В ожидании перемен

Кто может лучше всех рассказать о том, что нас ждет через пару сотен лет? Как мы будем выглядеть, что носить? На эти вопросы нам ответили люди, которые по долгу службы регулярно заглядывают в будущее.

В ожидании перемен

Кто может лучше всех рассказать о том, что нас ждет через пару сотен лет? Как мы будем выглядеть, что носить? На эти вопросы нам ответили люди, которые по долгу службы регулярно заглядывают в будущее.



Я сторонник той идеи, что спустя сравнительно небольшое время мы вообще не будем выглядеть так, как выглядим сейчас. Изменится все, но мы даже не можем представить себе, насколько.
Кирилл Мурзин
концепт-дизайнер фильма «Обитаемый остров»

Мы работали над «Обитаемым островом» три года, из них год я рисовал, чертил, писал, продумывал все — от письменности до костюмов. Это огромный труд, ведь у Стругацких нет четких описаний всего этого. На первом этапе подготовки я рисовал все костюмы, а на стадии производ¬ства сконцентрировался на униформе, гражданском костюме, спецкостюме. Все вещи кроили и шили сами. И этот титанический труд проделали две девушки, Марина и Анна, два человека обшили почти всех героев фильма.
Действие происходит в будущем, но не самом отдаленном. Земля к этому времени — это место, где решены все вопросы, нет войн, и поэтому Максим, главный герой, прибывает на Саракш абсолютно беззаботным человеком. Он одет в белую майку и обтягивающие брюки — как для езды на мотоцикле, так одеваются его сверстники, он абсолютно типичный представитель своего времени. Если бы вместо Максима у нас была девушка, то на ней была бы одежда, подчеркивающая ее достоинства, очень женственная. И это бы резко контрастировало с тем, что мы видим на женщинах Саракша. Их костюмы очень жестко регламентированы. Общество разделено на сословия, и каждое из них носит по сути униформу.
Уже на Саракше Максим переодевается, надевает форму, костюм для допросов, ходит в одежде спецотдела — очень интересной, кстати, она выполнена из двух типов материалов: светоотражающего и матового. В ней он отдаленно напоминает супермена из старых фильмов. В фильме много узнаваемых вещей. Это сделано сознательно, чтобы зритель не отвлекался на додумывание деталей, касающихся внешнего вида героев, а сконцентрировался на драматургии. По ходу фильма Максим очень меняется, он превращается во взрослого человека, подвергается испытаниям и, возможно, где-то приближается к нам.

Пако Рабанн
дизайнер, архитектор, писатель, художник

Я сторонник той идеи, что спустя сравнительно небольшое время мы вообще не будем выглядеть так, как выглядим сейчас. Изменится все, но мы даже не можем представить себе, насколько.
Я всегда искал гармонии с эпохой, временем, в котором жил. Люди отстававшие говорили, что мои работы слишком направлены в будущее. Но как раз его и нет! Есть только прошлое, которое позволяет нам делать выводы, и настоящее. Просто я имею манеру очень громко говорить, почти кричать — и в творчестве тоже. Наверное, мой крик о настоящем и путают с будущим. Мое творчество называли провокационным, но делали это те люди, критики и цензоры, которые отстали от моды лет на 50. Возьмем, например, мое первое дефиле в 1965 году в Париже — я, первым в мире, сделал его под музыку. Это было диско.
«Что это за мода какого-то идиота? Кто это создал? Какой кретин?» — вот что я слышал всю жизнь в свой адрес. И меня это одновременно злило и стимулировало работать еще лучше и больше! Я люблю драться, люблю конкуренцию. Во времена экспериментов мне совсем не хотелось традиционной ткани, я работал с пластиком и металлом. Но при этом у меня нет любимого материала, мне нравится все, что попадает в мои руки и что приятно трогать. Я работал даже с пластиковыми бутылками и прессованным мусором! И с тканями самого низкого качества экспериментировал. Эти эксперименты давали мне возможность создавать новые образы.
Каждый, кто хочет быть дизайнером, должен понимать, что таланта самого по себе не существует. Есть чувство, которое сопровождается работой, работой и снова работой. Дизайнер не просто сидит, пьет кофе и принимает решения. Мы постоянно кроим, режем и шьем вещи. А когда ты представляешь свою коллекцию, то испытываешь такой стресс, который просто поглощает. Талант — это способность бороться и побеждать страх, стресс и продолжать работать.


Для меня будущего как такового не существует. Я просто стремлюсь делать современную моду для современных женщин.


Я часто говорю редакторам наших журналов: «Через полтора года все будет не так. Невозможно предугадать, как именно, но обязательно по‑другому. Надо быть готовыми к этому»..
Кэтлин Блэк
Президент Hearst Magazines,
(Cosmopolitan, Harper’s Bazaar, Esquire и другие журналы)

n Когда в 1995 году я пришла в Hearst, я была удивлена тем, что большинство сотрудников не пользуются электронной почтой. В то время редакции наших журналов были разбросаны по десяти разным местам, но вместо того, чтобы пользоваться электронной связью, сотрудники продолжали общаться с помощью телефонов, факсов и даже посылали записки с курьером. Сейчас никому и в голову не придет обходиться без интернета. Интернет-революция — событие, за время человеческой жизни происходящее лишь однажды, и, вероятно, нам не суждено увидеть больше ничего подобного. Но перемены обязательно произойдут, мы будем по‑новому работать, отдыхать и жить.
Я никогда не позволяла никому в Hearst Magazines называть наши печатные издания «СМИ старого типа», в отличие от электронных. Мы не собираемся позиционировать себя подобным образом потому, что сами не воспринимаем себя так. Журналы до сих пор остаются наиболее сформировавшимся и удобным переносным источником информации. Их легко брать с собой куда угодно, легко читать, им не нужны зарядные устройства, и они не оставляют пятен краски на ваших пальцах, как газеты. Журнал осязаем и реален, его можно держать в руках, перечитывать, хранить. Если вы попытаетесь изобрести более удобное информационное средство, вряд ли у вас получится что-нибудь, сильно отличающееся от журнала.
Наиболее зримый символ Hearst как компании, устремленной в будущее, — наше новое здание на Манхэттене. Hearst Tower стал первым небоскребом, построенным в Нью-Йорке после теракта 11 сентября, и первым «зеленым» зданием в городе, соответствующим высочайшим экологическим стандартам.

Олег Дивов
писатель-фантаст

Мне, как автору, небезразлично, во что одеты мои герои. Но это от меня не зависит. Они сами выбирают. Точнее, герои всегда одеты так, как должен был бы одеться в предлагаемой ситуации конкретный человек.
Хорошая фантастика всегда достоверна. Этот эффект достигается в первую очередь тщательной проработкой мелочей. Как говорится, ты можешь придумать мир, где люди ходят на головах, но тогда позаботься, чтобы у них на макушках были мозоли… Поэтому в нормальной фантастической книге персонажи одеты не абы как, а сообразно условиям действия, в том числе и по моде своего времени. Зачастую сама эта мода детально описана и тщательно обоснована автором. Это касается не только тех книг, действие которых происходит в будущем. В своем романе «Храбр» я тщательно реконструировал костюмы X века.
Если отвлечься от книг, а поговорить о нашем будущем и о том, как поменяется одежда, то, на мой взгляд, изменения коснутся в первую очередь материалов, «мембранные ткани» — только первый шаг. Предвижу высокий спрос на одежду, способную менять цвет и, возможно, конфигурацию по желанию владельца. Как только появятся легкие и мощные источники питания, станут востребованы костюмы с функциями обогрева и кондиционирования. Но это касается в основном технологических новшеств, а вот внешний вид повседневной одежды значительно не изменится. Только на уровне игры с деталями. Обращение к прошлому или заимствование деталей из очень узких специализированных видов одежды тоже часто дает неожиданный эффект. Заметили, как карманы брюк, пришедшие из стиля милитари


Тенденции в повседневной одежде, preˆt-a´-porter, haute couture постоянно меняются, идеи перетекают с уровня на уровень. Это всех устраивает. Значит, так и останется.

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить