Тайный смысл

Чужие тайны лучше не знать. Это аксиома. Чужие скелеты из чужого шкафа лучше не доставать. И вообще чужие шкафы лучше не открывать, чтобы, не ровен час, скелет сам не выпал.

Тайный смысл

Чужие тайны лучше не знать. Это аксиома. Чужие скелеты из чужого шкафа лучше не доставать. И вообще чужие шкафы лучше не открывать, чтобы, не ровен час, скелет сам не выпал. И не только потому, что любопытную Варвару он может прихлопнуть.

Утраченные иллюзии

Cтасик был исключением. Уже к первой сессии он готовился, выкраивая время из напряженного рабочего графика курьера аудиторской фирмы. Ко второй — стал помощником аудитора, завел себе кейс, блестящие черные ботинки и репутацию талантливого карьериста.

На третьем курсе Стасик уже был полноправным партнером. Он рулил собственной иномаркой и покровительственно давал в долг, назидательно рекомендуя задуматься о своем трудовом будущем. Учился он весьма посредственно (но все же прекрасно понимают, что у делового человека просто нет времени на всякую эстетику с философией и остальную черемуху!).

ОБИДНО, КАК В ДЕТСТВЕ,
КОГДА ПОД БОРОДОЙ ДЕДА
МОРОЗА ОБНАРУЖИВАЕШЬ
ЛИЦО СОСЕДА ДЯДИ КОЛИ.

Стасиком восхищались. Не завидовали, а восхищались. Издалека, как космонавтом, шагающим по Луне. спрашивали совета, приносили резюме.

А потом Лиля, сокурсница Стаса, устроилась работать в ту же фирму, где он занимал такое привилегированное положение. Буквально через неделю она примчалась в институт с лицом заговорщицы и, не откладывая в долгий ящик, прямо на лекции принялась рассказывать подлинную историю стремительного карьерного взлета героя нашего времени — Стасика.

В процветающей аудиторской фирме, принадлежащей self-made woman из бывших комсомолок, Стас действительно был партнером — партнером хозяйки бизнеса по сексуальным утехам и прочим извращениям. Виктория Анатольевна была старше его на двадцать три года и не скупилась, оплачивая постельные успехи Стаса.

Что знают трое — знают все. Очень скоро весь курс перестал здороваться с альфонсом — мстили. Нет, правда, если б сразу все было известно, все было бы хорошо и почитателей у Стасика наверняка было бы не меньше. А так… Так было ужасно обидно. Как в детстве, когда под бородой и шубой Деда Мороза вдруг обнаруживаешь лицо и кальсоны соседа дяди Коли.

Потом все выдохнули. Вот только в глубине души остался червяк, который в самые неподходящие моменты начинал кусаться и нашептывать: и чего ты дергаешься, все равно у тебя ничего не получится, ты же знаешь, как у нас карьеру делают… Но ведь это, согласись, даже удобно. Всегда можно оправдать собственное бездействие.

И так постоянно — не Стасик, так Вадик, не Вадик, так Марина, похудевшая на двадцать килограммов посредством правильного и полноценного питания (на самом деле: чашка кофе, две пачки сигарет в день и таблетки с глистами). Нам нужны герои, и мы их сами себе организовываем. А потом ты узнаешь тайну, и оказывается, что герой-то совсем не герой. И даже не хочет им быть.

Одно хорошо — утраченные иллюзии быстро переживаются. Только очень полезно направить их переживание в нужную сторону, чтобы поконструктивнее все было. Чтобы все же начать правильно питаться или делать карьеру и самой стать самым настоящим героем, а не продолжать бубнить себе под нос: это невозможно, это все равно невозможно.

Зачем тебе знать, кого он…

Нет, правда, зачем? То, что любопытно, — это понятно. Но может, все же лучше не надо? Не надо выпытывать тайны прошлого, разбираться в поступках и событиях, для которых уже наступил срок давности…

У меня была сокурсница — милая такая, правильная девочка с четкими представлениями о том, что такое хорошо и что такое плохо, как и где себя надо вести.

ОДНА ВЫПЫТАЛА
У МУЖА, КТО БЫЛ ЕГО
ПЕРВОЙ ЛЮБОВЬЮ.
ОКАЗАЛОСЬ — МЫМРА.

Потом девочка влюбилась. Взаимно и трогательно. Он был большим и взрослым мужчиной, солидным и обстоятельным. Свой дом, свое дело. Твердое плечо, твердые убеждения: только белые зарплаты для сотрудников, например. Девочка влюбилась и до умопомрачения гордилась своим мужчиной. Им было невозможно не гордиться — на полном серьезе, без иронии, такие мужчины встречаются очень редко. Все было хорошо и замечательно, но лучшее, как вы знаете, враг хорошего.

И в один прекрасный момент девочка задала любимому вопрос: «Почему ты общаешься с этими непонятными людьми? Мне кажется, что твои приятели недостойны тебя, они другого поля ягоды. А Василий так вообще пиратской продукцией торгует…»

Мужчина сначала пропускал все мимо ушей, но девочка настаивала. И однажды вечером за чашкой чая услышала примерно следующее: «Понимаешь ли, у меня есть такая возможность — играть по правилам. Но чтобы сейчас иметь эту возможность, я в 90-м году куриные окорочка дрянью разной накалывал, чтобы вес был больше. Так что не надо, моя милая, о порядочных и не очень».

Милая правильная девочка оказалась в тупике: окорочка — гадостью?!

В этом тупике часто оказываются самые разные девочки. Одна настояла и выпытала у мужа, кто же был его первой любовью. И теперь мучается, оттого что первой любовью была мымра. Другая полезла копать еще глубже и теперь вынуждена внутренне прощать дорогому и единственному какой-то идиотский поступок времен его предармейской молодости.

«Разве у близких людей могут быть тайны друг от друга?» Могут. Стопроцентно могут. Хотел бы — сам рассказал, а так каждый имеет право на кусочек жизни, о котором не будет знать вообще никто. И прежде чем, сгорая от любопытства, узнавать какую-то жутко интересную информацию, задай себе вопрос: а что я буду делать-то с этой информацией? Биться в истерике и изводить всех вокруг?

Готова ли ты услышать от него что-то другое, кроме «Ты у меня вторая, а первая была страшной ошибкой, за которую мне сейчас стыдно»? В общем, не задавай вопросов, к ответам на которые ты можешь оказаться не готова. Кстати, «ты меня любишь?» — до того, как он сам сказал, что да, любит, — один из таких вопросов, которые не стоит задавать. Если ты, конечно, не готова к неожиданному ответу.

Меньше знаешь — крепче спишь

И меньше мучаешься проблемой выбора. Сказать или не сказать? Сделать или не сделать? Забыть или напомнить? Быть или не быть?

Оля шла по коридору офиса, услышала, как в одной из переговорных вроде бы обсуждали Свету. Света — Олина подруга. И работают они вместе, в одном отделе. Конечно, пройти мимо и не подслушать Оля не смогла. Что там за тайны у начальства? Подслушала. В переговорной обсуждали, как и когда уволить Свету. Ее родную, самую близкую Свету!

Оля не спала две ночи, крутилась-вертелась, мучилась и наконец рассказала все подруге. Предупрежден — значит вооружен. И защиту можно подготовить, и пути отступления, и даже запасные аэродромы…

ПРОЙТИ МИМО
И НЕ ПОДСЛУШАТЬ ОЛЯ
НЕ СМОГЛА. ЧТО ТАМ ЗА
ТАЙНЫ У НАЧАЛЬСТВА?

Выслушав Олю, Света сначала сникла, две недели ждала, когда ей со дня на день объявят об увольнении, и нервничала. Через две недели не выдержала и, влетев в кабинет к начальству, начала требовать, чтобы вопрос решили сразу и сейчас.

Босс смотрела на нее с каменным лицом:

— Откуда у вас эта информация, Светлана? Мы не собираемся вас увольнять, разговоры были, но не о вас, а о другой Светлане. Вы квалифицированный сотрудник, вас сокращать никто не будет. Впрочем, если вы не приведете в порядок нервы, то, я думаю, эту точку зрения нам придется пересмотреть.

У Светы покраснели не только уши. А с Олей они потом поссорились. Света не могла отделаться от мысли, что Ольга хотела ее таким образом подставить.

Вон он, тот случай, когда лучше ничего не знать. И пройти мимо, не подслушать, не посмотреть, не убедиться — а не муж ли подруги сидит в кафе вон за тем столиком вон с той брюнеткой, — просто пройти. Чтобы потом не было эмоциональных перегрузок от сложности выбора.

Когда знание — сила!

Впрочем, иногда знание чужих тайн становится не тяжкой обузой, а действительно полезной информацией.

Машину тайну Вика узнала не случайно. Лучшая подруга сама приехала к ней поздно вечером на такси — слыханное ли дело в 16 лет! Маша рыдала, размазывая остатки красивого макияжа, и прикладывала холодную пряжку сумочки к синякам на лице. Маша пошла на кастинг ведущих, который якобы проводила известная телевизионная передача. Когда ты студентка первого курса журфака, ты абсолютно доверяешь слову «Останкино» и имени известного ведущего. И даже не задумываешься, почему кастинг проводится в десять вечера. Вот Маша и не задумалась — пошла. В результате попытались изнасиловать и избили. Хорошо, что кричала громким, хорошо поставленным голосом, — удалось сбежать.

Маша плакала, Вика работала бесплатным психологом. Нет, она не была против, даже наоборот — очень хотела помочь. Только переживала, что подруге нужна помощь более квалифицированная, но Маша все равно никому больше рассказывать не собиралась.

А спустя пару лет в институтской библиотеке Вика случайно услышала разговор двух девочек с первого курса. Да, кастинг, хорошая телепередача, тот самый ведущий. Круто! Вику как током ударило. Она пересела к девочкам и начала горячо рассказывать о чужой тайне, которую несколько лет носила в себе. Имен, конечно, не называла, но говорила так искренне, что ей поверили. «Слава богу, — говорит Вика, — что мне удалось их убедить никуда не ездить».

Чужая тайна — это всегда дополнительная, иногда довольно большая эмоциональная нагрузка. Ответственность. И надо обладать значительной долей такта и уважения, чтобы не обидеть, не оттолкнуть человека, который пришел тебе эту тайну доверить.

Но если тайну не доверили — не надо подсматривать. Боком выйдет. Примерно так же, как засовывание гвоздей в розетку.

ФОТО: ROBERT DELAHANTY




 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить