Мой грустный друг: почему мы любим печальных мужчин?

Сравнивая европейских и русских мужчин, надо выделить одну важную особенность: трепетная русская душа наших красавцев разрывается от врожденной печали. А нас это не только раздражает, но и влюбляет в них еще больше — к счастью или к сожалению — пока не ясно. Постараемся разобраться.

Мой грустный друг: почему мы любим печальных мужчин?

Уже на стойке регистрации в берлинском аэропорту чувствуешь себя, как в России. Красивые лица редеют, а если и остаются, то никакого внимания на тебя не обращают. На единственного высокого мужчину сразу набрасывается пять пар бешеных девичьих глаз. Он, как и полагается деловому европейцу, прячется в гаджетах и решает какие-то важные вопросы. По счастливой случайности, именно он оказывается твоим спутником в самолете и уступает тебе место у иллюминатора. А его гортанный немецкий лихо сменяет идеальный русский. Пары заинтересованных охотничьих глаз все еще снуют по салону в поисках красавца, а ты даже пообщаться с ним можешь на одном языке. Отличная маскировка: пахнет от него так же, как от немца — свежестью. Будто вместо парфюмов они выливают на себя кондиционер для белья (что не исключено). Но имя и юмор — чересчур русские. Тут можно с облегчением выдохнуть, потому что какими бы душками ни были иностранцы, с ними особенно не поюморишь.

Но имя и юмор — чересчур русские. Тут можно с облегчением выдохнуть, потому что какими бы душками ни были иностранцы, с ними особенно не поюморишь.

То есть вы в любом случае будете мило смеяться, но не хватаясь за животы. А здесь можно упиваться родными сердцу остротами и давиться рейсовым чаем, греша на мысли о том, что любовь начинается со смеха. Кроме того, новый знакомый будет рассказывать тебе волшебную историю своего успеха: обычный русский парень с тяжелым детством и огромными перспективами уехал в Европу, и теперь мотается туда-сюда, и это еще не предел! А ты, обычный впечатлительный турист, будешь называть его «молодцом» и задавать кучу вопросов. Есть одна очень интересная штука, которая присуща большинству русских мужчин: они не задают вопросов. Если он понял, что интересен тебе (хотя даже если не понял), он будет мастерски упиваться интереснейшими историями своей жизни и ты даже не заметишь, что кроме слов «вау», «да ладно?!» и «супер», тебе больше ничего не придется говорить. Даже если ты начнешь: «А вот я, например…» он виртуозно тебя перебьет. В отличие от него, твой недавний знакомый-немец — если сам не станет спрашивать (а это не просто заинтересованность, но проявление вежливости), то будет угадывать, чем ты занимаешься, что любишь и сколько тебе лет.

Возникает вопрос: почему, чтобы закончить вечер у него, европеец за два часа вашей встречи из кожи вон вылезет, чтобы побольше о тебе узнать, а русскому перед таким финалом ничего не требуется (вроде как он и так все о тебе знает, заочно)? Причем он серьезно не будет осознавать, что для тебя вопросы — значит его заинтересованность в дальнейшем общении. Зато с абсолютной уверенностью сможет тронуть тебя за руку или убрать волосы с лица.
Почему-то наши мужчины взяли на себя ответственность источать взглядом печальную поволоку, которой так не хватает женщинам. Не зря европейцы, когда их спрашиваешь, кого из русских писателей и поэтов они знают, называют стандартный набор из Толстого, Достоевского и Пушкина, чья русская душа так и рвется от переживаний. А из немецких писателей у них обычно фигурируют революционеры или финансисты — никак не тонко чувствующий Ремарк. Но холодный расчет вряд ли закаляет иностранцев, романтичность в них тоже, как правило, оптимистичная. А вот твой новый знакомый с отчаянной улыбкой рассказывает, как тяжело ему донести до своих ровесников то, что нужно больше трудиться, и как часто ему самому это не удается: ах, как жаль, что в сутках только 24 часа! И получает ожидаемое поощрение: «Да ты что, ты же такой умница!» Иногда складывается впечатление, что за комплименты русских мужчин обязательно нужно платить встречным комплиментом (или просто дарить их безвозмездно).

Иногда складывается впечатление, что за комплименты русских мужчин обязательно нужно платить встречным комплиментом (или просто дарить их безвозмездно)

В другом случае его накрывает ужасная тоска, которая может запросто посоревноваться с постоянной женской депрессией на тему «недостаточно хороша». С русским мужчиной, вступая на еще непонятную стадию отношений, ты заключаешь сделку: ты — мне, я — тебе. И здесь затевается игра не в поступки, а в комплименты, на которые мужчины еще и реагировать не умеют (то есть реагируют тоже по‑женски) — либо машут рукой, мол, ты с ума сошла! Либо, наоборот, совершенно игнорируют — вроде как не замечают, но внутри себя тают, как мороженое. Только это не спасает их от пессимистических настроений. Конечно, в заложенной нашей культурой печали тоже есть свои плюсы: чувства и эмоции в русских мужчинах развиты намного лучше, чем в европейцах. Они помнят обо всех праздниках и датах, сопереживают тебе, впадая в практически идентичное твоему состояние, обнимают тебя до хруста костей, если радуются.

В отличие от немцев, которые отмечают только Рождество и Октоберфест, не пишут длинных писем, не растекаются мыслями, говоря лишь по делу, и на «раз-два» решают все твои проблемы (что часто раздражает, потому что никто не пострадал часок-другой вместе с тобой). Получается, что неиссякаемая грусть является в наших мужчинах практически родоначальником всех остальных чувств — положительных или отрицательных. Им в одинаковом количестве с нами необходимы поощрение, умиление, внимание (кстати, это основное) и забота. Ты даже привыкла не удивляться, когда он, совершенно разбитый, обращается к тебе в упадническом настроении: «Все очень плохо, я полный идиот (мягко говоря), что мне делать, помоги». И тебе сначала его жалко — что тоже не назовешь положительным чувством, а потом ты эгоистично думаешь: «Какого черта! Это мы испокон веков были несмеянами и кисейными барышнями, это нас надо было веселить!» Ни один Иван-Дурак/Царевич никогда не впадал в депрессию и не считал себя идиотом, даже забыв отрубить одну из голов сказочного змея.

К сожалению, в России женщина и мужчина уже давно не различаются ни по каким признакам (кроме гендерных): ответственность всегда одинакова. Может, именно поэтому мы сначала так поражаемся оптимистичным европейцам. Ведь в нас каким-то чудесным образом заложена любовь не только к самокопанию, но и к выискиванию путей по спасению грустных мужчин.
Так что это не просто заключение сделки, но еще и испытание, после которого тебе можно давать черный пояс не только по искрометному чувству юмора, но и по выживанию в действительно диких условиях.

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить