На войне как на войне

В преддверии Дня Победы наш автор Настя Бурангаева делится историей о героизме и преданности, рассказанной ее прабабушкой.

На войне как на войне

fotoimedia
fotoimedia

Пожалуй, у каждой из нас в жизни случались расставания: с любимым человеком, с родителями, родным городом или питомцем. Мы любим, ненавидим, беспокоимся, восхищаемся, бунтуем… Такая разнообразная гамма чувств нам дана самой природой. Любовь делает ярче нашу жизнь и наполняет ее смыслом, а осознание того, что мы потеряли самого близкого и родного, ломает все наши стереотипы и понятия о существовании. То, что не убивает, делает нас сильнее. Расставание — тот самый опыт, который добавляет нам сил.

Расставание можно переживать по‑разному: кто-то ставит на себе крест и пытается жить прошлым, а кто-то, сжав волю в кулак, поднимается с колен и идет напролом. Нам есть, с кого брать пример. Ценой огромных жертв, неимоверных, порою сверхчеловеческих усилий наши предки одержали победу над врагом и подарили нам счастливую спокойную жизнь.

Я решила по памяти восстановить рассказы моей прабабушки — участницы ВОВ… Этим людям действительно есть, что рассказать о расставаниях…

…Поселок Ключевая — обычный поселок, ничем не отличающийся от других, однако, он остался в памяти на всю жизнь. Там погиб мальчик Витя — сын нашего полка. Время стерло в памяти его фамилию, как и лица многих близких и родных нам людей.

Витя был особый: маленький, беленький, голубоглазый, с постоянной улыбкой и ямочками на щеках. Витя был усыновлен полком в 1939 году вместе с другими мальчиками его возраста. Их было десять — добрых, милых, ласковых ребятишек. Когда началась война, воспитанники категорически отказались от эвакуации в тыл. Большинство из них были переведены в музвзвод. К тому времени Витя умел хорошо стрелять и ползать по‑пластунски, а раны бинтовал как заправский медработник.

В бою под поселком Ключевая был тяжело ранен фельдшер батальона, обязанности которого мальчик тут же возложил на себя. Бой кипел на подступах к селу. В одном из крайних домишек Витя оказывал медицинскую помощь раненым, оттаскивая их за здание колхозной конюшни.

И вдруг страшная весть поразила его слух: «Убит командир батальона! Убит комбат!». «Кто убит? Мой отец?», — закричал Витя. Он даже не заметил, как произнес слово «отец», которое давно вынашивал в своем сердце, не решаясь сказать об этом комбату.

Вокруг свистели пули, рвались снаряды и мины, а он, будто ничего не слышал и не видел. Энергично работая руками и ногами, Витя полз к комбату. Его сверлила мысль: «Только бы доползти вовремя! Только бы успеть, не опоздать…»

Ныряя из воронки в воронку, мальчик дополз к комбату невредимым, без единой царапинки на теле. Радости его не было границ, когда он увидел комбата живым.

 — Что у Вас, нога? — задыхаясь спросил мальчик.

— Нога… только ты не дотащишь меня, Витек. Позови кого-нибудь".

— Дотащу! Не таких таскал!

Витя подполз к комбату вплотную, протиснулся под него и комбат оказался взваленным мальчику на спину. Полз Витя с большим трудом, хотя комбат помогал ему изо всех сил. Бесконечно длинным и тяжелым был этот путь. Обливаясь потом, кусая пересохшие губы, Витя, преодолевал метр за метром перепаханную снарядами землю. Там, в воронке, за колхозной конюшней, он перевязал своего командира и отправился за теми, кто еще оставался в домике.

«Но что это? Немцы? Опять прорвались?» — спросил он сам себя, увидев врагов.

<>"Что же делать? Как спасти раненых?" – заволновался он.. Решение пришло мгновенно: нужно увести немцев в сторону. Захватив с собой трофейный автомат с запасным диском, Витя проскользнул в соседний двор, а оттуда на противоположную сторону улицы и открыл огонь по фашистам. Стреляя по врагу, Витя уходил все дальше и дальше от раненых, уводя за собой противников.

Вскоре на помощь батальону пришло подкрепление. Немцы были отброшены назад. Витю нашли у забора без сознания. Его отнесли в дом.

К мальчику постепенно возвращалось сознание. Обезболивающих средств не было, облегчить боли раненому было нечем. И мы вместо уколов обнимали, целовали, уговаривали раненого, просили потерпеть. И он терпел. А мы плакали.

Витя все говорил и говорил, будто боялся, что не успеет сказать всего. «Я знаю, что я умираю. Но я не боюсь смерти. За 30 спасенных жизней одну отдать можно», — тихо сказал он. Мы были потрясены.

Умер наш маленький воин, оставив о себе немеркнущую память. Хоронили Витю под огромной плакучей ивой, ветки которой ниспадали к самой земле. В ветреную погоду они в бурном порыве обнимают холмик земли, и кажется, что стоит у могилы не ива, а скорбящая мать, мечущаяся в безысходной тоске по безвременно ушедшему сыну.

Жизнь Вити была короткой (ему было 13!), но она была подвигом!

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить