Почему мы не учимся на ошибках?

Не ошибается тот, кто ничего не делает. Можно ли научиться не повторять ошибки, и стоит ли это делать?

Почему мы не учимся на ошибках?

Грабли
Психологи и нейрофизиологи из Мичиганского университета взялись исследовать природу ошибок, чтобы ответить на главный вопрос: «Почему некоторые люди эффективнее учатся на своих ошибках?». Иными словами, что заставляет одних из нас игнорировать неудачу ради сохранения уверенности в себе, а других — изучать неуспех, чтобы извлечь из него пользу. Эксперимент, возглавляемый сотрудником университета Джейсоном Мозером, основывался на факте, что существуют две разные реакции на ошибки, каждая из которых может быть отслежена с помощью ЭКГ.

Первая называется «негативом, связанным с ошибкой» (error-related negativity — ERN), проявляется спустя примерно 50 миллисекунд после неудачи и является непроизвольной, неизбежной при любой промашке. Второй сигнал, обозначенный как «позитивность ошибки» (error positivity — PE), происходит где-то между 100−500 миллисекундами после просчета, связан с осознанием и случается, когда мы обращаем внимание на промах, фиксируясь на неутешительном результате. Опыт показал: мы учимся на ошибках более эффективно, если мозг демонстрирует, во-первых, более сильный сигнал ERN, вызывающий длительную первоначальную реакцию на ошибку, а во-вторых — более протяженный PE-сигнал, при котором человек обращает внимание на просчет и пытается извлечь из него урок.

В своих исследованиях Мозер обратился к работам психолога из Стенфорда Кэрол Двэк о дихотомии. По ее словам, люди делятся на два типа — с фиксированным и развивающимся мышлением. Первые убеждены: с рождения в них заложены определенные умственные способности, и изменить это невозможно. Вторые верят: если приложить усилия и дать себе время, есть шанс, что все получится. Именно эта категория воспринимает ошибки как необходимый предвестник знания, двигатель обучения. Вооружившись такими данными, Мозер и провел свой эксперимент, суть которого заключалась в следующем: в серии букв, например, MMMMM или NNMNN, определить центральную. Время от времени буквы менялись, из-за скучности задачи испытуемые просто «отключались», что и приводило к частым ошибкам. При этом устройства, записывающие активность мозга участников, зафиксировали эакономерность: наблюдаемые из числа людей с развивающимся мышлением показали всплеск аккуратности после промашки. От того, что испытуемые думали, где ошиблись, они учились правильно выполнять задание.

Мировоззрение людей с фиксированным мышлением, по словам Мозера, может создавать определенные трудности в жизни. Особенно вредно это для детей: ученик, уверенный, что не может повысить уровень своего интеллекта, после первого же провала не станет прилагать усилий к учебе. В то же врем, если похвалить ребенка за старания, пусть даже он не справился с задачей, это подтолкнет его к развитию, повысит усердие. Но что же делать нам, давно уже покинувшим школу и решающим задачки посложнее математических?


Без права на ошибку

От рождения мы имеем определенные права, но, кажется, всем нам изначально отказывают в праве на ошибку. При этом, конечно, каждый понимает: без промахов не обойтись. Однако факт из совершения считается чем-то настолько постыдным, что мы предпочитаем скорее забыть об этом или мучиться чувством вины. «Ошибка — это то, что противоречит правилам или нормам: общественным, групповым и индивидуальным, — говорит психотерапевт Татьяна Кочетова. — Таким образом, ошибающийся человек — тот, у которого постоянно возникают проблемы с нормативностью». Причины этих проблем, по словам специалиста, различны. Например, родители не объяснили ребенку, что такое «хорошо» и что такое «плохо», и в течение жизни человек пытается получить ответ на этот вопрос. Для чего постоянно совершает поступки, вызывающие либо одобрение, либо порицание окружающих. Социум одобряет — это хорошо, не одобряет — значит, ошибка. Так личность формирует собственные представления о нормативности и чтобы подтвердить их, может неосознанно то и дело промахиваться. Психологическая установка в этом случае: «В жизни так много граблей, на которые еще не наступала нога человека».

«Если же ребенку объяснили про «хорошо» и «плохо», он живет по определенным правилам, привитым ему в семье, — продолжает Татьяна Кочетова. — Однко личный опыт всегда отличается от родительского — то, что для мамы и папы норма, для выросшего отпрыска может оказаться ошибкой. Исходя из этого, человек способен постоянно «спотыкаться», чтобы доказать окружающим или самому себе: нормы и правила — не универсальны, а его ситуация — уникальное явление, и промах здесь — утверждение собственной неповторимости. Психологическая установка в данном случае: «Обходя разложенные грабли, мы лишаем себя уникального опыта».

О том, что в проблеме совершения ошибок есть большая роль семьи, говорит и гештальттерапевт Екатерина Хломова: «Все мы частички семейной системы, у всех есть стереотипы и установки, полученные от родителей. Из-за чего наши действия порой гораздо более ограничены, чем хотелось бы. Многие привыкли действовать по заданной схеме, потому что-либо это безопаснее, либо так научила семейная система, и эти действия важны для поддержания стабильности (оставаться членом семьи), либо в этом есть некая неосознанная выгода — получить что-то, недоступное другим способом. Например, если то и дело теряю кошелек, чтобы попросить денег у родителей, то, возможно, причина в том, что это единственный способ с ними пообщаться».

По мнению психолога Елены Тельновой, семейный аспект этой проблемы может выражаться в наличии эмоциональной травмы: «Люди, у которых в раннем детстве был опыт отвержения родителями, или те, кому мама и папа в силу своих психологических особенностей или жизненных обстоятельств не смогли дать достаточный опыт безусловной поддержки и любви, зачастую не имеют достаточных ресурсов для формирования полноценного Внутреннего Родителя, который и отвечает за душевную стабильность, за гибкость и адаптивность, за умение учиться не только на своих ошибках, но и на чужих. Травмированный Внутренний Ребенок таких людей выходит на первый план во множестве ситуаций взрослой жизни, поэтому происходит повторение пройденного, жизнь по сценарию, когда, допустим, дочери и бывшие жены алкоголиков находят себе пьющих мужей, а любовницы по жизни вновь и вновь влюбляются в прочно женатых, искренне не замечая вокруг свободных мужчин».

Только попробуй

Так или иначе, страх совершить ошибку свойственен каждому из нас. Ощущение, что ты все сделал правильно, равно в нашем сознании чувству собственного достоинства. «Убежденность в своей правоте жизненно необходима человеку, это один из самых простых и дешевых способов сделать себя счастливым, получить удовлетворение, повысить самооценку», — говорит Катрин Шульц, автор книги об ошибках «Быть неправым».

Елена Тельнова уточняет: склонность по многу раз на-ступать на одни и те же грабли более очевидна для людей определенного психотипа — в частности, истероидного, или демонстративного. У них сильно выражен бессознательный механизм вытеснения, помогающий избежать внутреннего конфликта, продолжать ощущать себя «хорошим», не меняя ничего в своей жизни, поведении, взглядах на мир. Эти люди просто так устроены: им легче, чем другим, забывать негативный опыт, закрывать глаза на свои промахи и не исправлять их. «Кроме того, человек постоянно наступает на грабли, если в его характере сильно выражена ригидность: он с трудом изменяет намеченную программу деятельности при том, что условия объективно требуют ее перестройки, — объясняет психолог. — Ригидность может быть одним из признаков возрастных изменений в психике любого из нас. Поэтому с возрастом многим отнюдь не легче перестраивать свое поведение в зависимости от предыдущего опыта, своего или чужого. Наоборот, психика предпочитает действовать строго по усвоенным шаблонам, а все, что вне «нормы», вызывает массу эмоций — от беспомощности до гнева».

Возникает вопрос: почему же опыт не учит ни юных, ни зрелых? По мнению Татьяны Кочетовой, мы постоянно и неосознанно стремимся построить границы отношений с другими людьми, а для этого необходимо попробовать различные формы поведения: «Мы ведем себя так, чтобы постоянно подтверждать или отвергать те или иные виды отношений, проверять своими действиями границы на прочность». Несмотря на это, психотерапевт рекомендует продолжать учиться на промахах, рассматривать и анализировать ситуации, которые привели к ошибке, вырабатывать иные способы поведения, а главное, принять «право на ошибку» и ответственность за нее. Екатерина Хломова добавляет: «Если тебе кажется, что наступаешь на одни и те же грабли, нужно спросить себя: для чего все это? Какая в этом выгода? Почему боюсь поступить иначе? Как эти действия связаны с моей семьей? Придется также придумать, как получать ту же выгоду другим способом». Не менее важно выработать мудрое отношение к ошибкам. «Возможно, «с точки зрения банальной эрудиции», какие-то поступки — ошибки. А с точки зрения пользы для души и тела, они — бесценный опыт, призванный дать что-то важное, к чему-то подвести, — говорит Елена Тельнова. — Работу над ошибками делают, когда становится невозможно жить по‑прежнему. К этому нужно прийти, и у каждого свой путь — в том числе и по граблям».

ТЕКСТ: Юлия Сивакова

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить