Право на ошибку

COSMO-ПОЧТА. Ева лежала под деревом и грелась на солнышке. Думать было решительно не о чем, но даже это ее не напрягало.

Право на ошибку

Ева лежала под деревом и грелась на солнышке. Трава была зеленой, небо голубым, цветы — розовыми, красными, ярко-синими. О чем Ева думала, никто не знает: в этом прекрасном саду не было ни поклонников, ни подружек, ни нарядов, ни диет, ни необходимости работать, учить иностранные языки или получать навыки управления транспортным средством. Думать было решительно не о чем, но даже это совсем не напрягало Еву.

Когда солнце начало клониться к закату, с дерева свесилась маленькая голова забавной зверюшки. Вместо туловища у зверюшки был длинный упитанный хвост.
- И чего лежим? — Спросил хвостатый.
Ева хотела что-то ответить, но ответ никак не приходил в ее голову.
- Чего лежим, говорю! — настойчиво повторил хвостатый. — Айда за забор в соседний сад яблоки воровать!
- Яблоки, — задумчиво сказала Ева. — Воровать. За забором.
Произнеся это, Ева на несколько секунд зависла, а потом звонко расхохоталась и попыталась схватить зверушку за хвост. Змей (а, как вы уже поняли, это был именно он) деликатно отстранился и попытался подползти к Еве с другой стороны.
- Ну пойдем же! — продолжил он, — Яблоки это очень здорово и вкусно. Все равно тебе нечего делать, у тебя впереди еще целая вечность тепла, солнца, и сбалансированного комплекса витаминов А, Бэ и Цэ.
- Яблоки есть нельзя, — наконец-то выдала Ева. Неожиданная гордость переполнила ее: это была чуть ли не первая осмысленная фраза, которую она произнесла в жизни, и фраза эта, вне всякого сомнения, удалась.
- Это в нашем саду нельзя, — отметил Змей. — А в чужом — можно. Тебе про соседний сад что-нибудь запрещали?
- Не запрещали, — с видом исполненной достоинства умной и рассудительной женщины ответила Ева.
Подумать только: она вела настоящий разговор, и какой разговор! Возвышенный, светский, исполненный глубоких мыслей и обезоруживающей логики. Было отчего расправить плечи томно закатить глаза. Ева поднялась с травы решительно, но грациозно, и пошла за Змеем.
До забора, как выяснилось, было недалеко. Просто высохшие от времени старые доски с облупившейся зеленой краской терялись в каких-то кустах.
- Поворачивай направо, я тут одну дыру знаю, — скомандовал Змей.
Ева послушно (но с достоинством) пролезла в соседний сад. С первого взгляда было видно, что за ним давненько никто не ухаживал. То тут, то там под деревьями гнили опавшие фрукты. Сама яблоня, к которой подполз Змей, тоже выглядела очень неаппетитно. Несколько веток у нее совсем засохли и торчали уродливыми крюками. Яблоки были маленькими, кривыми, покрытыми черными пятнышками. Под яблоней валялось несколько бурых сопревших плодов, покрытых белой плесенью.
- Теперь я понимаю, почему нам настойчиво не рекомендовали это есть, — заявила Ева и удалилась из заброшенного сада уверенной походкой независимой женщины.

На следующий день Змей приволок телевизор. На экране улыбчивая белокурая девушка с наслаждением грызла зеленое яблоко и демонстрировала профессиональную улыбку. «Вот зараза», — подумала Ева, но вспомнила о достоинстве и промолчала.
- Видишь, женщина, какое удовольствие доставляет поедание яблок, — сказал Змей. — Попробуй, тебе очень понравится.
А Ева представила себе прекрасного Адама, и решила, что несчастная зверушка, у которой из органов в наличии только голова, да упитанный хвост, и вправду может считать поедание яблок величайшей радостью в жизни. «Надо проявить великодушие и не рассказывать ему, что есть удовольствия и послаще яблок», — подумала Ева. Она нежно посмотрела на Змея и постаралась как можно более участливо погладить его.
- Не переживай, хвостатый, — произнесла она тоном любящей мамочки, — Все еще у тебя образуется, вот увидишь.
Змей сделал скорбное лицо, медленно отполз за ближайшее дерево и там осторожно, но сильно несколько раз стукнулся головой о ствол. Ему мучительно хотелось выпить.

Собственно, так и пришла Змею в голову очередная идея. Вечером того же дня он появился перед Евой, волоча за собой зеленоватую бутылку с блестящим горлышком.
- Привет, красотка! — закричал он еще издалека. — Смотри, что у меня есть! Напиток для самой роскошной женщины в этом саду и его окрестностях.
Змей ловко открыл бутылку, пролив немного пенящейся жидкости на зеленую траву.
- Пей, моя радость. Пить же тебе ничего не запрещали.

Вообще Ева не очень хотела пить, но любопытство взяло верх. Она взяла пузатую зеленую бутыль и осторожно сделала глоток, облив моментально образовавшейся пеной подбородок и грудь.

- Ой, — сказала она, утираясь. — Какая странная вода. Пахнет кислятиной. И на вкус не особо. Ты что, набрал гнилых фруктов в соседнем саду и выжал из них сок?
- Воздаю хвалу твоей осторожности, Ева, но на этот раз ты ошиблась. Это самое, что ни на есть настоящее шампанское. Выпей еще немного. Вкус и чувства придут со временем. Ты же не делаешь ничего дурного: шампанское в этой богадельне отпускают даже лицам, не достигшим 18 лет.

Ева рассмеялась. Надо же: 18 лет! Это ж еще когда будет, подумать страшно. Ей вот всего вторая неделя, а она уже и умна не по годам, и красива не в меру, и ласкова с сирыми и убогими. Чтобы сделать несчастной зверюшке приятное, Ева снова отхлебнула из бутыли. А потом снова. И снова. В животе потеплело, а в затылке что-то поплыло в сторону правого уха, но, не доплыв, залихватски развернулось и устремилось в сторону левого.
- Ничего себе, — неожиданно для самой себя сказала грациозная женщина Ева и расхохоталась. — Какое тут все веселое! И вы деревья, и ты, хвостатик, и ты, пузатая зеленая бутылка, и ты, вонючая смешнучая жидкость! А я вот тебя сейчас за это — глыть!
«Пошло дело», — подумал Змей. А Ева продолжала без остановки:
- Знаешь, хвостатик, мой Адам, вообще очень хороший муж. Неаккуратный, конечно, но носки по квартире не разбрасывает. На других теток не заглядывается. Знаешь, почему? Знаешь? Хааааааа! Да нет у нас ни носков, ни квартиры, ни теток других — благодать! Хороший он, Адам. Ой, хороший. Главное, тут, в этой дыре, кроме как на него и смотреть не на кого — вот свезло мне, да? Какое шампанское у тебя вкусное, не ожидала… Ой, слушай, у тебя телефона с собой нет? Мне надо ему срочно СМСку написать, сказать, какой он хороший. Ну срочно, срочно, понимаешь? Ничего ты не понимаешь! Все вы! Какие вы бездушные — я в лепешку разбиваюсь, день-деньской сижу под этими деревьями, на этом солнце, ем эти фрукты… Ради чего все это? Чего ради? И хоть бы кто подошел и сказал: «Как ты, Ева? Что ты чувствуешь, Ева? Давай поговорим с тобой, Ева!» Так хочется иногда просто рассказать о себе кому-то, кому будет интересно это слушать, да я ведь ничего о себе не знаю!

Ева швырнула пустую бутылку на траву. Змей услужливо подкатил к ней яблоко с запретного дерева.

- Съешь его, Ева, — сказал Змей просто и серьезно. — Конечно, тебя за это накажут. Но в существующих условиях это, по сути, твой единственный шанс согрешить. Ты лишишься вечной жизни, мира и покоя. Узнаешь боль, стыд и страх. Но оно того стоит — по моему скромному мнению.

Утром, когда Ева проснулась, голове было больно, сердцу стыдно, а всему ее существу целиком — страшно. Но, неумело прикрывшись листьями и запустив огрызок за забор, она отчего-то радостно рассмеялась.

Татьяна Хрылова

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить