Они лидируют!

Великий натуралист Чарлз Дарвин сделал свои выводы насчет теории эволюции, наблюдая за вьюрками на Галапагосских островах. Вьюрки — это такие маленькие птички, которые, как известно, не знают ни заботы, ни труда.

Они лидируют!

Изучать социальный дарвинизм можно, наблюдая за детьми в песочнице. Казалось бы, практически вьюрки — клопики, которым только-только год стукнул. А все законы общественного устройства налицо. Вот маленькая девочка, одетая в самый розовый на свете комбинезончик, по доброте душевной только что раздала все свои игрушки. Вот мальчик в шапочке с ушками бегает и всех задирает… а в двух шагах пьет джин-тоник и курит, стряхивая пепел на качели, мама. Вот самый-самый маленький малыш, едва научившийся ходить, завидев драчуна, радостно ковыляет за ним и от избытка чувств лупит своего плюшевого зайца. А вот перемазанный с ног до головы в грязи и вдохновенно сосредоточенный мальчуган, который, не замечая ничего вокруг себя, стремится в прекрасную даль — к помойке, исследовать мир и его окрестности, он поглощен своей целью, и никто ему не нужен, но почему-то вся остальная детвора торопится именно за ним. Харизма, иначе и не скажешь!

Истерто до дыр

Слово «харизма», как и «аура», затаскано и истерто до дыр, а все равно толком непонятно, что оно означает. (Мой компьютер, например, выделяет его красной волнистой чертой.) Харизмой называют любые человеческие качества, привлекающие внимание, — от элементарной сексуальности до неприкрытого хамства, а харизматичными — все более или менее известные личности, даже вовсе не харизматичные, а самые что ни на есть маразматичные. Харизматичными называют всех, кто более или менее ярок, кто худо-бедно выделяется на общем фоне. Вот я недавно купила от скуки в метро книжку в мягкой обложке и прочла в ней: «Неоновые лучи клубного света в сочетании с модным джинсовым костюмом придавали ему необъяснимую харизму…» Вот-вот. В сочетании с джинсовым костюмом. На самом деле слово «харизма» имеет четкое определение. Впервые это слово употребил Макс Вебер, имея в виду те качества, которые необходимы политическому или религиозному лидеру. «Харизмой называется качество личности, признаваемое необычайным, благодаря которому она оценивается как одаренная сверхъестественными, сверхчеловеческими или, по меньшей мере, специфически особыми силами и свойствами, не доступными другим людям». Так и сказал — и сказал это ни много ни мало еще в начале XX века. А что именно это за качество, так и не объяснил…

Харизма — это и не сила характера, и не талант, и не обаяние. Ведь талантливым или сильным духом может быть совсем неприметный человек, а обаятельным — вообще кто угодно, если очень постарается. Харизма — это нечто необычайное, некий дар притягивать к себе внимание. Все равно что искра божья. Недаром с греческого языка «харизма» переводится как «дар богов». Мы часто называем харизмой привлекательность малознакомых людей. В человеке многое может привлекать внимание. Как порочность, так и внутреннее благородство. Как живой ум, так и фанатичная вера. Как сильный внутренний стержень, так и бесхребетное актерское умение меняться под влиянием людей и обстоятельств. Как правило, все сильные качества ощущаются в человеке. Если мы не знаем его близко и не знаем, что отличает его от других, нам кажется, что в нем есть нечто неизъяснимое. И мы говорим: у него есть харизма. Обычно в противопоставление с невзрачной внешностью, плохой одеждой или скромным поведением: «Нет, внешне он ничего особенного, одет как бедный студент, но в нем чувствуется такая харизма!» А он на самом деле просто добрый. И умный. И талантливый. И вообще прекрасный. Принц и герой. Или клинический эгоист, развратник и полный псих. Но это ты узнаешь потом, а сначала просто чувствуешь, что в нем есть нечто незаурядное.

И называешь это харизмой. Истинная же харизма в чистом виде встречается довольно редко. Харизматичными бывают великие пророки, великие актеры и великие мошенники. Иисус Христос был, без сомнения, харизматичным персонажем, раз уж налоговый инспектор пошел за ним, бросив все деньги на дорогу. Чарли Чаплин. Гитлер. Муссолини. Мартин Лютер Кинг и просто Мартин Лютер. Ганди. Ленин. Троцкий. Остап Бендер. Мавроди. Чарлз Мэнсон. Гарри Поттер. Фредди Крюгер. Шерлок Холмс. Гомер Симпсон… Далеко не все харизматичные личности идут в вожди, преступники или святые заступники (просто об этих мы знаем). Многие удовлетворяются гораздо более скромной ролью. Но, как становится ясно из этого «джентльменского списка» (кстати, почему это в нем одни мужчины? А ну-ка, быстренько для равновесия вспомним Сару Бернар, мать Терезу, Фриду Калло, Мату Хари, куклу Барби…), как ясно из этого джентльменско-дамского списка, для того чтобы человек получил настоящую харизму, одной божьей милости недостаточно. Необходима еще и генеральная идея. Та, которой этот человек будет служить и которая будет двигать им: что-то большее, чем обычные человеческие желания, что-то, что сделает его жизнь не просто жизнью и самого его — не просто человеком.

Жили-были…

ХАРИЗМОЙ НАЗЫВАЮТ ЛЮБЫЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ КАЧЕСТВА —
ОТ ЭЛЕМЕНТАРНОЙ СЕКСУАЛЬНОСТИ
ДО НЕПРИКРЫТОГО ХАМСТВА.

Жили-были Маша, Катя и Света. Маша была красивая, Катя предприимчивая, а у Светы была харизма… Примерно такую историю я должна была бы рассказать на этом месте по всем законам жанра. Увы. Как-то так случилось, что жизнь до сих пор не сталкивала меня с по-настоящему харизматичными людьми. И скорее всего, оно и к лучшему. Я по натуре человек сомневающийся, любитель понаблюдать, который в силу своего характера избегает резких движений, контрастных температур и сильных влияний, поэтому мы с ХЛ вряд ли стали бы болтать по душам за чаем. Скорее всего, он (нет, ну неужели гендерное неравенство настолько глубоко въелось нам в душу, что в словосочетании «харизматичная личность» видится непременно мужчина?), а тем более она вряд ли понравились бы мне. А они, в свою очередь, наверняка бы решили, что я из той породы зануд, которые делают независимый вид, потому что считают себя умнее всех. Я тоже вряд ли пришлась бы ХЛ по душе. Тем более что роль, которую ХЛ, будь они стопроцентные праведники или отъявленные мерзавцы, играют в жизни других людей, чаще всего разрушительная…

Недавно я прочла автобиографию Полины Осетинской. Которая пианистка. В прошлом широко разрекламированный вундеркинд. В ней она рассказывает о своем отце — человеке, который в общем-то и сделал из нее вундеркинда. Он, не зная ни нот, ни музыкальной грамоты, был абсолютно уверен, что является музыкальным гением, а кроме всего прочего — великим педагогом, поэтому целью его жизни было сделать из родной дочери восьмое чудо света. Ужас берет, когда читаешь, как он заставлял восьмилетнего ребенка есть сырое мясо, бегать гигантские кроссы и до изнеможения заниматься на фортепиано. И как он лупцевал ремнем и любыми подручными средствами этого ребенка за любой проступок, а также просто так. К моменту знакомства с матерью Полины он уже был женат пять (!) раз. И еще несколько раз после того. Он был (по крайней мере такое впечатление складывается после прочтения книги)… читай по списку:
психом;
фанатиком;
развратником;
алкоголиком;
драчуном, предпочитавшим рукоприкладство любым другим аргументам в общении с кем бы то ни было;
грубияном;
полной свиньей;
вообще негодяем.
И тем не менее всегда находились люди, доверявшие ему и восхищавшиеся им, готовые безвозмездно и даже без «спасибо» помогать. Находились женщины, готовые его любить и даже боготворить. Находились верные соратники и горячие поклонники… Представляется этакая демоническая личность с горящими черными очами, а смотришь на фотографию и видишь очкастого занюханного дяденьку, заросшего кудлатой бородой, похожего на биолога-энтузиаста времен хиппи. Харизма!

А впрочем, был один…

А впрочем, был один молодой человек… Было это давно. Мы познакомились с ним случайно, на какой-то вечеринке попоечного характера — и почти сразу же занялись любовью на крыше автобусной остановки. Ни до, ни после этой истории я не практиковала ни таких скоростей, ни таких отношений, ни таких мест. Чем он занимался кроме высотного секса с малознакомыми барышнями, я сказать затрудняюсь. Судя по тем отрывочным сведениям, которые он сообщил, в основном его отовсюду выгоняли. Это в смысле работы. Сначала принимали — за способности, а спустя некоторое время, когда новая деятельность успевала ему надоесть, выгоняли за нерадение и раздолбайство. Так что он успел побыть и художником, и продавцом, и медбратом, и ассистентом режиссера на ТВ, и инструктором по горнолыжному спорту.

ДАЛЕКО НЕ ВСЕ ХАРИЗМАТИЧНЫЕ ЛИЧНОСТИ ИДУТ В ВОЖДИ, ПРЕСТУПНИКИ ИЛИ В СВЯТЫЕ ЗАСТУПНИКИ.
(ПРОСТО ОБ ЭТИХ МЫ ЗНАЕМ.)

Но, что удивительно, бывало так, что люди, которые раз уволили его, поклявшись больше никогда не иметь с ним дела, со временем брали его снова! Кажется, он мог уговорить кого угодно на что угодно. В частности, одного моего друга (который, собственно, и пригласил его на ту попоечную вечеринку) он как-то подбил украсть гипсовый бюст Толстого из районной библиотеки. После чего у него (друга) были большие неприятности. За те две с небольшим недели, пока мы с ним встречались (если можно назвать встречами периодические выныривания бойфренда из ниоткуда и его исчезновения туда же), я умудрилась влипнуть в такие совершенно не свойственные мне ситуации, что до сих пор сама не верю. Моя независимость, мой философский скептицизм, мой разум и моя воля в его присутствии таяли, как воск на солнце. Он курил марихуану за рулем, а потом вез меня ночью на дачу к своим знакомым по загородной дороге. Мы катались по городу на психиатрической «скорой помощи» (водителем неотложки был его приятель).

Мы участвовали в съемках рекламы томатного соуса в роли овощей (ролик снимал его приятель). В шесть часов вечера мы махнули в Великий Новгород (я весьма убедительно изобразила больную, отпрашиваясь с работы), а потом выбирались оттуда на попутках. Мы пили кагор с каким-то батюшкой (разумеется, он был приятелем моего приятеля!) под самой крышей собора. С ним все было легко и волшебно. Я не была в него влюблена, но он, наверное, уговорил бы меня прыгнуть тандемом с телебашни. Я себя презирала, но испытывала к нему что-то вроде… чесотки: когда ее нет, ты о ней не помнишь, но как только начнешь чесаться, не можешь остановиться. Как только я немного освоилась и ощутила даже какое-то право на такую жизнь, он меня бросил. Хотя что значит «бросил»? Он мне ничего и не обещал. Просто прекратил общение. Я в общем-то редко вспоминаю о нем. Пару раз в год, не чаще. В основном когда оказываюсь на «местах боевой славы». И каждый раз, когда я его вспоминаю, мне кажется, что моя жизнь прошла зря. Может быть, это и есть настоящая харизма. А может быть, я просто недостаточно хорошо его знала.

Где справедливость?

Но хватит утомлять читателя столетней давности эротическими фактами из моей биографии. В большинстве случаев харизма интересует людей с точки зрения того, как бы ее заполучить и как бы заполучить людей, обладающих харизмой. Харизматичные люди, безусловно, счастливее других, хотя бы потому, что у них есть идея: какая-то непререкаемая вера, какая-то высшая цель. А когда есть, ради чего жить, и жить веселее. И это еще больше притягивает к ним — кажется, что они способны разрешить все проблемы, дать ключ к жизни и к ее смыслу. И тем не менее те, кто окружает харизматичных людей, редко бывают счастливы. Во‑первых, потому, что вера, идея — это транспорт на одного. На нем тебя могут куда-то подбросить, но никто не будет возить тебя на своей машине всегда. А «подсев» на этот транспорт, на этого человека, без него будешь чувствовать себя особенно одиноко. Во‑вторых, харизматичных людей обычно идеализируют. А ведь они вовсе не идеальны и — в отличие от своих собратьев, обычных, сомневающихся и комплексующих людей, — даже не стремятся быть лучше и оправдывать ожидания.

ЧЕМ ОН ЗАНИМАЛСЯ, КРОМЕ ВЫСОТНОГО СЕКСА С МАЛОЗНАКОМЫМИ БАРЫШНЯМИ, Я СКАЗАТЬ ЗАТРУДНЯЮСЬ.
В ОСНОВНОМ ЕГО ОТОВСЮДУ ВЫГОНЯЛИ.

Единственный вид привязанности, который возможен с такими людьми, — это привязанность терпеливая, всепрощающая, жертвенная. Софья Андреевна Толстая четырнадцать раз переписала «Войну и мир» и еще два раза — по инерции. (Не знаю, был ли Лев Николаич Х. Л., но, видимо, был, раз его даже отлучили от церкви.) Вот такую апостольскую преданность я имею в виду. Если это счастье, то весьма своеобразное. Боюсь, что выработать в себе настоящую харизму при всем желании не получится. Можно, конечно, на какое-то время сделать вид, что ты харизматичная личность (на чем и выезжают всякого рода сомнительные лидеры и средней яркости звезды), но это примерно то же самое, что притвориться талантливым. Ненадолго. Почему все так несправедливо? У кого-то есть харизма, а кто-то всегда будет незаметен в толпе. Кто-то умен без всяких усилий, а для кого-то одолеть грамоту — величайший подвиг. У кого-то длинные ноги, а у кого-то — руки. Природой, эволюцией, Богом — или кто там раздает такие подарки? — всем даны разные инструменты для выживания и разные дары. Но среди них есть один самый ценный. Это не харизма. И не талант. И не ум. Наверное, звучит банально, но это умение быть счастливым. Кстати, насчет Софьи Андреевны Толстой это была шутка. Она переписала «Войну и мир» всего лишь десять раз.

Фото: Roxanne Lowit

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить