Иностранцы в России

Ради смеха, спецсекции и бесценного опыта наш редактор целый день изображала американку и расспрашивала москвичей о жизни в их городе и в их стране.

Иностранцы в России



Общество употребления

Когда на планерке мне предложили эксперимент, для которого требовалось разгуливать по столице, притворяясь иностранкой, я поломалась совсем недолго и исключительно ради приличия. Внутри же все пело. Во‑первых, мы с сестрами говорим по‑английски почти без акцента и периодически переходим на него без всякого повода — так быстрее, интереснее и полезно (языковая практика!). Мне было любопытно, разоблачат ли меня обычные зрители. Тщеславие — наше все! Во‑вторых, мне всегда казалось, что быть в Москве пришельцем из далеких стран гораздо интереснее, чем заурядным местным жителем: тут тебе и внимание, и нежная забота, и советы. Собственно, для проверки моих и редакционных стереотипов, а также степени нахальства москвичей, которые теоретически могли скормить не понимающей ни слова по‑русски «стажерке из США» любую дезинформацию о столичных и российских реалиях, этот проект и затевался.
Готовилась я тщательно. По совету знакомой американки Даниелы взяла рюкзак, надела джинсы и футболку, собрала волосы в хвост и влезла в старые стоптанные вьетнамки. Почему-то последняя деталь казалась моей подруге особенно важной: «Точно тебе говорю, в таких жутких тапках у вас ходят только иностранки. Русская девушка это в жизни не наденет, так что тебя даже ни в чем не заподозрят». Слепила несложную, но правдоподобную легенду: отучилась в колледже, сюда приехала работать, пока что тружусь стажером на англо¬язычном радио и по-русски знаю только vodka, spasibo и marshrutka, но мечтаю выучить язык и вообще обжиться. Имя менять не стала, благо оно у меня легко переводится — Юлия, Джулия, неважно.
Начать было решено с самого туристического района — Арбата. Я подтянула лямки, прилепила на лицо широкую улыбку и отправилась завоевывать столицу. А вот и первый русский на моем пути! Причем чтобы на нем оказаться, он отбежал от своего ларька с сувенирами и энергично наматывал вокруг меня круги. Прекрасно, пообщаемся. В ответ на мое светское замечание о том, что в Москве нынче жарковато и вообще-то я таким поворотом, как «уроженка Лос-Анджелеса», порядком удивлена, мужчина, не смутившись ни на минуту, ответил на вполне пристойном английском бодрым обещанием ради такого случая сделать скидку столь приятной девушке. А это что, традиция у вас здесь? Да, сказал продавец, не моргнув глазом, а еще у нас традиция покупать матрешки. Буквально у каждого русского в доме стоит такая красивая и полезная вещь, а то и не одна. И в чем же ее польза? Тут поток красноречия резко иссяк, и мне приоткрылось истинное лицо моего собеседника — слегка притушив улыбку, он пробормотал в сторону: «Вот ведь пристала, зараза». И бросил любопытную меня ради толпы более перспективных китайцев.
Ну что ж, я пошла дальше. С погодой, кстати, действительно творилось что-то странное: солнце жарило вовсю, проклятый рюкзак, набитый для пущего правдоподобия путеводителями и иностранными книжками, оттягивал плечи, в общем, изображать присущий гражданам США бешеный оптимизм становилось все труднее. По‑моему, я заслужила небольшой перерыв и большую чашку охлажденного латте. Надо только отойти немного от Арбата — для чистоты эксперимента стоит проверить разные районы.
Ввалившись в кафе, я обвела присутствующих подчеркнуто ласковым взором и громко сказала: «Хай!» Девушки за прилавком переглянулись и почему-то синхронно выпрямились. Борясь с желанием прочитать написанное над стойкой меню (я же не должна знать кириллицу!), я приблизилась к бариста и выпалила на одном английском дыхании: «Привет, я вот тут недавно, по-русски не говорю, но на улице так жарко, аж взмокла вся, прямо умираю не могу, дайте мне кофе, только со льдом, и молока побольше, о’кей? Spasibo!» Девушки снова переглянулись, и одна из них рискнула: «Меню?»
М-да, такими темпами мне о российской современности ничего не расскажут, но даже получить желаемый напиток для начала было бы неплохо, поэтому я просто кивнула, ткнула пальцем в нужную картинку и стала ждать. К счастью, тут в кофейню зашла девушка вида «не-пропускаю-ни-одной-серии-Gossip-Girl-причем-смотрю-в-оригинале», и я приободрилась. Бочком подобравшись к намеченной жертве, я закатила глаза и преувеличенно умирающим голосом протянула: «It's, like, soooo hot today… I can’t believe I’m in Russia». В точку! Алиса оказалась московской студенткой, ее английский был на уровне, и потому я смогла наконец-то приступить к полноценной беседе.
Поскольку по легенде я собиралась остаться тут и поселиться на некоторое время в российской столице, мои расспросы о Москве новую знакомую совсем не удивили. Перво-наперво меня проинструктировали держаться подальше от официальных такси: «Цены у них ну такие ужасные, да? И поэтому не надо ими пользоваться, да?» А пользоваться стоит метро, с чем я вполне, будучи москвичкой, согласна.
Кроме того, Джулии настоятельно рекомендовалось быть очень и очень осторожной, потому что Москва чуть ли не криминальная столица России, а Россия, по мнению Алисы, самая преступная страна в мире. Что-о? Да по некоторым центральным районам Нью-Йорка гулять гораздо опаснее, чем по Бутово. Но я сегодня не эксперт, а экспат, поэтому молчу и мотаю на ус.

Мужик пошел не тот

Затем разговор зашел о местных мужчинах, и вот тут я наслушалась совсем уж удивительных вещей. Я, конечно, понимаю, что у русских весьма распространен «патриотизм наоборот»: мы свою страну и порядки в ней ругаем на чем свет стоит, но переезжать никуда не желаем и даже немножко гордимся тем, что у нас все так плохо. Однако столько презрительных слов в адрес соотечественников я до сих пор не слышала. Московские мужчины, растолковывала мне Алиса, ленивы, нетрудоспособны и избалованы женским вниманием. Цветы жизни практически. Выходить за них замуж и даже вступать в серьезные отношения — фатальная ошибка. «Сколько ты собираешься тут пробыть? Всего полгода? Вот лучше потерпи и ни с кем не встречайся, ну или ищи себе бойфренда из числа таких же временных эмигрантов». Забавно, где-то я слышала подобные речи, вот только не про русских, а про американских мужчин. Ах да, от Даниелы. Скорее, дело все-таки не в мужчинах. Ну или, по крайней мере, не в национальности.
Подробно отчитавшись о трагическом состоянии российских романтических институтов, собеседница перешла в наступление и принялась расспрашивать меня о жизни за рубежом. Погруженная в печальные мысли о своем одиноком русском будущем, я не сразу почувствовала опасность и очнулась, только будучи поставленной перед фактом срочно изобрести название своего лос-анджелесского района и High School, которую я посещала. Что-то беседа пошла не в то русло — вопросы здесь задаю я!
«А ты водку пьешь? Я слышала, в России все употребляют алкогольные напитки чуть ли не с детства!» — «Пью, — призналась новая знакомая без особого энтузиазма. — Но это не модно, сейчас все предпочитают текилу или джин». -«А как тут у вас с тусовками?» Не все же в студии сидеть, надо и по клубам прогуляться. Нет, грустно ответствовала Алиса. Нет в Москве классных клубов, и ночной жизни тоже нет. Так, с меня хватит! Ок, пусть я сегодня не москвичка, но могла же американка в рамках подготовки к поездке в Россию ознакомиться с блогами перебравшихся сюда собратьев по континенту? «А мне говорили, что в русской столице веселье не затихает ни на минуту и что здесь в любое время дня и ночи можно найти открытый клуб или ресторан. Moscow never sleeps, разве нет?» — «Ну… — протянула в ответ замученная жизнью студентка, — типа того, и все же все не так, как было раньше». Сдается мне, кто-то здесь негативно настроен.
Разговор с Алисой меня настолько расстроил, что я даже не приняла приглашение на пикник, проигнорировав возможность собрать еще больше информации. Впрочем, приветливость девушки, готовой представить меня друзьям, косвенно подтвердила мой тезис, что к иностранцам в России относятся хорошо. Но вообще впечатление не самое приятное. Неужели все мы такие нытики? А еще и приврать готовы! Это чтобы в Москве-то не было клубов?! Пойду-ка я платье куплю, чтоб успокоиться.


Путь наверх

Прекрасная, кстати, идея для продолжения эксперимента. Итак, мне нужно было добраться из центра в окраинный молл, пользуясь- по совету недавней собеседницы — метро, в котором только незначительная часть указателей продублирована латиницей. Даже «Выход» и «Вход» написаны только кириллицей. Поскольку я решила не жульничать и не использовать мое временно отключенное знание русского, задача оказалась ужасно тяжелой! И единственное, что можно сделать иностранцу без посторонней помощи, — это спуститься на станцию, да и то только понаблюдав предварительно за остальными.
Бедная перепуганная стажерка Джулия путалась у лихорадочно и беспорядочно бегущих куда-то москвичей под ногами, хватала их за руки и за одежду и умоляюще лепетала что-то на родном языке, но столичные жители только сурово и сосредоточенно отпихивали ее в сторону и неслись дальше. В этот момент москвичка Юлия, глубоко спрятанная внутри американки, осуждающе смотрела на земляков и хладнокровно прикидывала, не подставить ли вон тому хипстеру подножку — это его притормозит, а уж по-английски он заговорит как миленький. Печальный опыт, что уж говорить.
В итоге два добрых ангела все же нашлись: один в образе девушки с огромными наушниками, которые она так и не сняла, помог мне перейти с Арбатско-Покровской на Кольцевую линию, а второй, принявший облик сильно нетрезвого, но любезного старичка, указал, в каком направлении следует ехать, чтобы добраться до нужной станции.


В двух лицах

В магазине веселье продолжилось. Очевидно, что все, кто мог хотя бы как-то включать мозг и взаимодействовать с иностранкой, остались в пределах Садового кольца, потому что при виде меня все обитатели этого торгового центра поспешили забиться подальше. Справедливости ради должна отметить, что застывшая на моем лице улыбка к этому времени имела несколько маниакальный оттенок, так как непривычные к столь длительным проявлениям доброжелательности мышцы свело, и, хотя английская речь лилась по‑прежнему гладко, я охрипла из-за отчаянных призывов о помощи в метро. Да и из-за все тех же приключений в подземке общий вид был несколько потрепанный. И тем не менее, уважаемые продавщицы, это не повод резко сворачивать в сторону и исчезать в подсобке как раз тогда, когда я хотела поинтересоваться, нет ли у вас вещей российских дизайнеров! Я, как гражданка США, негодую. То есть как москвичка. Кажется, у меня начинается раздвоение личности.
Мне пришлось выманивать сотрудницу бутика из ее убежища старым добрым способом: созданием грандиозного беспорядка из двух стопок джинсов и одной — свитеров. Ловко манипулируя вешалками, я загнала явившуюся разбираться с одежным хаосом девушку в угол, отрезала все пути отступления своим огромным рюкзаком и стала обстоятельно пытать ее, расспрашивая о русской моде. Школьный курс английского не слишком приспособлен для таких дискуссий, но продавец старалась, так что после двух-трех мучительных минут, в течение которых она пыталась вспомнить слово «подол», а я — незаметно сдержать смех, наконец отпустила ее с миром и приняла решение заканчивать эксперимент.
Дурацкие вьетнамки натерли ноги, и домой пришлось добираться на такси — пусть и неофициальном. Взявшийся довезти меня мужчина долго мялся и наконец сказал: «Когда увидел вас на дороге, подумал, вы американка». — «Я вас разочаровала?» — просипела я в ответ. «Нет», — ответил он и почему-то горько вздохнул. Наверное, надеялся, что иностранки не знают, что русские мужчины ленивы и избалованы. Наивный!

ТЕКС: Юлия Рейснер

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить