Легко ли быть мамой Cosmo

Основательницы русского издания Cosmo о первом годе жизни журнала. Первые фэшн-съемки и «секс» на страницах гланцевого журнала 15 лет назад))

Легко ли быть мамой Cosmo

Эллен Фербеек и Елена Мясникова, основатели русского издания Cosmo, обрадовались возможности поговорить по душам — из-за ежедневной суматохи такое случается крайне редко. Они и сейчас в отличных дружеских отношениях: во время ужина делились друг с другом вином и воспоминаниями.

Лена: "Эллен очень добрый человек. Такой позитивный моторчик!"

Cosmo: Как давно вы знакомы?
Э: К 94-му мы с мужем уже четыре года жили в Москве, Лена и я были подругами. Лена преподавала в университете, изучала голландский язык, помогала нам с переводами. Это было успешно, но не суперприбыльно. Мы думали, что пора запускать настоящий женский журнал. В России были только «Крестьянка» и «Работница».
Л: К моменту создания Cosmo я уже работала в англо-русском журнале Moscow Magazine… С Эллен познакомилась, потому что говорила по‑голландски.
Э: А помнишь интервью с… ммм…
Л:: …Жириновским! Да-да, у него тогда была маленькая однокомнатная квартира…
Э: Точно! Два стула и кровать! Мы сидели на стульях, он — на кровати, мы так его и фотографировали. Я попросила Лену мне помочь, потому что не всегда могла понять, о чем он говорит.
Л: А работать вместе всерьез мы все же стали в Cosmo.

C: А почему вы решили запустить именно Cosmopolitan?
Л: В то время и правда было два «советских» женских журнала, не было понятия «реклама», а крупные рекламодатели уже появились… Esteґе Lauder, к примеру.
Э: Мы решили начать с Cosmopolitan, так как в мире он — бренд номер один. Если бы не мы, то Cosmo непременно открыли бы другие.
Л: Эллен знала это лучше, ведь она жила в мире, где был Cosmo.
Э: Мы съездили в Америку, познакомились с создательницей Cosmo Хелен Герли Браун и поняли, что существует формат, очень продуманная формула. И эта концепция была нам близка.
Л: Поначалу нам казалось, что мы самые умные и все сами знаем. Но потом поняли: все, что нам говорили американские партнеры, каждый раз оказывалось правдой.
Э: Мы почувствовали взаимный интерес: для США Россия была далекой неизведанной страной.
И вот встал вопрос: кто же все-таки станет главным редактором нового журнала? Мы как-то сразу решили, что будем возглавлять Cosmo вдвоем. Это было необычно: нигде в мире такого не было. Лена должна была отвечать за текстовое наполнение, а я — заниматься организацией самого процесса и видеорядом. В то время по‑русски я говорила не так хорошо. Сейчас могу сказать, что у Лены была задача проще: в России полно хороших писателей…
Л: Ну, Эллен, это ты так думаешь. У меня тоже были серьезные проблемы. Если посмотреть на самые первые номера, мы видим, что редакторов в них вообще не было.
Э: Неужели правда было трудно найти хороших журналистов?
Л: Как раз какие-то картинки мы могли брать из американского журнала или покупать в агентстве. А российская школа журналистики была в то время «заточена» под газету «Правда». Как тогда учили? В тексте должно быть длинное теоретическое введение, главная часть и заключение: внушительная мораль — в соответствии с постановлением двадцать какого-то съезда… И было очень сложно найти людей с легким, «некондовым» языком, умеющих обойтись без словоблудия.
Э:Я все же хотела бы рассказать о своих трудностях. Представьте себе, в России в то время не было профессий фэшн-фотографа, стилиста, дизайнера, визажиста, не было известных моделей. Я попросила подругу-голландку приехать для съемки в гостинице «Советская». В магазинах было мало одежды, никто не видел смысла в том, чтобы давать свои коллекции на съемку (хотя это была прямая реклама для них!). Нас заставили все купить. И тогда подруга привезла какие-то вещи из Голландии. Это было неправильно: мы хотели снимать местные вещи. Сейчас смотрю на эту съемку и наслаждаюсь — это едва ли не лучшее в номере. Ну кроме Лениных статей, конечно. Так смешно — мы в первом журнале опубликовали выкройку! И еще для одного из первых номеров я отсняла квартиру моей подруги-американки. Мы решили сразу, что хотим на обложку Синди Кроуфорд. В первый год она появилась на ней, по-моему, раза четыре. И трижды — Клаудиа Шиффер.

Эллен: «Лена всегда знает, как решить проблему, а не ищет виноватых».

C: И как вы смогли осилить это технически?
Л: Первые номера делали в съемной квартире на Никитских Воротах, впятером. Тексты присылали написанные от руки, максимум — напечатанные на машинке. Был штатный наборщик. Корректор приходила к нам раза два в месяц и вычитывала сразу все макеты.
Э: Очень-очень важен был первый вынос на обложке: «Секс или шоколад»! Тогда это звучало примерно как звучит сейчас слово «оргазм» или что-то в этом роде.
Л: Нет, сейчас «оргазм» уже не произведет такую революцию! О сексе тогда писали только желтые издания. У нас же был ОЧЕНЬ глянцевый и качественный журнал. Роскошное издание — и вдруг про секс. Секс как естественная часть жизни, а не как запретная «клубничка» — именно это массово обсуждалось и цитировалось. Я четко помню, как вышел из печати первый номер. Ощущение было очень странным: формат американский, модель американская, съемки красивые «заграничные», но написан на чистом русском языке. Первый номер… Какой у него был тираж? Сорок тысяч?
Э: Или, может быть, шестьдесят.
Л: Так вот, тираж был продан за три дня!

C: Как думаете, каковы были составляющие этого успеха?
Э:Нам повезло: мы были первыми. Сейчас такое уже невозможно — такого опыта уже ни у кого не будет.
Л:: Невозможно представить такой быстрый финансовый успех и такую немедленную популярность, народную славу.
Э:И так странно, что это было всего пятнадцать лет назад. Мы ведь не говорим о столетии, но тогда не было ни магазинов, ни моды, ни русского Cosmo! Это исторический момент.
Л: История успеха Cosmo — это три обстоятельства. Гениальность бренда. То, что мы были первыми. И, наверное, то, что мы сумели удачно переложить его на русскую почву. В течение первых десяти лет, ну теперь мы уже можем сказать — пятнадцати, у нас запущены все сколько-нибудь значимые мировые журналы. Первый успех нам дался относительно легко. Но вот то, что мы сумели не потерять абсолютное лидерство, — реально наша заслуга. Сейчас наш журнал самый большой в Европе по тиражу. Даже практически в мире — везде, кроме США.

Эллен: «У нас до сих пор отличная команда.
Таких больше нет!»

C: Был какой-то особый принцип при наборе команды?

Э: У нас до сих пор отличная команда! Таких больше нет. Все работоспособные, демократичные, дружные, ни один не страдает звездной болезнью. Всю энергию мы привыкли вкладывать в дело — не в разборки, не в негатив.
Л: Для нас человеческие качества — это фактически часть резюме. Хотя, естественно, это нигде не прописано. Человек может быть суперталантливым, но если он именно как человек не хорош, он не приживется в редакции. Тут не та атмосфера.
Э: И по-настоящему умный, порядочный, сильный человек никогда не будет завидовать успеху другого. Мы всегда были рады, когда рядом с нами работали люди, которые были лучше нас.
Л: Это правда! Когда я читаю сегодняшний Cosmo, я вижу в нем себя: какие-то приемы, заголовки, стиль изложения, язык. Но это лучше, чем делала я. Все, что я хотела бы, только лучше: больше тем, больше разнообразия, фантазии.
Э: Лена Васильева ОДНА лучше делает то, что мы делали ВДВОЕМ. И мы этим можем только гордиться. Для нас это большой успех! Дело, начатое нами, процветает.
Л: И еще очень важно, что мы правильно поняли, когда мы можем уйти и на кого можем оставить журнал. Мы сделали ставку на Лену и не прогадали. Только Лена, никто больше на рынке, может делать это так хорошо.

C: Какие проекты вы помните до сих пор?
Э: Мы первыми начали проводить эксперименты. Хотя тогда это не было типично для Cosmo, а сейчас стало частью Cosmo-стиля.
Л: Я бы сформулировала наши основные отличительные принципы. Первый — это мощная обратная связь. В то время еще не было Интернета, но нам много писали. Мы считали, что наш читатель — это наш соавтор. Об этом часто пишут в учебниках. Для нас это было правилом жизни. Когда появился Интернет, мы первыми создали форум и всегда прислушивались к мнениям, высказанным на нем. Второй принцип — не надо изобретать велосипед. Если кто-то где-то в мире сделал нечто отличное, это надо найти и применить. И это делала Эллен. Она читала, наверное, все женские журналы — если не на всех языках мира, то уж точно на нескольких. Выдергивала оттуда странички, черпала идеи, что-то мы допридумывали и делали еще лучше. Потом мы первыми запустили приложения: «Магия», Beauty, Shopping. Ну и делали очень много вокруг Cosmo: вечеринки, невероятные проекты, конкурсы…

C: Один из важных вопросов — о возрасте целевой аудитории журнала. На какую девушку ориентировались вы тогда?
Э: На двадцатитрехлетнюю! Точно!
Л: У нас был придуманный, но конкретный образ читательницы: девушка Катя. Ей 23 года. Она заканчивает вуз и уже работает секретарем-референтом в западной компании. У нее есть водительские права и маленькая машинка. Если машинки нет, то Катя на нее копит. У нее есть бойфренд, они вместе снимают квартиру, но они не женаты. Детей у нее пока нет, хотя в будущем она планирует выйти замуж и родить ребенка. Символом девушки Cosmo была красная туфелька на шпильке.
Э: Она независимая и сексуальная.

C: Вы не считаете, что аудитория помолодела?
Л: Я часто читаю на нашем форуме, что Cosmo помолодел и что раньше он был интереснее. Эти девушки вспоминают статьи еще наших времен, Аркадия Инина, например. Ну это же было 10 лет назад! Конечно, сейчас для них журнал молод. Но это не Cosmo помолодел, это девочки выросли.
Э: И еще важная вещь. В Европе карьера развивается медленнее. Многие главные редакторы там не двадцати- и не тридцатилетние, им много больше. Конечно, и мы могли бы остаться, как Хелен Герли Браун остается по сей день во главе американского журнала. Но я считаю, что разница между главным редактором и читателем не должна быть больше 10−15 лет. На Западе нас многие не поняли, даже считали, что нас уволили.
Л: А мы стараемся, чтобы в команде были совсем молодые редакторы. Да, мы помним, какими были в 23, но вот каких мальчиков-певцов пригласить сниматься, какие посоветовать фильмы, музыку… Ведь музыка в 20, в 30, в 40 — это разные вещи.
Э: И сейчас я многое могу посоветовать Лене Васильевой… Скажем, насчет обложки или организации процесса. Или подкинуть вдруг какую-то идею. Но глобально это должен делать молодой, юный, активный человек.

C: Кого из первых авторов Cosmo вы помните?
Л: Интересно, что многие девушки, которые работали с нами первые три-четыре года, сейчас живут в других странах. Одна девочка из рекламного отдела — в Канаде, другая — в Сан-Ремо. Один из любимых первых авторов Люда Анохина — в Гонконге. Наша любимая ассистентка, прекрасный организатор, которая впоследствии ставила Cosmo-эксперименты, живет в Аргентине. Все у нас в команде прекрасно владели иностранными языками, что 15 лет назад было большой редкостью. Вот некоторых наших девчонок и порасхватывали заграничные женихи. Но большинство остались. Таня Ежова, Яна Лепкова … Интересная была история нашего любимого автора Этери Чаландзии. Этери замужем за Максимом Сухановым, с ним она познакомилась, когда брала интервью для Cosmo. И это не единичный случай. Ведь Cosmo — мир, вокруг которого всегда происходят чудеса. Cosmo — это жизнь. И вся личная жизнь его авторов и редакторов — в журнале. Любые переживания: влюбилась, рассталась, поссорилась с подругой, с мамой — на редколлегиях мы обсуждаем свою жизнь, пишем о собственных проблемах.

Лена: "Cosmo изменил нашу жизнь. Глобально!"

C:
На вашу жизнь Cosmo как-то повлиял?
Л: Cosmo вообще изменил нашу жизнь. Глобально.
Э: Я была политическим корреспондентом и никогда ничего не писала для женского глянца.
Л: А я преподавала в университете и была очень далека от этого мира… Самое интересное, что с тех пор каждая из нас добилась многого. Иногда, на мой взгляд, более значимого. И все равно мы с Эллен останемся первыми Cosmo-редакторами. Даже если Эллен, например, станет великим художником, а я — певицей, люди на улицах будут узнавать нас благодаря любимому журналу.

C: И все-таки, вам сложно было работать вдвоем? Неужели ни разу не случалось конфликтов?
Э: Никто не верит, но мы не ссорились. Я до сих пор этим горжусь. Точно знаю: Лена едва ли не самый честный человек в мире. Она всегда будет искать ошибку в себе в первую очередь и думать о том, как решить проблему, а не искать виноватых.

C: А какое ваше качество вам помогало?
Э: Ну это, наверное, лучше у Лены спросить…
Л: Эллен очень талантливый и добрый человек! Такой позитивный моторчик, солнышко.

C: Вне офиса вы сейчас часто встречаетесь?
Л: Эллен — крестная мама моего сына. Иногда она мне говорит: «Прости, вечером встретиться не смогу, у меня свидание». На вопрос «С кем?» она отвечает: «С твоим сыном!»

C: Значит, Cosmo повлиял все-таки на вашу личную жизнь!
Э: Лена стала реальной бизнес-вумен, она глава самого крупного издательского дома в России. А я остановилась на дороге творчества. Это все происходило сознательно.
Л: Отчасти это было связано с моим желанием и интересом, но это было и необходимостью. Ведь сначала я стала издателем Cosmo: нам было важно, чтобы «рулил» журналом человек, чувствующий формат журнала, особенности бренда, его специфику. Скажем, в свое время я настаивала на выпуске мини-формата, хотя противники были.
Э: Гениальное решение! Тогда наш тираж за год вырос вдвое. Очень продуманный ход. Важности таких коммерческих решений я на тот момент не понимала.
Л: И наш нынешний издатель Катя Кабакчи много лет проработала директором по маркетингу. В стенах Cosmo надо вырасти, чтобы им успешно руководить. Все люди, работающие у нас, любят и понимают этот бренд. Для нас эта преемственность важна.

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить