Машина победа

С Паралимпиады в Ванкувере Маша Иовлева привезла три медали — две золотых и серебряную. Она не ходит, практически не слышит и не говорит.

Машина победа

С Паралимпиады в Ванкувере Маша Иовлева привезла три медали — две золотых и серебряную. Она не ходит, практически не слышит и не говорит. То есть по сути Маша не то что олимпийской чемпионкой не могла стать, у нее выжить-то шансов не было…

Трудный старт

Ее матери двадцать лет назад врачи так и сказали — дочка ваша не проживет и трех лет. И добавили, жалостливо глядя на незамужнюю девушку, чьего парня забрали в армию, едва они узнали о беременности: «Не признает он больного ребенка. Зачем тебе это? Ты молодая, будут у тебя еще дети, а про эту забудь». Мать написала заявление: «Ребенок родился с уродствами, я от него отказываюсь». Маша потом много лет возила с собой эту расписку для оформления разрешений на выезд из страны.

А девочка оказалась бойцом. Выжила. Из дома малютки ее перевели в детдом под Сыктывкаром. В семь лет девочка не умела разговаривать, и ее определили в Кочпонский интернат для умственно отсталых детей. Там Маша встретила женщину, заменившую ей маму. Воспитательница Татьяна Линдт пришла в детдом сразу из училища. «Меня направили в группу, где было восемь детей с разными диагнозами, ходячие и неходячие, — вспоминает Татьяна. — Маша тогда совсем не говорила, но сразу обратила на себя внимание своей улыбчивостью». Улыбка у Маши и правда необыкновенная — светлая и лучистая, от нее всем вокруг становится как будто теплее. Они с воспитательницей сразу подружились. «Маша для меня самый родной человек, — говорит Татьяна. — Она как свет в окошке…»

Когда девочка занялась лыжным спортом, Татьяна ездила с ней на тренировки по два раза в день: «Мне хотелось почаще вытаскивать ее из детдома. Спорт дал ей мощный стимул для развития». Знакомые крутили пальцем у виска — тебе семью заводить надо, своих рожать, зачем все это? Татьяна и сама не знает. Эта девочка стала ей родной, а родных ведь не бросают, правда?

Первая лыжня

Там же, в Кочпонском детдоме, Маше встретился еще один очень важный человек. Лыжный тренер Александр Поршнев много лет работал с инвалидами по слуху, а в интернате было несколько способных ребят. Александр приехал за ними и увидел Машу.

«Она ловкая, на руках ходила, как на ногах, — говорит Александр. — Есть люди, по которым сразу видно, что они могут стать чемпионами. Маша такая». Ей тогда было 10 лет, и она считалась необучаемым ребенком. А у Александра не было еще опыта работы с опорниками — инвалидами, у которых поврежден опорно-двигательный аппарат. Но и упрямства этому широкоплечему немногословному усачу не занимать. Это у него с детства, с тех пор как жил в крошечном таежном поселке и каждый день ходил на лыжах в школу за несколько километров. После школы Александр учился на часовщика и днями сидел, отлаживая работу микроскопических шестеренок. Работа с Машей требовала не меньше терпения.

Он учил ее стоять, вернее, сидеть на лыжах на специальном сиденье, его называют боб. На новый боб денег не было, и Александр сделал его сам. Поршнев подолгу жестами объяснял Маше необходимые движения, чертил на снегу рисунки, сам проходил с девочкой каждую дистанцию. Ей нельзя было давать много заданий сразу, новая информация забивала предыдущую, приходилось медленно осваивать этап за этапом. Поначалу Маша быстро уставала, и Александр терпеливо ждал, когда она отдохнет, чтобы снова начать тренировки. Он три раза в неделю приезжал за ней на своей машине, на руках носил через сугробы. Она не возмущалась, когда все дети оставались смотреть мультики, а ей надо было ехать на тренировку, не жаловалась на проблемы с экипировкой, не капризничала, не ссылалась на усталость и удивляла феноменальным стремлением к победе и выносливостью. Уже через два года Маша принимала участие в республиканских соревнованиях.

Но однажды на тренировке она почувствовала себя плохо. Девочку увезли на скорой. Диагноз: бурсит. Из-за этой болезни в суставах скапливается жидкость, что приводит к отекам и воспалениям. Маша поправилась, но врачи запретили ей заниматься спортом. Это было самым страшным. Но Поршнев уговорил воспитателей разрешить Иовлевой продолжать тренировки. Он знал — у нее все получится. И через два года на чемпионате России по лыжным гонкам среди инвалидов Маша стала чемпионкой в четырех дисциплинах.

Как-то раз Маша увидела, как лыжники бьют по мишеням на стрельбище, и очень заинтересовалась. Тренер решил попробовать ее в биатлоне. Маша мгновенно освоила пневматическое ружье. «У нее баланс от природы, — восхищается Александр, — ее не надо было учить стрелять, она просто била в цель и попадала». — «У нас в милиции так не стреляют», — со знанием дела добавляет второй тренер Маши Игорь Орлов, в прошлом сотрудник МВД.

Ружье для соревнований пришлось покупать за свои деньги. Как и инвалидную коляску — 150 тысяч на нее собирали всем миром, через объявление в газете. Поршневу тогда пришлось ходить и просить помощи. «Бывало, придешь и чувствуешь себя, будто стоишь перед барином каким-то. Понимаешь, что объяснять что-то бесполезно. Но в конце концов удалось найти предпринимателей, которые с душой, по-человечески отнеслись к нашим спортсменам», — вспоминает Александр.

Поршнев надеялся, что Маша сможет принять участие в туринской Паралимпиаде-2006. Она была готова. Но чиновники отказались включить девочку в сборную. «Она из интерната для умственно отсталых, у нее с головой проблемы, — сказала тогда начальствующая дама главному тренеру сборной Ирине Громовой. — А вдруг она кого-нибудь подстрелит?» Но все, кто работает с Машей, уверены: ее диагнозы — ошибка. «Разве могла она нормально развиваться, если с ней в детстве никто не занимался? — говорит Ирина. — Она брошенный ребенок. Если бы Маша росла в семье, получала бы внимание и любовь, которые заслуживает, все проблемы удалось бы решить».

Маша удивительно быстро учится. В 15 лет она почти не умела читать. И первый компьютер увидела, когда приехала на сборы, — маленький сын Ирины играл с детским компьютером, нажимал буковки, Маша сидела рядом, повторяла его движения — и научилась пользоваться компьютером, Интернетом. На призовые деньги Татьяна Линдт купила девочке ноутбук, и теперь они постоянно общаются по скайпу и ICQ. Маша много читает, и все уверяют, что с каждым годом общаться с этим «необучаемым ребенком» становится все легче и легче.

В 15 ЛЕТ МАША ПОЧТИ НЕ УМЕЛА ЧИТАТЬ. И ПЕРВЫЙ КОМПЬЮТЕР УВИДЕЛА, ТОЛЬКО ПРИЕХАВ НА СБОРЫ. НО ОНА ОЧЕНЬ БЫСТРО УЧИТСЯ.

Победить без разговоров

В Ванкувере Маша взяла серебро в соревнованиях по биатлону. А потом был лыжный марафон, Маша претендовала на золото, но сбилась со счета: ей надо было пройти еще один круг, а она на развилке повернула на финишную прямую. Тренеры и болельщики кричали ей вслед, но девушка не могла их услышать… Она пересекла финишную черту, радостно вскинув руки, — была уверена, что победила. А когда поняла, что произошло, едва не расплакалась.

Владимир Лукин, президент российской паралимпийской сборной, наблюдавший за Машей с трибуны, так описывал произошедшее на трассе: «Когда Маша поняла, что совершила ошибку, снова вернулась на трассу. Выкладывалась так, как будто это была последняя гонка в ее жизни — и заняла в итоге шестое место. Это потрясающе…» Обычно сдержанный политик и дипломат с трудом смог совладать с нахлынувшим на него волнением.

Такая ошибка могла бы сломать любого, но только не Машу. Через четыре дня она взяла золото в биатлонной гонке на 10 км, выбив 19 мишеней из 20, а в последний день соревнований выиграла еще одну золотую медаль в лыжной эстафете. В Сыктывкаре была глубокая ночь, когда Маша позвонила маме Тане по «Скайпу» и со счастливой улыбкой подняла вверх два пальца — победа!

Кажется, ничьим медалям в сборной не радовались так, как Машиным. Улыбчивая и обаятельная девочка без единого слова завоевала симпатии всех спортсменов и стала общей любимицей. «Маша — тонко чувствующий, отзывчивый человек, — рассказывала Ирина Громова. — Она словно притягивает всех к себе. В команде к ней все относятся, как к младшей сестренке. И она тоже чувствует себя в семье. Света Ярошевич дебютировала на этой Паралимпиаде, гонки ей даются тяжело, после первой она даже плакала. Машка увидела, прибежала, подарила ей свой букет за второе место. Показала рукой на сердце, обняла, расцеловала… Я, столько всего видевшая, заплакала».

Будет дома

Хулиганские косички делают ее похожей на Пеппи Длинныйчулок. Маша ловко передвигается на коляске, легко делает стойку на руках, смеется, когда читает sms-ки от друзей и становится очень серьезной, когда играет в «стрелялки». Компьютер и мобильный телефон — ее средства общения. Маша часто пишет письма Татьяне и своему лучшему другу из Кочпонского интерната 14-летнему Ванечке — односложными фразами («Привет! Как дела?»), но со множеством смайликов. В «аське» у Маши очень простой, но точно отражающий ее внутренний мир ник — «Я».

У нее тренированные руки и почти мужское рукопожатие, контрастирующее с ее девичьей хрупкостью. Но в остальном — обычная девушка. Просила сделать ей прическу для приема в Кремле, где президент вручал ей орден Почета, хвастается золотыми сережками — их ей подарила женщина в самолете, узнавшая в Маше победительницу паралимпийских игр.

И все-таки в свои 20 она еще ребенок. Показывая медали, смеясь, ударяет ими друг об дружку, чтобы звенели. Разместившись на переднем сиденье, уплетает шоколадные конфеты, вертит головой по сторонам, когда Татьяна везет ее по городу на автомобиле. Они едут смотреть на новые дома — руководство республики пообещало Маше квартиру в любом месте, которое ей понравится. До своих побед Маша жила в палате на 12 человек. После возвращения из Ванкувера ее переселили — теперь у нее две соседки. Но ей нужно свое пространство, чтобы приходить в себя после тренировок. Маша фотографирует на мобильный дома — выбирает. «Нужна квартира на первом этаже, — волнуется ее воспитательница, — дома в России плохо приспособлены для инвалидных колясок». Поскольку девушка нуждается в опеке, с ней будет жить ее Таня. Маша сама так решила, несмотря на то что в ее жизни произошла еще одна перемена.

Такая находка

После первых Машиных олимпийских успехов тренеры стали говорить между собой: мол, девочка прославится, и сразу родственники найдутся. И действительно, вскоре на тренировочной базе появилась женщина и сказала, что она мама Маши Иовлевой, приехала из Ухты, чтобы забрать дочку домой.

Она приходила несколько раз, пыталась обнимать и целовать Машу, дарить игрушки, гладить по голове, совать собственные детские фотографии, приговаривая: «Смотри, и носики у нас с тобой одинаковые, и глазки…» Только поначалу имя перепутала — назвала Наташенькой. Маша отворачивалась, уезжала на своей коляске, мотала головой или молчала. Игрушки находили на лыжне выброшенными. А Маша четко говорила: «Мама — не хочу!»

История даже стала темой ток-шоу на Первом канале. В студии Ирина Кочкина, в девичестве Иовлева, роняя слезы, рассказывала, как увидела Машу по телевизору и поняла, что это девочка, которую она оставила в роддоме 20 лет назад. Мать считала, что она давно умерла. У Ирины, как и обещали врачи, без дочки началась нормальная жизнь, родились еще трое сыновей-крепышей — кстати, все лыжники. Семья теперь мечтает взять Машу обратно. И четверть миллиона евро, заработанные девушкой, тут, конечно же, ни при чем. Для нее уже и комнату выделили — правда, сначала надо сделать ремонт, на него до победы дочери не было денег… Мать сопровождала тетя, очень энергичная дама. «Каждая денежка, заработанная девочкой, будет направлена на ее лечение», — обещала она.

СЕМЬЯ ТЕПЕРЬ МЕЧТАЕТ ВЗЯТЬ МАШУ ОБРАТНО. И ЧЕТВЕРТЬ МИЛЛИОНА, ЗАРАБОТАННЫЕ ДЕВУШКОЙ, ТУТ, КОНЕЧНО ЖЕ, НИ ПРИ ЧЕМ.

На съемки шоу Маша ехать отказалась. Никто не знает, что она пережила, когда так неожиданно и странно сбылась ее детская мечта о маме. «Она тогда часто плакала и повторяла: „Мама — зачем?“, — вспоминает Татьяна. — Мне хотелось взять ее в охапку и спрятать подальше, пока все не закончится…» Маше пришлось сделать самый сложный выбор в своей жизни. На интервью она сказала, помогая себе жестикуляцией: «Мама — плохо. Таня — хорошо!»

Мир за окном

Во время нашей беседы с Татьяной Маша, одетая в красную спортивную майку с надписью Russia, не перестает улыбаться. Тренеры говорят, что у нее всегда хорошее настроение, даже когда болят мышцы, на улице холодно, а занятия проходят на лыжной базе, где нет нормального отопления, а удобства, как говорится, на улице. Маша любые трудности переносит стоически. Еще бы — если она без ног, без слуха, без семьи сумела подняться на одних руках туда, куда не всякий здоровый человек доберется. И останавливаться не собирается. Отдохнув несколько дней после Паралимпиады, она тут же снова начала заниматься — и тренер знает почему: «Спорт для нее — это окно в мир. У нас в доме жил инвалид. Пока я в детстве ходил на тренировки, он сидел у окна, а летом на балконе. Я вырос, а он все так и сидел на балконе».

Маша на балконе сидеть не желает — она юла, метеор, и непослушные ноги ей летом заменяет коляска, а зимой — лыжи. Сейчас она снова готовится — впереди Паралимпиада в Сочи. А еще Маша мечтает о велосипеде, только он должен быть с педалями вместо руля, чтобы крутить их руками. Это нам такой способ езды кажется акробатикой. А для человека, для которого подвиг — это ежедневная рутина, ничуть. И все у нее получится. Вот увидите. C

Ольга Мишина, Александр Братерский
ФОТО ИЗ АРХИВА ТАТЬЯНЫ ЛИНДТ

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить