Расписались? Получите!

Хелло, вордлд! :) :) ПРЕВЕД, КРОСАВЕДЦА!: -) Каг дила? : — / : — D :)))))))))))) ЗЫ: Кароче, чытай и плакай… Это текст про графоманов и графоманию. Кажется, на свете уже нет человека, который ничего не пишет!

Расписались? Получите!

Хелло, вордлд! :) :) ПРЕВЕД, КРОСАВЕДЦА!: -) Каг дила? : — / : — D :)))))))))))) ЗЫ: Кароче, чытай и плакай… Это текст про графоманов и графоманию. Кажется, на свете уже нет человека, который ничего не пишет!

НАБОКОВ, НАБОКОВ…

Еще Владимир Набоков писал, что неплохо было бы ввести специальный знак пунктуации для обозначения улыбки — это могла бы быть «некая кривая линия или лежащая на боку круглая скобка». Вот как давно, оказывается, многое могло прийти в голову гению (аффтар жжот). А то ведь ломаешь голову: кто же первый придумал эти самые смайлики? И кого за это предать вечному проклятию, потому что видеть эти разноцветные таблетки с выпученными языками я уже, ну честное слово, не могу!

Хотя, конечно, чуть что, поминать Набокова не слишком-то хорошая привычка. Уж больно много лишних людей к нему липнет, подкрепляя свои пошлые блоги непременно цитатами из его произведений, особенно из тех, которые никогда не читали. Но что поделать — великий писатель…

Да и вообще цитировать книжки — пошлятина. Особенно когда зайдешь на какой-нибудь форум, где трутся так называемые любители словесности, так просто зло берет! Он ей: а вот не хотите ли цитатку из Иэна Бэнкса? А она ему: ваш Иэн Бэнкс — АТСТОЙ! Вот вам на этот счет Анатолий Мариенгоф, получите, подавитесь! Ну он, натурально, отбивается — ах так! На тебе Виктора Пелевина! А она его — Довлатовым по башке! А он ее — Орханом Памуком! А она как разбежится и как вдарит Гилбертом Китом Честертоном, а потом еще Станиславом Лемом покойным сверху для верности, и он уже, бедняга, только квакает жалобно: «Набоков, Набоков…» А ты сидишь, читаешь и думаешь: «Господи! Ведь я же в сто раз умнее, ну почему меня никто не спросил?» Нет, обсуждать литературу просто стыдно. Можно подумать, что специально пытаешься притвориться умнее, чем надо для нормального пищеварения. Да и вообще, если уж на то пошло, читать (по крайней мере, слишком очевидно) — дурной тон. Как будто ты бог знает что о себе воображаешь. Как будто отрываешься от коллектива. Позор! Выпий йаду! Если совсем невмоготу, можно читать тайком — под одеялом, с фонариком. И так чтобы никто об этом не знал.

Зато писать…

ДА ЗДРАФСТВУИТ ГРАФАМАНИЯ!!!

О, я сейчас просто потираю руки от предвкушения. Как я сейчас пойду крушить графоманов! А графоманок… Направо и налево: крошить в мясо доморощенных интернет-авторов и писателей популярных книг, толочь в пюре поэтесс-любительниц с их пюреобразными тошными стишатами, строгать, как брюкву, строчителей блогов и гонителей макулатурных волн интернет-дневников, мочить в сортире сочинительниц девичьих альбомов, бить палкой по башке авторов длинных писем, распинать на кресте собственного беспощадного остроумия пользователей ICQ, а надоедливых посетительниц бесконечных, как свитки, форумов с их ППКС и ИМХО резать, резать, резать, не дожидаясь перитонита!

Тем более что ответить они мне все равно не смогут. Я-то в многотиражном журнале космополитического значения, а они где?.. Но, если подумать, это будет не совсем справедливо. Право писать — по‑печатному, по-письменному, а также на любом языке и свободно выражать свои мысли, какими бы они ни были, любому гражданину нашей страны гарантирует Конституция и закон об обязательном школьном образовании. То есть, вместо того чтобы публично высмеивать любителей (и особенно любительниц) тихих радостей графомании, стоит, наверное, разобраться, зачем они пишут, откуда они берутся, почему их так много и, главное, почему они не могут не писать.

СТАРИК-ГРАФОМАН ПРИХОДИЛ РАЗ В НЕДЕЛЮ И ВЫСМАТРИВАЛ В КОРИДОРЕ ЗНАКОМОЕ ЛИЦО.

КТО ТАКИЕ ГРАФОМАНЫ

Согласно толковому словарю почти вековой давности, графомания есть «болезненная страсть к постоянному и бесплодному сочинительству».

С точки зрения психиатрии графомания не является самостоятельным психическим расстройством, но, как и любая мания, это одно из частных следствий синдрома навязчивых состояний. Это как потребность бесконечно мыть руки, потому что они «пахнут», или боязнь ездить в метро, потому что столкнут под поезд, и так далее могут быть симптомами одного из многих психических заболеваний. При этом писание вовсе не обязательно доставляет графоману исключительное удовольствие. Грызть ногти и расчесываться до крови ведь тоже не очень приятно. А писать — одно из самых тяжелых занятий на свете после погрузки шпал, от него бывают мозоли на попе и прыщи на лбу, ты часами сидишь и доишь, доишь свою бесплодную голову, пытаясь выдоить из нее хоть какой-то огрызок энтузиазма, который выходит тяжко, как почечный камень. Недаром писатели из группы «Серапионовы братья» здоровались так: «Здравствуй. Писать тяжело». Графоман испытывает точно такие же творческие изнурения, но в отличие от писателя или журналиста, которые очень даже могут не писать, если найдется кто-нибудь, кто будет просто так давать им деньги, не писать он не может. Ему кажется, что он знает нечто, нечто важное, что перевернет мир, что он должен обязательно прямо сейчас донести до всех живущих, но, когда садится за стол и хватает ручку, на бумагу вместо великого откровения ложится бессмысленный набор слов. И графоман терзается, невысказанная истина мучит его, как личинка Пришельца, рвущаяся на свободу, он снова пишет, снова страдает… Уж лучше б он грыз ногти.

Но те, о ком мы сейчас говорим, почти наверняка не имеют никакого отношения к «медицинским» графоманам. По правде говоря, такого «психического» писателя я видела только один раз. Это был старичок, который году в 2003-м каждую неделю приходил на петербургское телевидение. Он приносил много самодельных треугольных конвертов со своими стихами, которые он посвящал всем: ведущим, корреспондентам, дикторам новостей, модераторам утреннего эфира — в общем всем, кого только мог увидеть в ящике. Если кто-то решался вскрыть эту «фронтовую почту», внутри обнаруживал чудовищную абракадабру, написанную бисерным почерком на каждом миллиметре страницы и абсолютно бессмысленную. Старичок-графоман приходил раз в неделю и высматривал в вестибюле какое-нибудь знакомое лицо. Редакционные секретарши от него убегали.

То же, что обычно принято называть графоманией и что вроде бы даже не считается сейчас пороком (иначе писатели не собирались бы на сайтах www.graphomania.ru и www.grapho.mania.ru), — это так называемая массовая, или социальная, графомания. Излечить ее более чем просто — надо заставить автора зарабатывать этим деньги. И только. Чтоб каждый день по десять тысяч знаков текста. Нет текста — нет обеда. Не пройдет и двух месяцев, как он взвоет: боже мой, оставьте меня, я же рекламный менеджер! И навеки заречется писать.

К таким социальным графоманам относятся:

почти все подростки из культурных семей в возрасте от 15 до 19 лет, стилистическая разрозненность чьих опусов простирается от самопальной любовной лирики («Ты ушел и унес с собой/ Сердца радость, душевный покой») до самодеятельного чтения гангста-рэпа («Они убили всех/Кого я любил/Мы должны убить/Тех, кто их убил») и сочинения-эссе о существе жизни («Интересно, что начинается там, где заканчивается темнота?..»);

любители пописывать в стол, особенно отрывки и «незаконченные вещи». Если они что-нибудь все-таки заканчивают, то непременно рассылают всем друзьям. Работу над произведением они начинают с того, что садятся за стол, берут лист, выводят на нем «Рассказ» и глубоко задумываются;

увлеченные авторы подробных сетевых дневников, обновляющихся чаще раза в неделю. Особо опасны авторы «художественно осмысленных» дневников, которые повествуют миру не о том, что «вчера пошел с Саичем в кабак, поимел двух телок», а о том, что «сегодня был чудесный день. С черных мокрых веток остатки сырой вчерашней тоски срывались большими светлыми каплями»;

девушки и юноши, которые постоянно «пишут роман», как правило, детектив или фантастический триллер, и регулярно собираются парами и группами для того, чтобы писать роман совместно;

авторы некоторых книг;

посетители многих форумов (и не только литературных), которые предпочитают не читать чужие сообщения, а писать сами и особенно едко комментировать. Такие «умы, чести, совести» свободно и виртуозно, с большим количеством деепричастных оборотов и художественных тропов высказывающиеся по любому поводу, встречаются даже на форумах беременных, заводчиц керри-блю-терьеров и портних-любительниц, обсуждающих, как подкроить воротник так, чтобы уголки не загибались;

люди, имеющие болезненное пристрастие к sms. Которые не просто отправляют больше десяти сообщений в день, но не могут получить удовольствия ни от одного действия без того, чтобы немедленно не сообщить своим многочисленным корреспондентам: «Сижу в клевом итальянском рестике. Буду есть пиццу, карпаччо, мороженое. А где ты и что ешь?» или «Пуся сказал мне, что я зайчик. Я самая счастливая на свете!». Все эти коммуникативные сгустки, как правило, исполненные в латинском транслите, снабжаются целыми копнами собранных из тире и слэшей алых роз, косяками машущих крылами mms-бабочек, рамочками и уже не раз поминавшимися здесь разнообразно перекошенными рожами, возникшими из естественного желания доброжелательного человека улыбнуться собеседнику;

болезненные пользователи iсq. Из всех видов графомании этот наиболее близок к настоящему помрачению: ты, натурально, не можешь остановиться. Тебе пишут «пока», а ты «пока-пока», а тебе «целую в нос», а ты ставишь смайлик, а тебе ставят два смайлика с языками, а ты трех с бородой — и так до бесконечности, до исступления, до умопомешательства!


УЖАСЫ ГРАФОМАНСТВА

О нет, мы не будем говорить о том, сколько человеко-часов тратится в день, в месяц, в год на это «постоянное и бессмысленное», сколько электричества, сколько денег, как беспощадно уходит время и какие убытки несет страна. Легче всего, знаете ли, заявить:

И дело в шляпе. Лично мне посты подобного характера обычно напоминают надписи на заборах, в изобилии появляющиеся в моменты больших социальных перемен, вроде «Ельцин — гад» или «Национал-большевики на борьбу против олигархов-кровопийц». Ну или «Люда Козлова — дура» на трансформаторной будке. И неважно, есть ли в них цитаты из популярных и даже великих писателей, пришпандоренные ниже. Надо сказать, что самый идеальный пост я как-то увидела из окна электрички на здании какой-то станционной службы. Кто-то вывел на обшарпанной стене красной краской: «ТЫ ЛОХ». А затем уже кто-то другой приписал белой: «САМ». Универсальный месседж. Читай его с какой хочешь стороны — поистине буддийская закольцованность смыслов.

ВСЕ, КТО ПЕРЕЧИСЛЕН ВЫШЕ, БЕЗДАРИ И ДУРАКИ, И ДЕЛАТЬ ИМ ПРОСТО НЕЧЕГО, ИМХО.

Вовсе не оттого, что люди дураки, бездельники или, там, в Сократы выбиться поперед батьки хотят, цветет буйным цветом общественная графомания. Ведь сейчас в нашей стране, особенно в мегаполисах, настоящая эпидемия — это отмечают и социологи, и культурологи, и кто угодно! Сколько книг пишется — это же страх! Книги о фитнес-центре. Книги о редакции глянцевого журнала. Книги о попойке в подворотне. Книги о casual и анти-casual. Книги о сексе и книги о политике и сексе. И главное-то, пишут их вовсе не те, кто пытается своим собственным пером добыть из руды слов золотую монетку и три корочки хлеба. Их пишут вполне обеспеченные, состоявшиеся люди — так, отметиться в вечности. Сколько людей пишут рассказы! Сколько людей пишут в ЖЖ! Сколько тысяч тонн текста производится каждый день во всем мире, вываливается на странички Интернета, складируется в столах и папках, улетает в эфир в виде sms и электронных писем и то ли растворяется в пространстве, то ли оседает неизвестно где, как углекислый газ, прожигая в уважении человека к письменному слову настоящие озоновые дыры…

СКАЖИТЕ ПОЖАЛУЙСТА!
Мы решили спросить у настоящего писателя, что он думает о графомании. Писатель был краток и отвечал устно.

СЕРГЕЙ МИНАЕВ, автор остросовременного романа «Духless»:
«В последнее время все что-то пишут. В „живых журналах“, в icq, по электронной почте. Что я могу сказать? Раз люди пишут, значит, на то есть у них своя потребность. Кому-то надо в обеденный перерыв чем-то занять себя, кому-то проще написать, чем произнести вслух, у кого-то просто патологическая потребность что-то писать. Другое дело, что сейчас появляется много писателей-однодневок. Это пена, она обязательно сойдет, и останется только то, что на века».



ОТКУДА БЕРЕТСЯ ГРАФОМАНИЯ

На уровне личности это, конечно, желание самовыражения. Желание самовыражения, некоторое одиночество, попытка обрести уважение и понимание, найти сторонников. Человек хочет встать и сказать: «Щас спою!» — и спеть так, что все будут слушать, замерев, и бешено рукоплескать потом. Ну, а если он поет, как павлин в кустах (и даже если он это знает), — не это ли творится каждый день в барах с караоке? Тем более что в нашем случае всегда можно соблюсти анонимность… Затем, конечно, желание игры, смены личин, которое, как первородный грех, присуще всякому человеку. Иначе зачем бы Юля Булочкина перевоплощалась каждый день в отчаянного антифеминиста Альфреда Пилюлькина и спорила бы на форумах с дамами до хрипоты, доходя в своих спорах до такого радикализма, за который настоящему Пилюлькину пришлось бы краснеть? Затем опять же желание оставить царапинку на поверхности Вечности. Пусть крохотную. Жажда общения. Жажда творчества — хочется считаться творцом хотя бы номинально, хотя бы в глазах самого себя. Сублимация сексуального желания и желания быть великим — про все это мы уже слышали…

По мнению известного писателя Милана Кундера (названия его книг чрезвычайно хороши), даже, я бы сказала, писателя-гуманиста, массовая графомания является следствием трех причин:

1 Рост благосостояния населения, что позволяет многим людям отдаваться бесполезной деятельности. То есть те, кто говорит: «Вас бы всех, писак, на Соловки», в чем-то правы. На Соловках действительно не до писательства. Там нужно сутками до изнеможения долбить мерзлую землю, прокладывая дороги, рубить лес, рыть канавы, выслеживать по насту оголодавших лосей и валить их с одного патрона, нет, голыми руками… Не знаю точно, чем занимаются на Соловках, но полагаю, не сидят в форумах.

2 Радикальное отсутствие больших общественных перемен во внутренней жизни народа. То есть все спокойно в Багдаде. Именно поэтому в Швеции, где, наверное, со времен Карла Двенадцатого ничего особенного не происходит, сотни и тысячи писателей, а в Сьерра-Леоне, где ну столько интересного: и партизаны, и наркобароны, и алмазные короли — пиши не хочу, война в Сьерра-Леоне идет всегда, насколько я понимаю, вовсе не сотни и не тысячи.

3 Тотальная разобщенность индивидов. Эта мудреная фраза означает только одно: нет у нас дружбы и товарищества между людьми! Нет сплоченности, чувства локтя, ощущения прекрасного единения… На демонстрации больше ходить не принято, на субботники — тоже, больше трех собираются редко, на завалинке не сидят, на людей посмотреть, себя показать на улицу Ивановскую всем городом не ходят. Даже бабушки на скамейке нечасто тусуются всем миром. Вот и сидит каждый в своей комнате, пытаясь найти единомышленников и товарищей, заинтересовав их своей необыкновенной личностью, своей тонкой душой, своим изысканным стилем. Но это, увы, иллюзия. Графомания, пусть и общая для многих, не помогает наладить общение, а только увеличивает разобщенность и одиночество. Начав за здравие — с поиска друзей, — человек постепенно отгораживается своими словами, как стеной. Только собственные слова имеют значение, он не слышит, он пишет — как будто бы тысячи людей с заложенными ватой ушами дуют каждый в свою дуду или каждый бьет в свой собственный жестяной барабан.

Вот это, пожалуй, действительно печально. Гораздо лучше было бы, если бы все, как в сказочном королевстве Утопия, были друг другу братья и друзья. И не сидели бы до обалдения в аське, а делали друг другу легкий дружеский массаж, не тупили в форуме, а вместе, прихватив ящик душевного пива, мчались на природу…

Но что до благосостояния и отсутствия потрясений, то чего ж тут плохого? Разве ж это не хорошо, что теперь за работу платят столько денег, что не надо, как рабочий Иванов из учебника истории, каждую минуту тратить на добывание пропитания, что домашнюю рутину за нас делают машины, высвобождая нам массу времени от скрупулезного подметания веником, протирания овощей на терке и стирки при помощи корыта, валька и доски? Разве это не хорошо, что у нас не убивают каждый день президентов и не случаются, что ни год, сокрушительные кризисы с обвалом национальной валюты?..

В Северной Корее, я уверена, графоманов нет.

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить