Партнерские отношения

Наталия — один из самых молодых партнеров крупнейшей в мире аудиторско-консалтинговой сети фирм PricewaterhouseCoopers.

Партнерские отношения

Наталия — один из самых молодых партнеров крупнейшей в мире аудиторско-консалтинговой сети фирм PricewaterhouseCoopers. Мы несколько месяцев не могли с ней встретиться для интервью — наша героиня или уже была на переговорах, или летела на переговоры в какую-нибудь далекую страну. Она фанат своего дела, это несомненно. Удивительно обаятельный, ироничный и женственный фанат.

ДОСЬЕ УСПЕШНОЙ ЖЕНЩИНЫ
Имя Наталия Милешкина.
Возраст 35 лет.
Образование ЛВМИ, специальность «инженер баллистических ракет» (1990−1996); ЛГУ, факультет международных экономических отношений (1993−1997).
Должность партнер отдела аудиторских и консультационных услуг PricewaterhouseCoopers.

Самый сложный вуз
«Я родилась в Ленинграде, ходила в школу с углубленным изучением английского языка и физико-математическим уклоном. К счастью, я не была отличницей. У меня были пятерки по основным предметам, а на остальное не хотелось тратить время. Тогда еще не было такой дисциплины — экономика. Точнее, в той среде, где я росла, не было представления, что это может стать серьезной профессией. Поэтому я выбирала из технических вузов — у меня математический склад ума, я всегда любила цифры. Пошла в Ленинградский военно-механический институт, потому что он считался самым сложным техническим вузом в городе.
Отец у меня военный, мама военный врач, я поздний ребенок. Но надо мной совсем не тряслись, нет. Даже наоборот: родители поощряли мою самостоятельность, всегда были за то, чтобы пробовать все, что предлагает тебе жизнь, не сомневаясь, принимать любой вызов. Отцу всегда было важно достичь цели, результатов. Не финансовых, конечно (откуда финансовые результаты у военного и доктора в то время?), а просто — затягивать пояс и идти к цели. Поэтому, когда встал вопрос о выборе института, особых сомнений у меня не было. Я еще не знала, кем я хочу быть, зато знала, что военмех — самый трудный вуз, а значит, мне надо именно туда. Поступила, кстати, сама. Без всяких репетиторов.

Второе образование
На третьем курсе военмеха я поняла, что вряд ли смогу зарабатывать, если стану инженером баллистических ракет. Шел 93-й год, и все вокруг менялось. Все думали, что делать дальше. Один молодой человек, однокурсник, как-то сказал мне, что я могла бы стать отличным аудитором. До сих пор не могу вспомнить, кто это был и кого мне благодарить за этот перевернувший мою жизнь совет. Видимо, он еще тогда заметил во мне пытливость, любознательность, способность быстро переключаться, непоседливость — качества, отличающие хорошего аудитора. Я начала читать экономическую литературу по аудиту, собирать сведения и поняла, что мне это очень интересно.
Тогда у нас в стране только-только зарождалась система второго высшего образования, и я поступила на факультет международных экономических отношений ЛГУ. И стала одним из первых выпускников, обучавшихся по системе второго высшего образования. Обучение длилось четыре года, а на первом — шесть. Я совмещала одно с другим: начиналась моя учеба в 9 утра, заканчивалась в 10 вечера.
Через два года параллельной учебы я поняла, что очень хочу работать по специальности. До этого времени я никогда не работала. Я жила с родителями, и материальная сторона в нашей семье не считалась важной. У нас не было больших денег, но никто не страдал от их отсутствия. Поэтому работа мне была нужна такая, на которой бы я могла научиться быть лучшим аудитором.

Поиск работы
В тот момент я закончила четвертый курс военмеха, мне оставался еще год учебы и диплом на первом высшем, два года — на втором. Я понимала, что уже смогу совмещать работу с учебой в двух институтах. Составила список интересных мне аудиторских и консалтинговых компаний и стала планомерно искать работу. Тогда, в 1995 году, еще не было Интернета, поэтому я каждое утро перед занятиями гладила блузку и отправлялась разносить свое резюме по выбранным мной компаниям: оставляла свои бумаги на ресепшн и старалась назначать встречи с ответственными менеджерами. Также с почты около дома по факсу рассылала резюме в те аудиторские и финансовые компании, которые не принимали резюме соискателей через секретаря.
Через полгода у меня уже было несколько предложений от „Большой шестерки“ (Сейчас крупнейшие в мире компании, предоставляющие аудиторские и консалтинговые услуги, называют „Большая четверка“. — Прим. ред.). Я уже практически определилась с выбором, когда случайно прочла в газете „Деловой Петербург“ об открытии филиала PricewaterhouseCoopers. В тот самый момент я поняла, что хочу только туда.
Во‑первых, я слышала об этой компании только хорошее, а во-вторых, всегда интересно стоять у самых истоков, видеть, как зарождается и растет компания. В газете не было никаких контактов, адресов или телефонов. Я позвонила в редакцию газеты, нашла корреспондента, автора этой заметки, и узнала у нее адрес „Прайса“ — телефона у компании еще не было. На следующий день я в очередной раз нагладила белую блузку, взяла резюме и пошла устраиваться на работу.
Офис размещался в обычной съемной шестикомнатной квартире, в которой была полная разруха, стояли ведра краски, рабочие что-то сверлили. Между ними ходил единственный человек в пиджаке и джинсах, который, на мое счастье, оказался сотрудником отдела персонала. На все мои просьбы он отвечал, что новых работников в этом году они набирать не собираются. Ни сейчас, ни в ближайшее время. Но я все-таки сумела вручить ему свое резюме и сказала, что буду ждать вакансии аудитора.
Я звонила в офис каждую неделю. Приезжала туда раз в две недели. Вскоре меня стали узнавать по голосу и в лицо все сотрудники… Мне кажется, что мои будущие коллеги и не собирались брать никаких стажеров, что я своей настойчивостью их просто вынудила пригласить меня на собеседование. Так или иначе, 30 октября 1995 года я уже вышла на работу в качестве стажера PricewaterhouseCoopers.

Рост
Реальность оказалась в сто раз лучше, чем я ее себе представляла, когда штурмовала стены „Прайса“. Так как в нашем филиале сотрудников было мало, то ко мне сразу отнеслись как к полноценному серьезному работнику. Царила абсолютно семейная атмосфера. Все происходило на драйве, на эмоциях. Мы все там не работали — мы там жили, и это было счастье. Работали по ночам, в выходные — по собственной инициативе. Я постоянно изводила начальство, требовала все новой и новой работы… Нет, это не было сложно. У нас вообще приживаются в основном влюбленные в свое дело фанатики.
А в аудит сложно не влюбиться. Ты изучаешь бумаги предприятия и потихонечку начинаешь видеть перед собой, чем жило это предприятие целый год. Ты погружаешься в прошлое, допустим, банка — и за колонками цифр начинаешь отчетливо видеть его характер, его будущее. На каких условиях он получит кредиты, какие отчеты попадут в руки акционеров, какие решения они примут, исходя из этих отчетов… Я очень люблю находить ответы на сложные финансовые вопросы. Ну, допустим, клиент хочет реструктуризировать компанию. Это можно сделать в начале года, и тогда в отчетах вы будете выглядеть так, если в конце года — совсем иначе. Опытный аудитор — это не просто ревизор, а еще и консультант. Мое любимое определение: „Аудитор — как врач, который должен продиагностировать пациента и назначить лечение“. Приятно видеть, когда „твоя“ компания расцветает, когда все у нее идет правильно.
Наши услуги достаточно дороги, поэтому мы можем привлечь клиентов только качеством и результативностью работы. И мы просто обязаны быть лучше, эффективнее остальных. Это меня очень подстегивает.

Партнер
Когда я шла в „Прайс“, то не собиралась становиться партнером, даже не мечтала об этом. Впрочем, я тогда даже и не очень представляла себе, что это такое. Просто достигала одной позиции и шла к следующей цели.
Путь от начала до конца выглядит так: стажер, аудитор-консультант, старший консультант, младший менеджер, менеджер, старший менеджер, директор, партнер. Этот путь у меня занял 11 лет. Надо сказать, быстрее, чем бывает обычно. Так вот получилось, что „Прайс“ — мое единственное место работы за всю жизнь.
Партнер — это уже не просто должность, ты становишься совладельцем бизнеса, рискуешь не только морально, но и материально. Тебе необходимо внести свой пай, твою кандидатуру должны одобрить остальные представители партнерства, ты проходишь различные тесты, выполняешь задания. Нет, не на профессиональные навыки, потому что очевидно: если человек достиг того уровня, когда ему могут предложить стать партнером крупнейшей аудиторской фирмы мира, то он уже является профессионалом самого высокого уровня. Поэтому тесты и собеседования, которые я проходила, были направлены на то, чтобы я продемонстрировала навыки руководителя, опыт риск-менеджмента. Ведь если аудитор ставит свою подпись под данными, то он отвечает и перед законом, и перед партнерами.
Сейчас у меня, как у партнера, гораздо больше ответственности, чем это было раньше, а значит, еще больше драйва. Единственное, с чем я так и не смогла полностью смириться за все эти годы, — это ранние подъемы, без которых у нас никак нельзя. Я неисправимая „сова“, и поэтому мне очень сложно настроить свой организм на работу ранним утром… А ближе к позднему вечеру, когда офис становится совсем тихим, я уединяюсь в своем кабинете, раскладываю на столе бумаги и погружаюсь в музыку цифр — могу совершенно забыть о времени и просидеть за документами до глубокой ночи.
А про личное? Мне кажется, что успех в личной жизни заключается в том, чтобы выбирать близкого по духу человека. Того, кто тебя будет по‑настоящему понимать. Мой мужчина абсолютно не связан ни с экономикой, ни с цифрами, занят абсолютно в другой области, чему я очень рада. Но он любит свою работу не меньше, чем я свою. И полностью меня поддерживает в этой моей любви. А я поддерживаю его. Так и живем».

Сейчас у меня, как у партнера, больше ответственности, чем это было раньше, и потому еще больше драйва…

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить