Лучший друг девушки - гей

Все мы (ну или почти все), вдохновленные опытом Кэрри Брэдшоу и доброго десятка героинь ромкомов, в определенный момент произносим фразу: «Хочу иметь друга-гея!»

Лучший друг девушки - гей

Все мы (ну или почти все), вдохновленные опытом Кэрри Брэдшоу и доброго десятка героинь ромкомов, в определенный момент произносим фразу: «Хочу иметь друга-гея!» Чтобы носиться с ним по распродажам, выискивая цветные шарфы причудливой текстуры. Чтобы пить холодный фраппе с двойной порцией сливок на бульваре, обсуждая эту самую Брэдшоу. Чтобы рядом был как бы мужчина, который умеет чувствовать, как женщина.

Лично я о приятеле со ставшей уже довольно традиционной ориентацией никогда не мечтала. В пятнадцать мне хотелось иметь просто друга, за которого однажды я могла бы выйти замуж. Всем ведь известно, что лучшие браки получаются именно из таких отношений. И мама так всегда думала. Но в 15 дружить с мальчиками совершенно не удавалось: мне все время хотелось с каждым из них держаться за руки, целоваться в подъезде и всякое такое прочее. Видимо, потому что в 15 я была гораздо мудрее и просто не умела врать себе. Позже я неожиданно для себя поняла, что фонтан эмоций с потрясающей легкостью переводится в режим «мы просто друзья», и обзавелась десятком всяких разных мальчиков-приятелей. А еще позже некоторые из моих мальчиков оказались не простыми, а голубыми. Причем слово «оказались» на удивление точно передает смысл происшедшего.

Друг-друг

Фернандо явился мне в ипостаси лирического юноши, острого на язык поклонника французского артхауса и любителя долгих бесед на смысложизненные темы за чашкой кофе в томном полумраке. С кем он спит, интересовало меня меньше всего (мы же дружим!). Умный, тонкий, лирический… Вскоре Фернандо пропал. А потом выскочил, как черт из табакерки, с сенсационным признанием: «Я гей». В моей голове пронеслась мысль: «Интересненько». И я включилась в забавный сценарий под названием «Я и друг мой гомосексуалист». Мы ходили на выставки с его «сладким», обсуждали противоречивую природу человека в целом и во французском кинематографе в частности и снова пили кофе в томном полумраке. Собственно, с момента сенсационного признания мало что изменилось — разве что с темы личной жизни был снят запрет, а я получила код доступа к занятному, но мало волновавшему меня на том этапе миру под названием «гей-сообщество»: что едят, где одеваются и кто из них в конце концов девочка.

Эта дружба вполне могла бы стать канонической линией американского ромкома, разыгранной где-то на пространствах исторического центра современной Москвы. Если бы на арене моего личного цирка не появились еще двое. Вернее, вопрос хронологии в этой истории — штука довольно спорная и напоминает больше нумерацию глав в романе Кастанеды. Потому что мальчики-геи порой имеют свойство появляться или совершать свой coming out не совсем сразу. А иногда и совсем не сразу — порой это занимает лет -дцать тесной дружбы. Ну и рек пролитых в подушку слез, когда ты искренне не понимаешь, почему он смотрит на тебя, как мышь на творог (или куда она там с вожделением смотрит), нежно гладит по коленке, спасает от катастроф, но, оказавшись с тобой в одной кровати, отворачивается и засыпает безмятежным сном.

ЧТО ЕДЯТ, ГДЕ ОДЕВАЮТСЯ И КТО ИЗ НИХ ДЕВОЧКА?!

Друг-брат

Наша дружба, ну скажем, с… Роберто началась тогда, когда юношеские прыщи еще мешались на лице со следами бессонных и сильно-алкогольных ночей. Она быстро переросла в нечто скорее похожее на семью — с совместными поездками в «Икею», глажкой рубашек, мытьем посуды, бесконечной нежностью, сменяющейся таким же бесконечным раздражением. Никакой светскости — одни сплошные ролевые модели и зарождающиеся чувства странной консистенции и странного функционала.

А спустя бесчетное количество лет нашей «семейной жизни», одним похмельным июльским утром между первым и вторым бутербродом Роберто вдруг решил, что самое время поведать мне ту самую новость. Развалилась ли наша семья после этого? Отнюдь нет. Мне хватило ума не повесить на него весь груз своих неразделенных влюбленностей и неоправданных ожиданий, ему хватило любви и нежности, чтобы не дать мне этого сделать. Помедитировав три дня по углам, мы погрузились в совершенно новую плоскость взаимоотношений под названием «откровенность», и благодаря ей наша «семейная лодка» превратилась из недоделанной шхуны с дырявым дном в крепкий баркас без домыслов, недоговоренностей и задавленных обид.

Друг-возлюбленный

А потом появился он. Ну Алехандро, разумеется, кто же еще?! В кожаных трусах и с плеткой, ага. Он был совершенно неприлично похож на того самого принца из того самого романа, который я иронически обзывала «планом на жизнь». А я оказалась как-то удивительно похожа на ту самую принцессу, которую в его сказках заменяли принцы с накачанными торсами. Только об этой сюжетной детали он меня предупредить забыл, поэтому мы сразу и решительно сплелись в тесный клубок странных, запутанных отношений. Флирт, взаимный интерес, еще флирт, а затем — очередное coming out и решение переключиться на крепкую пацанскую дружбу. Ага, с ночными прогулками по набережной, ежедневной перепиской до рассвета, лирическими sms в комплекте 50 в сутки и… полным отсутствием секса, как уже у нас повелось. Он кормил меня супом, писал мне трогательные бессмысленные письма, выпрыгивая из кровати своего бойфренда, отдавал с барского плеча старые джинсы и очень едко смеялся над моими неловкими попытками встать в позу — так, как до этого только я могла над собой посмеяться. Формально вся эта история называлась дружбой и никак иначе называться не собиралась. А чем она была на самом деле, до конца не понимали ни мы сами, ни никто из сторонних наблюдателей.

ВСЯ НЕЖНОСТЬ ДОСТАНЕТСЯ ТЕБЕ. НО СЕКСА НЕ ЖДИ.

Все вместе

Ступив на поле латиноамериканской страсти, я столкнулась с весьма любопытными проявлениями гей-среды.

ОТЧАЯННАЯ РЕВНОСТЬ — навык первый, развитый посильнее, чем умение красиво говорить и нежно гладить по руке. Причем ревновать тебя будут не к тем мужчинам, с которыми ты спишь (на них тут всем плевать), и не к твоим подружкам (они тут всем нравятся), а (что закономерно) к себе подобным. Чувство собственничества и наполеоновские амбиции разыграются на этом поле с неожиданной силой — от едких (и часто справедливых) комментариев в адрес соперников до секса с этими самыми соперниками. Возможно, даже тебе перепадет страстная ночь с таким вот распаленным ревностью геем — не потому, что он действительно тебя хочет, а просто потому, что ему важно поставить на тебе черную метку, которая тут же обеспечит ему «особое положение» среди прочих.

МАНИПУЛЯЦИИ — навык второй. Еще бы, ведь Фернандо не просто пришлось поделить свою почетную роль на троих, он еще и оказался в третьем составе — ни тебе того бешеного драйва, который связал нас с Алехандро, ни корневой пророщенности, как с Роберто. Фернандо выбрал отличную схему манипуляции, впустив в нашу дружбу облако полунамеков на менаж, а труа, в котором непременно присутствует некий мальчик-гей, сложный, неопределившийся в своих предпочтениях юноша, и запутавшаяся девочка, случайно оказавшаяся рядом. Истории на троих, к счастью, дальше голубого экрана и разговоров не продвинулись, но осадок определенно остался.

И, наконец, ПАРАНОРМАЛЬНЫЕ ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ СВЯЗИ. Те самые связи, которые обычно привязывают друг к другу влюбленных, — они теснее и больнее дружеских, прочнее и насыщеннее. Они очень настоящие и непременно заводят тебя в болезненный тупик. В случае с геем весь этот эмоциональный накал достанется тебе вместе с бонус-комплектом из полуночных рефлексий и полного ощущения того, что ближе этого человека у тебя нет. Потому что, как ни крути, история взаимоотношений двух мальчиков — чаще всего история про секс. Как максимум — про влюбленность. Но крайне редко про настоящую эмоциональную близость. Чего ждать от двух мужчин (а мужское эго в геях не уступает по размаху «натуральному»), когда даже в паре «мужчина — женщина» не всегда удается достичь этой самой эмоциональной близости. Вся нерастраченная нежность и непреодолимое желание быть кому-то по‑настоящему близким достанутся тебе. Но секса не жди.

И тем не менее

Никто не умеет дружить так, как они, — дружбой, не похожей на договор «ты мне, я тебе», дружбой, в которой есть жар, дающий ощущение, что все прочее — компромиссы, дружбой, которую отделяет от настоящих отношений лишь сущий пустяк — прочерк в графе «секс». И это отличная возможность для того, чтобы потренироваться в высокодуховной любви, из которой напрочь исключен чаячий крик «Я! Я! Я! Хочу! Хочу! Хочу!», и стать мудрой и просветленной. C

1. Нежная семейная

Крепкая дружба Аглаи и Арсения логично переросла в формат совместной жизни. Впрочем, это совсем не то, о чем ты подумала.

Аглая, 23: Мне повезло, потому что в наших с Арсением отношениях сразу не было никакого сексуального подтекста. Сначала мы долго и с удовольствием работали вместе, засиживаясь до 11 вечера в пустом офисе и распевая дуэтом Je t’aime Лары Фабиан. Потом взахлеб дружили. А потом поняли, что, наверное, стали друг для друга самыми близкими людьми. На этой волне решение съехаться было наиболее разумным, тем более что ни он, ни я не были связаны отношениями и при этом хотели сэкономить на съеме квартиры.

У нас совершенно особый кредит доверия, и мы прощаем друг другу вещи, за которые не простили бы никого. Как меняет нас наша совместная жизнь? Я любого запинаю ногами за гомофобию, Сеня смотрит фильмы с моими любимыми актрисами. Я пеку пироги для Сениных приятелей, он тщетно призывает мою (нашу) собаку к порядку.

Самым забавным эпизодом нашей счастливой жизни был этот: выпроводив моего one night stand’a, я, в приступе временной амнезии, с растрепанными волосами и завернувшись в салатовый плед, постучалась к Сене. «Зайчик, — сказала я, — ты не запомнил, как его зовут? Вова или Сережа?» — «Вова», — ответил Сеня, не отрывая глаз от ноутбука. Очень по‑семейному.

Арсений, 29: Да, мы с Аглаей больше чем друзья. Мы семья, со всеми вытекающими отсюда обязательствами. У меня не было ни сестер, ни племянниц, и чисто женская модель поведения для меня, как открытая книга: всегда читаешь что-то новое, запрятанное между строк. Аглая же настоящая девочка — чувственная, очень ранимая, истинная мечтательница, но при этом с маниакальной страстью к планированию. Только в ее обществе я настоящий. Именно такой, каким я никогда не бываю на людях, — без масок и ужимок. Единственное, чего нет и не будет в ее планах, — желания объявить меня мужчиной ее мечты. За что ей огромное спасибо. Потому как дружба с романтическими отблесками часто заканчивается провалом. Иногда девушки, влюбленные в геев, переоценивают свои возможности и убеждены в том, что мужчина, предпочитающий мужчин, вдруг — оп! — и захочет их тело. Это вымысел, который если и становится былью, то приобретает очень извращенные формы. И что приводит к грустному финалу.

2. Крепкая мужская

Этот текст неожиданно вызвал бурную реакцию в нашей редакции. И своим мнением поделилась Яна Чернущенко:

Влюбляться в геев можно и нужно, если у тебя скучная работа, совсем нечем заняться или хочется стремительно похудеть. Правда, в комплекте к веселому времяпрепровождению идет абсолютно размазанное чувство собственного достоинства, если ты, не дай бог, не удержишь свою природу в кулаке.

Как, например, юристы, студенты или китайцы, геи бывают разные. Их безобидное хобби ну никак не влияет на их человеческие качества. У меня, пожалуй, полсотни знакомых геев, но только половина из них приятные люди, и всего пара — действительно друзья. И они зачастую ведут себя получше многих стрэйтов. Могут за меня подраться, всегда подают руку и открывают двери, дарят цветы, даже носят на руках (обычно крепко выпив) и, что самое главное, по-настоящему восхищаются женской красотой. У мужчин-стрэйтов отношение потребительское — нравится не нравится, хочу не хочу, а вот та, кстати, помоложе… А им, лицам незаинтересованным, видно самое важное. И главное — с годами ты им не надоешь, ваша дружба станет только крепче!

3. Заменяющая реальную?

Наш консультант, психолог Вероника Рудикова, дополнила волнующую многих тему и, в общем, поставила точку в дискуссии:

Дружба — одно из самых загадочных и потрясающих явлений. Ощущение духовного родства либо есть, либо нет. Ни пол, ни сексуальная ориентация, ни другие особенности личности не имеют значения. Однако зачастую под маской дружбы скрывается целый ряд невротических механизмов, которые мы не осознаем и раз за разом проигрываем в отношениях с нашими друзьями. Именно поэтому мы снова и снова сталкиваемся c конкретными типажами людей и включаемся в круговорот одних и тех же отношений с одинаковой динамикой и финалом. Дружба с противоположным полом, недоступным в сексуальном плане, с легкостью может оказаться разновидностью этой психологической игры. Очень часто близкие отношения вызывают много страхов, запретов, предрассудков. Это касается и интимной близости, и эмоциональной открытости, и принятия ответственности за отношения. Друг-гей в данном случае — лучший вариант для не готовой к близким отношениям девушки. Мужчина, тонко чувствующий, искренне делающий комплименты и вместе с тем не требующий большего, становится идеальной подменой реальной связи. Он абсолютно безопасный объект, с которым можно прожить весь круг романтических переживаний, при этом оставаясь на дистанции. Даже когда эти отношения преподносятся под грифом «Я смогу его переделать» или представляются как «Мне просто любопытно…», за этим всегда стоит уход от взрослой интимной жизни. Ничто не мешает нам быть свободными в выборе друзей. Но где есть игры, пусть и неосознанные, там дружбы нет. Такие отношения лишь затягивают нас в искаженный мир переживаний и надежд. Мы просто используем друг друга, чтобы спрятаться от самих себя.

Маша Рубинштейн
ФОТО: REX FEATURES/FOTOBANK.RU

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить