то, что я совершенно точно могу делать лучше, чем мои менторы-искусители.

Техника безопасности
— Женя, я кому сказал — мышкой щелкаешь на левый нижний угол. Мышкой! Курсор видишь? Ты знаешь, что такое курсор?! Ты знаешь, что такое левый?
— Блин, я даже знаю, что такое нижний!!!
Как вы поняли из этого драматического диалога, эксперимент у меня уже начался. Знакомый «айтишник» (да что уж там — знакомый муж) полчаса пытается по телефону объяснить мне, как найти кое-что важное в компьютере. Гуру высоких технологий находится за 200 километров и имеет довольно своеобразный норов. Конечно, я могла бы вызвать специалиста на дом. Но зачем же! Лучше я послушаю, какие невероятные манипуляции нужно провести с мышкой, клавиатурой и экраном, чтобы… открыть диск D! Так вот ради чего все это затевалось… Сейчас я его убью.
— Диск D?! Ты что, думал, я не знаю, где его искать?! — ору я на того, кто по ходу эксперимента должен орать на меня. — Ты вообще можешь со мной нормально разговаривать, а не как с инфузорией?
— Так, Женя, — зловеще шепчет этот Волан де Морт, — тебе нужны файлы? Тогда слушай умных людей. Я скажу — сядь, ты сядешь. Я скажу — попрыгай, ты попрыгаешь. Скажу — щелкни мышкой, значит щелкнешь. Или сейчас вся система слетит на фиг, яс…
Я бросаю трубку, с трудом выключаю подвисший компьютер и отправляюсь делать куклу Вуду в сисадминском свитере. Нужные файлы так и не найдены — это к теме производительности труда.

Восстание машин
За вдохновением я отправляюсь в родной город Тулу, где во второй день эксперимента прошу собственную маму поездить со мной по городу на машине — на месте инструктора. Моя мама в прошлом году одновременно получила пенсионное удостоверение, водительские права и загранпаспорт. Теперь гоняет на своем Моте (так зовут ее авто) за милую душу, не стесняясь виражей и бездорожья. Я сама права получила гораздо раньше, но кататься по городу без оторопи и холодка в сердце пока не могу. Эксперимент — отличный повод начать.
— Я тебя ругать, что ли, должна, дочик? — смущается мама, которая за 28 лет как-то попривыкла меня хвалить.
— Критиковать! — отвечаю. — 
Не стесняйся, мне для дела надо. И не волнуйся ты так.
— Ладно, — покорно соглашается родительница и робко так добавляет: — Ты бы поворотник, что ль, выключила, мы уже от перекрестка давно-о-о отъехали. И не цепляйся так за руль, оторвешь.
Минут через двадцать в районе проспекта Ленина (конечно же, центральной улицы города) мама входит в роль — или в раж.
— Перестраивайся, говорю, — бодрым голосом командует она. — Обгоняй этот «волгарь», он еще медленнее тебя тащится! Ух! Чуть не въехала регулировщику в грудь. Молодец, дочик!
— Мам, я боюсь так гонять, ты что! — обороняюсь я, пытаясь перекричать голос Киркорова из магнитолы.
— Ничего, тебе еще парковаться в районе рынка, вот там точно смелость пригодится, — хохочет мама. — Там так, как ты любишь, кривенько и косенько, не встанешь — на каждом миллиметре машинка. Полетели сквозь стре-елы, под обстрелом и под огне-ем…
Домой мы обе возвращаемся молча. Криво припаркованный Мотя отдыхает во дворе и больше не желает меня знать. Две полуаварийные ситуации, истерика в районе рынка… В следующий раз я выеду в город, когда получу пенсионное. Точка.

Хозяйке на заметку
На следующий день у нас гости. Это значит, что я буду в кои-то веки принимать участие в приготовлении праздничного стола. Обычно в Туле это берет на себя мама. Скажем прямо, не без оснований. Готовить я в принципе умею, но не очень люблю и редко в этом практикуюсь.
С утра я взвинчена и жду во всем подвоха. Постепенно понимаю, что вокруг — враги, а я ничегошеньки не умею. Дай-то бог мне доверят оливье. После того, как я вчера ездила по городу, а позавчера — искала файлы в компьютерах, я готова все крошить и смешивать с гря… с майонезом.
— Дочик, сбегай в магазин, — кричит мама с кухни. — Сгущенка нужна для блинов и сметана.
— А оливье я когда делать буду? — спрашиваю горестно.
— Да я его уже накромсала с утра, — утешает мама. — Я же быстрее, чем ты, режу. Раз в десять…
Краснолицей фурией я выскакиваю из подъезда, в три прыжка достигаю магазина и… понимаю, что забыла: 1) что купить и 2) кошелек. Удачно и вполне в моем духе. Браво, товарищи сантабарбарцы. Ваша теория работает на все сто. Скоро просто сяду дома, подопру щеку кулаком и буду биться лобиком о стеночку, мурлыкая плач Ярославны…
Возвращаюсь домой, беру деньги, повторно выясняю у мамы список продуктов («Тебе записать? Большими буквами?») и опять бреду в магазин.
— Девушка, у меня сдачи нет! — безапелляционно заявляет кассир.
У меня, конечно, нет размена. Зато есть еще десять врагов — все те люди, что пристроились в очереди за мной и теперь не особо терпеливо ждут, когда же я разберусь в своих отношениях со сметаной, сгущенкой и кассиршей.
— Найдите сто рублей, сходите разменяйте через дорогу, не задерживайте очередь.
Интересно, кто посвятил работников местного супермаркета в суть моего эксперимента.
Всего через 40 минут я, размахивая трофейной сгущенкой, появляюсь на пороге квартиры.
— Побыстрее нельзя было? — интересуется мама. — Тетя Лариса уже в пути. Ой, ну зачем взяла такую мятую банку?!
До готовки дело не дошло. … Как хороши, как свежи были розы, которые принесли мои гости. И как же они (розы и гости) меня в тот вечер не радовали! Может быть, калифорнийские данные справедливы только для местных студентов? Солнце круглый год, океан под боком, в каждом кафе можно встретить как минимум Мэттью Макконехи… Какой стресс, какие провокации, какая к черту критика!

Давай по‑хорошему!
Оставалось самое простое — описать весь этот кошмар.
Уж это точно сумею. Все-таки тексты — моя профессия. То, что я с детства люблю и могу. Обожаемое, уважаемое, самое правильное.
Пока я так думала, неделя закончилась. Потом подошел дедлайн. Потом он незаметно прошел.
Я садилась за «отвисший» компьютер, набирала пару фраз и понимала, что все это — тлен, а я — бездарность. Показывать свои опусы кому-либо не представлялось возможным. Я мучилась молча, иногда только в «аське» донимая голубоглазого ангелоподобного редактора Надю, с которой, между прочим, в студенческие годы делила кров.
— Надь, отругай меня!
— ???
— Не сдам я тебе текст сегодня. И завтра не сдам.
— Да ладно, не переживай, после праздников напишешь…
-Ты не понимаешь!!! Меня надо ругать и презирать! Чихвостить и ставить к стенке!
— Ну… Ладно. Подброшу тебе дохлую крысу в стол… или полаю, — начала Надя неубедительно, но тут же сбилась с темы. — А мы с Бабахиной тут икры купили, наелись… как-то хорошо так! Ты не парься, все равно все будет отлично, я же знаю, как ты пишешь!
И тут меня осенило. Родилась и структура текста, и логика повествования, и идея… Материал я сдала в тот же день. Наградила себя тульским пряником и послала самой себе sms: «Женя — хорошая девочка».
Уберите, люди, кнут и поменьше доверяйте людям из Санта-Барбары.

ВЫВОД:
А вообще, скажу вам, наврали они про Санта-Барбару. И про ученых наврали. Исследования явно проводились в некой военной части. Студенты были свежеобритыми новобранцами, а исследователи — прапорщиками. Удивленные стражи науки в погонах к окончанию эксперимента, в последний раз прокричав в шесть утра «Па-аадъем!!!», в очередной раз убедились, как они правы и как положительно на подневольных влияет дисциплина, жесткач и крики. Бедные мальчики…

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить