Сериал «ОФИС»: часть третья

Если бы проводили конкурс среди граждан, вечно попадающих в неприятности, я бы заняла первое место…

Сериал «ОФИС»: часть третья

Если бы проводили конкурс среди граждан, вечно попадающих в неприятности, я бы заняла первое место. После злосчастного звонка иностранных партнеров со мной не разговаривает весь финотдел. Даже «девочки».

ДУШЕВНОЕ СОСТОЯНИЕ: Крайне опасаюсь за свою безопасность.

По-моему, они все неспроста начали носить солнцезащитные очки. Нет, это не паранойя, не паранойя, не паранойя. И солнце тут ни при чем! Они явноскрывают от меня что-то…

Один свет в оконце — Маринка, с которой мы теперь не разлей вода, как Чип и Дейл, как Штепсель и Торопунька, как Равшан и Джамшут…

Впрочем, если честно, были не разлей вода. Все началось с моей невероятной доброты и тяги к искусству. А точнее, с разговора о кино, в процессе которого мы выяснили важное: сериал «Друзья» гениален, «Симпсоны» вечны, Петров и Васечкин — герои эротических снов нашего босоногого детства. Кстати, об эротике. Я считаю, что настоящие друзья должны делиться всем. Например, жемчужинами своей фильмотеки, в том числе эротическими. Особенно если у друга случилось горе — сын нашел «взрослое» кино, непродуманно спрятанное родителями в коробке с надписью «Питер Пен», и засмотрел его до дыр. Короче, фильм в сердцах был выброшен, и в этом грусть. Эротики в Маринкиной семье не осталось. Я, естественно, решила прийти на помощь (мы ж как Чип и Дейл!) и попросила своего задушевного друга Олега скопировать на диск пару захватывающих, по его мнению, кинокартин. Моя Равшанушка даже прослезилась (по крайней мере, про себя, я в этом уверена) и уехала домой пораньше, трепетно прижимая к груди новоприобретенный досуг.

А утром пришла на работу с каменным лицом Стивена Сигала и теперь не разговаривает. Ну что же, мне, как всегда, самой придется кинуться грудью (второго размера) на амбразуру: — Как дела? — спросила я, приостановившись у Маринкиного стола. — Нормально! — буркнула она в ответ и отвернулась.

Но от меня не так-то просто отвертеться, я все-таки юрист. Нас с детства, можно сказать, учат вести допросы: светишь лампой в лицо, и «клиент» рассказывает все свои тайны, включая главные — про заначку и количество сексуальных партнеров.

— Хорошая погода! — бодро гаркнула я. — Как фильм?

— Ты еще спрашиваешь! Сломала мою половую жисть!

— А что там? — Я занервничала. Диск записывала не я. Но современных отечественных фильмов у нас точно нет. Равно как и гей-порно.

— Там был слон! — закричала Маринка и засмеялась как ненормальная. Как припадочная, честное слово.

— Слоны меня не возбуждают… — растерялась я.

— И меня, — мрачно отозвалась подруга. И начала рассказывать.

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ. Оказывается, Олег в желании угодить слегка переусердствовал и записал Марине новый, ни разу не смотренный фильм — так сказать, устроил для моей подруги премьерный показ. Картина повествует о порочной страсти восточного шейха к женщине в шелковых шароварах и без бюстгальтера. Действие разворачивается в пустыне. По пескам долго бредет караван из верблюдов и слоненка (1 штука). За кадром — музыка с эротически-тревожным подтекстом. Затем караван останавливается, с животных слезают восточные граждане, разворачивают полупрозрачный шатер и запускают в него шейха и женщину. Шейх тут же начинает вести себя неприлично, за гранью дозволенного: тянет к женщине руки, сверкает голодными глазами. Та в ответ улыбается и исполняет танец живота. В общем, начало многообещающее. Но следующий кадр портит все! Появляется слоненок (1 штука). Животное жует траву и к происходящему относится неодобрительно. Как бы вопрошая: «Куда я попал? Что творят эти гадкие, неприятные люди?» И в завершение начинает сосать с наслаждением собственный хобот. Тут бы Марине, пожалуй, и выключить фильм, но от смеха ее координация была слегка нарушена. В итоге секса не было, муж негодует. Конец душещипательной истории.

— Интересно… — протянула я задумчиво. — Откуда в пустыне трава?

Марина посмотрела на меня пронзительно. У меня даже что-то защемило в груди, и я поняла, что вечером мир может не досчитаться одного Олега.

Вот уже три часа мы молчим, и делать на работе совершенно нечего. Даже пообедать нельзя сходить. Ах да, я вам не сказала, в нашей компании появился новый генеральный директор, считающий это занятие лишним. Зовут цербера Петр Иванович. Он большой, высокий и монументальный, как четырехстворчатый платяной шкаф. Голос у него зычный, подбородок волевой, и это все его хорошие качества.

Петр Иванович твердо решил бороться с «нецелевым использованием рабочего времени». Поэтому каждое утро он ждет нас у дверей офиса с секундомером в руках: «Девять часов ноль три минуты двадцать четыре секунды! — оповещает он опоздавшего на три минуты 24 секунды сотрудника и сурово трясет перед глазами несчастного пальцем. — Пишите объяснительную! Вечером задержитесь!» Петр Иванович знает слова «чо», «звОнит», «кофЕй» и активно, с видимым удовольствием их использует. «Вы чо, — сказал он нам на первом же совещании, — думаете, работа существует для того, чтоб только кофЕй гонять? Этому не бывать!"И перенес нежно любимый нами кулер в свой кабинет. Теперь пьет кофе в гордом одиночестве.

Обстановка сложная. И больше других достается пока что мне: ведущий юрист подчиняется по штатному расписанию непосредственно руководителю компании. Посему мне приходится проводить с Петром Ивановичем бо`льшую часть времени. Он мне рассказывает о том, как возглавлял строительный рынок в Челябинске («Вот они где все у меня сидели!» — выразительное потрясание кулаком куда-то в сторону окна), я ему — о необходимости зарегистрировать собственный товарный знак. Занимательные, в общем, дискуссии, жизненные. Если мы с Маринкой не помиримся в ближайшие пару часов, я непременно… пойду пить кофей в гордом одиночестве! C

ПОЛИНА КАЛИНИНА
Фото: PHOTOXPRESS

Читай также:

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить