|
Я не люблю пресс-туры: сначала долго летишь на перекладных, потом мотаешься из отеля в отель, с экскурсии на экскурсию. Лобби-бары и достопримечательности перемешиваются в твоей голове, превращаясь в маловразумительный суп из чьих-то замков и усыпальниц. Но на Маврикий едут не за достопримечательностями. И теперь я обожаю пресс-туры в общем и этот остров в частности.
О том, как я съела Бемби
Я лежала на массажном столе в беседке с соломенной крышей. Справа от меня – только руку протяни – висели кокосовые орехи на вполне себе настоящей пальме. Под столом росли огромные белые цветы необыкновенной красоты, а массаж мне делал черный мальчик с ласковой улыбкой. Я лениво думала, что сейчас вот надо одеться и на лодке поехать в каталонский ресторанчик с оркестром из папы, мамы и красивой кудрявой дочки. В этом ресторане уже тридцать шесть лет подряд выступают несколько поколений этой семьи – все одинаково улыбчивые, зажигательные и кудрявые. Еще могу добавить, что в номере у меня не переводились фрукты и шампанское (микроананасы, порезанные смешными спиральками, просто прелесть!), а для завтрашнего урока гольфа кто-то заботливо оставил в моем номере белую рубашку-поло.
 Вообще Маврикий – это остров, который находится очень далеко отовсюду, поэтому вся еда и одежда, что не производится на месте, стоит дорого. Примерно как в Москве. Зато то, что растет, бегает и плавает, совсем недорого и удивительно вкусно. Земля утопает в зелени. Иногда так бывает: в отеле – райский сад, а за территорией – выжженная пустыня. Тут все наоборот: люди вырубают небольшие участки джунглей, чтобы построить дом или дорогу. Вписывают домики в ландшафт, потому что природа наступает, буквально врывается в окна.
Например, ресторан в отеле RoyaPalm – прямо на берегу моря. Столики расставлены вокруг огромного (действительно ОГРОМНОГО) дерева, чьи ветви так раскидисты, а листва так обильна, что, даже когда однажды во время обеда пошел тропический дождь, на нас не упало ни капли. Впрочем, я о еде. После возвращения с Маврикия я ни разу не ела креветок. Там я поняла, что то, что у нас продают под видом креветок, – это животные какой-то другой породы. Маврикийские креветки размером с половину моего кулака, сладкие и при этом упругие, настолько сочные и нежные, что, увы-увы, мне вовек больше не забыться в объятьях их северных братьев из морозильника в супермаркете. А ананасы! Ананасы на Маврикии чуть больше креветок. Их чистят и едят, обливаясь соком и облизывая пальцы. Они мягкие и сладкие, как персики. Только еще сочнее. А кокос – это не сухая стружка, которой посыпают конфеты, а мягкий маслянистый орех, похожий на грецкий. А еще есть местный деликатес – сердце пальмы, которая называется деревом миллионеров. Это от то о, что дереву надо расти семь лет, потом его срубают и вырезают 20 см мякоти. Судя по тому, что сердце пальмы (кстати, оно похоже на мягкие орешки, ничего особенного) тут режут мелкими кубиками и добавляют в большинство салатов, миллионеров на Маврикии хватает.
И, наконец, главное. Это случилось на фабрике рома Rhumerie de Chamarel. При ней – ресторан высокой кухни L’Alchimiste («Алхимик»), его повар раньше работал исключительно в заведениях с мишленовскими звездами. И когда нам принесли наш «комплексный обед», я сломалась. Я уже давно не ем мяса, но от тарелки шел такой запах… И коллеги делали такие глаза, что я не выдержала и попробовала. Это было божественно. Я не вру. Мясо можно было есть без ножа и вилки. И без зубов. Оно растворялось на языке. «Что это?» - влюбленно глядя в тарелку, спросила я у официанта. Он произнес неизвестное мне английское слово. Я переспросила, он задумался и наконец нашел ответ: «Бемби!»
Олень. Оказалось, оленей завезли на остров пару сотен лет назад, и, так как здесь нет ни одного крупного хищника, олени размножились тут в невероятном количестве – почти как кролики в Австралии. В общем, оленина – это единственное местное и практически самое популярное мясо на Маврикии.
Как мы все вместе опозорились
Во всех трех отелях, где мы жили, были огромные номера – настолько роскошные, что было страшно спать на простынях с монограммами и ложиться в дизайнерские мраморные ванны. В смысле страшно приятно и комфортно. С балкона номера небольшая лесенка вела прямо на пляж. От номера до воды не больше тридцати метров. Когда мне надоело валяться на мягкой плетеной кушетке на балконе и отгонять от себя какую-то наглую рыжую птицу, я прихватила махровую простыню с кушетки (никаких других пляжных полотенец в номере не было) и спустилась на пляж.
Рядом тут же появился красивый черный мужчина в белых перчатках и, страшно смущаясь (очевидно за мою дикость), сказал, что если я хочу, то, конечно, он постелит мне простынь из номера, но у нас есть пляжные полотенца, которые совсем не хуже. И пока я снимала майку и надевала солнцезащитные очки, он быстрыми движениями положил на мой лежак, больше похожий на двуспальную кровать, мягкий матрас, а сверху двуспальную махровую простынь. Та, которую я принесла с собой, незаметно куда-то испарилась. Оказалось, все вновь прибывшие поступают так же: срывают простыню с кушетки в номере и тащат ее на пляж… Впрочем, через два дня я уже привыкла к тому, что мое полотенце все время сухое (его меняют, пока я купаюсь), бокал с водой рядом – всегда полный и холодный, а шампанское здесь наливают вместо колы. Не удивительно, что в отелях каждый вечер играют свадьбы. Романтичнее места придумать невозможно. Абсолютно прозрачное, абсолютно бирюзовое море, белоснежный песок, оркестр, яркое буйство зелени, персонал, который знает, что ты хочешь еще до того, как ты успел этого захотеть… Спа-процедуры для новобрачных часто проводятся под открытым небом: эфирные масла, курительные палочки, розовая вода, живые цветы, пение птиц… Я понимаю, почему некоторые французские пары несколько лет копят деньги на свадьбу на Маврикии. Это дорого, даже очень дорого. Но это такое событие, которое должно случиться хотя бы раз в жизни. А еще в нашем втором отеле, Shandrani, нам предложили осмотреть восемнадцать категорий номеров! Представьте наш шок, когда мы узнали, что наши роскошные принцессины палаты всего лишь джуниор-сьюты, самые младшие и дешевые из того, что есть в этом отеле. В тот момент моему мозгу потребовалась срочная перезагрузка: ничего еще более дорогого и роскошного он не был в состоянии представить.
О людях
 Часто бывает, что в очень дорогих отелях или ресторанах тебя не покидает чувство некой социальной несправедливости. Мне не нравится позиция белого человека и несчастных туземцев, которых ты осчастливливаешь своим присутствием на их земле. На Маврикии этого нет и в помине. Остров когда-то был необитаемым. Открыли его португальцы, потом им последовательно владели голландцы, французы и англичане. В разное время сюди приехало много китайцев и индусов.
И при всех этих перипетиях на острове не было ни одной войны, ни одной кровопролитной битвы. Потомки переселенцев перемешали кровь, языки, кухню и религии. В результате смешения местным жителям не остается ничего другого, как быть толерантными и доброжелательными. И обладать широким кругозором: все мировые религии на площади меньше, чем две тысячи квадратных километров, – это вам не шутки. Придется научиться быть вежливыми с соседями и гостями соседей, особенно когда твои предки были не жестокими завоевателями, как у большинства живущих ныне на большой земле, а любопытными мореплавателями… C
Алина Фаркаш
БЛАГОДАРИМ ТУРИСТИЧЕСКУЮ КОМПАНИЮ «СОДИС» ЗА ПРЕКРАСНО ОРГАНИЗОВАННУЮ ПОЕЗДКУ.
ФОТО ПРЕДОСТАВЛЕНЫ КОМПАНИЕЙ «СОДИС»
|
Подпишись
