Кому на Руси шить хорошо?

Зарубежные блоги пестрят заголовками типа «Настало время русских!», кто-то уже показывает кутюр в Париже, а кто-то копит деньги на первую коллекцию. И вроде процесс идет, и вроде все хорошо, и вроде развиваемся. Но так ли это?

Кому на Руси шить хорошо?

На этот раз мне было совсем не интересно разговаривать о вдохновении, становиться кирпичиком в строительстве чьего-то надуманного имиджа и давать оценку чужому творчеству. Моя цель — получить максимально приближенную к реальности картину модной российской действительности. И я решила поговорить с совершенно разными людьми из индустрии моды, способными дать адекватную оценку ситуации.

Молодым везде у нас дорога?

С Артемом Балаевым, генеральным продюсером Aurora Fashion Week в Санкт-Петербурге, я познакомилась в начале года. У него есть блеск в глазах, есть интерес к своему делу, и, кажется, он действительно хочет помочь молодым и талантливым.

Артем, не кажется ли тебе, что имидж российских дизайнеров в мировом сообществе улучшается?

Я так не считаю. Должно быть 10 таких брендов, как Ульяна Сергеенко и Гоша Рубчинский (каждый в своем жанре, конечно), тогда можно будет говорить о национальной узнаваемости, успешности наших дизайнеров, нашего региона на международном рынке.

Для кого сейчас организуются Недели моды?

В Нью-Йорке, Лондоне, Милане и Париже байеры работают с коллекциями до и после показов, журналисты предпочитают формат go see (в рамках которого есть возможность пообщаться с дизайнером и посмотреть коллекцию вблизи до шоу). В России проекты, подобные Aurora Fashion Week, пытаются сформировать правила игры пока для очень скромного по масштабам рынка дизайнерской одежды. Аудитория, которую мы хотим видеть на нашей Неделе моды, — это профессионалы индустрии, а также люди, которые своим вниманием к проекту могут повлиять на ее развитие.

И какие шаги следует предпринять для ее развития?

Во-первых, изменить образовательные программы в сфере моды. Очень сложно стать центром индустрии (как Париж или Милан), но можно стать центром образования (как Лондон, Антверпен, Амстердам), к тому же этот процесс не требует глобальных инвестиций. Во‑вторых, оказывать поддержку ярким харизматичным молодым лидерам, которые смогли бы привлечь внимание СМИ, инвесторов и общества в целом. Во всех областях — маркетинг, медиа, фэшн-дизайн, ретейл. Ну и, как и в любой другой сфере в нашем государстве, — внимание первого лица сыграло бы ключевую роль в развитии индустрии моды.

Какое сейчас настроение у молодых дизайнеров?

Их два типа. Первый: «Надо валить на Запад, здесь нет индустрии». И второй: «На Западе мы никому не нужны, надо развиваться в России».

Действительно ли это так, я решила спросить у молодого московского дизайнера, выпускницы Британской высшей школы дизайна Дины Фараджевой. Несколько лет назад я увидела ее на задворках дизайн-завода «Флакон» — она снимала чуть ли не первый свой лукбук. Последняя же наша встреча была в Берлине, на выставке Bread & Butter, где у Дины уже был собственный корнер.

Дина, стоит ли стремиться на Запад?

Самые большие сложности с выходом на зарубежный рынок связаны с нашим законодательством. Количество документов, необходимых для официального экспорта, просто поразило мое воображение, а это ведь только первый этап! Ну и общий уровень цен в европейских странах — тоже проблема, от которой никуда не деться. Оставаться конкурентоспособным на западном и европейском рынках, сохраняя московский уровень цен, практически невозможно.

Кстати, о ценах. Что определяет стоимость изделия?

Я всегда ориентируюсь на ситуацию на рынке. Мой сегмент — middle up. Насколько дорога была ткань и как высока аренда моего шоу-рума — это мои проблемы, они не должны касаться потребителя, вещь должна стоить адекватно и соразмерно своему внешнему виду и качеству. Я против завышенных цен, но и не считаю, что хорошее пальто может стоить пять тысяч рублей. Это неправильно.

С какими еще сложностями тебе пришлось столкнуться, работая над собственной линией одежды?

Самое большое испытание — это собрать достойную команду. Для каждого этапа работы нужно найти специалиста, которому ты доверяешь. Не стоит изображать, что ты человек-оркестр. Я очень тщательно отношусь к подбору работников и стараюсь ничего не шить на производствах у других дизайнеров, потому как нередки случаи плагиата. Запросто могут соорудить по твоим лекалам пальто или платье и себе, и подружке.

Что дало тебе обучение в Британской высшей школе дизайна?

Понимание того, как выстраивать процесс создания коллекций, где искать вдохновение, когда его нет, почему без обозначения целевой аудитории ничего не выйдет, как правильно чертить окат рукава и многое другое.

Сколько времени нужно молодому бренду, чтобы «раскрутиться»? Действительно ли все решают деньги?

Никакие деньги не помогут, если нет вкуса. Сколько есть дизайнеров, которые уже лет шесть делают показы, держат огромную студию, а, кроме подружек, о них никто не слышал. Но, с другой стороны, этого иногда может быть достаточно. На мой взгляд, нужно лет пять для того, чтобы создать образ бренда и сделать его узнаваемым. Главное — это постоянное присутствие на рынке и цельность. У нас считается чем-то обычным пропустить сезон, например. Но от этого только растет недоверие к бренду. Очень важна выверенная стратегия с самого начала, потому что изменить отношение к себе потом будет невероятно сложно.

Насколько важно и полезно для дизайнера участие в Неделе моды?

Полезность Московских недель моды остается для меня загадкой. От показа, скажем, в Лондоне фидбек даже в Москве будет намного сильнее. Но, конечно, когда байер известного универмага говорит тебе, что сотрудничество невозможно, потому что ты показы не делаешь и звезд не одеваешь, задумываешься. Хотя скорее на тему «Так ли нужен тебе этот универмаг?»

Все на показ

Участие в Неделях моды действительно спорный момент, и, к сожалению, в последнее время из профессионального это мероприятие перешло в разряд развлекательных. Кто сидит в первых рядах? Знаменитости, родственники дизайнеров, блогеры.

Фэшн-редактор приходит на показ работать, но чаще встречает не коллег по цеху, а сомнительных персонажей в нелепой одежде, жаждущих оказаться в каком-нибудь блоге. Российский феномен свободной продажи приглашений на показы объясняется банально."Мы вынуждены продавать билеты (хотя и в очень небольшом количестве) по идиотской причине: многие СМИ не ставят анонс Недели моды, если на это событие не могут попасть их читатели. Анонсы Неделе нужны, они повышают ее статус, поэтому у нас не остается выбора", — объясняет Артем Балаев.

Однако следует отдать Aurora Fashion Week должное: за правильной рассадкой здесь строго следят, чего, к сожалению, не скажешь о более масштабных модных мероприятиях, проходящих в столице.

Кто же из посетителей показов в дальнейшем становятся клиентами марки? В беседе с Евгенией Малыгиной, дизайнером культового петербургского бренда Pirosmani, мы затронули весьма интересную тему особенности современного потребительского поведения.

Евгения Малыгина: «Люди научились потреблять визуально. Они могут просто насладиться идеей и концепцией, сфотографировав вещь и повесив фото в Facebook и Instagram. Даже просто «лайк» запускает процесс внутреннего одобрения и ощущения причастности, минуя факт покупки. Очень часто нам пишут, что хотят приобрести что-то, просят отложить, но так и не приходят. Такое вот виртуальное потребление. Да и правда, зачем вообще из дома выходить? Можно просто надеть любимые треники с начесом за 300 рублей, «полайкать» классную моду и сесть смотреть сериал. Я бы хотела, чтобы мы вернулись немного в то прошлое, когда все было ценно, одежду носили аккуратно и долго. Сейчас же поносил и выбросил, потому что вещей много и они недорогие. Одежда в наше время стоит дешевле, чем еда. Такого вообще быть не может! Я вот смотрю на юбку из магазина «все по 300 рублей», сколько там швов, кнопок, строчек, думаю, как это возможно? Мы вот точно не сможем проконкурировать подобным образом. Собственно, концептуальный бренд не может существовать без финансовой поддержки. На самоокупаемости выживают только те, кто производит понятную для основной массы одежду большими партиями.

Почему вы только в этом году открыли свой шоу-рум в Москве?

Потому что только сейчас появилась такая возможность. Я перепробовала разные варианты и поняла, что самое лучшее — это своя точка продаж. Каждый день у тебя какие-то денежные поступления, которые дают возможность работать дальше. Конечно, если есть какой-то сторонний проект, приносящий деньги, то можно спокойно разместить коллекции в разных местах, магазинах, шоу-румах. Но надо быть готовым к тому, что в таком случае деньги пускаются в долгосрочный цикл.

За тканями Евгения, как и большинство русских дизайнеров, отправляется в Италию. Несомненно, это сказывается на себестоимости готовых вещей, однако альтернативы нет. Невозможно, сохраняя качество, снижать цену в данных условиях. У Pirosmani собственная наценка минимальна, именно поэтому им неинтересно работать с магазинами, которые требуют оптовые цены ниже себестоимости, а в период распродаж еще и дополнительные скидки.

Известный блогер Светлана Падерина большую часть своих постов посвящает российской моде. Стало быть, ситуация знакома ей не понаслышке.

Светлана Падерина: У нас, знаете, как в плохом анекдоте: слово есть, а индустрии — нет. Потому что индустрия моды, в частности производство одежды, должна начинаться с текстильной промышленности. А она у нас в упадочном состоянии. Это первая проблема. Вторая — образование. К сожалению, системы преподавания дизайна и конструирования одежды в нашей стране непростительно устаревшие, отсюда колоссальный разрыв между теми знаниями, которые студенты получают в вузах, и тем опытом, который выпускники получают на практике. Как итог — для индустрии нет базы. Но есть и хорошие новости: мы в состоянии эту базу создать, хотя бы на уровне преподавания.

Чем же объяснить твой повышенный интерес к российской моде?

Я стараюсь не ставить в голове барьеры между российской и всей остальной модой. Когда я в Москве, я общаюсь с отечественными дизайнерами, потому что они рядом; когда уезжаю в Голландию, изучаю индустрию там; появляется возможность посетить миланские показы, вникаю в особенности итальянского стиля, и так далее. Важно, чтобы российские дизайнеры поняли: они должны заслуживать интерес к себе своими работами, а не тем, что они российские.

Подводя итоги, можно сказать, что время, когда Слава Зайцев вдохновлялся павловопосадскими платками, а позже Денис Симачев отточил линию гжели до коммерческого совершенства, прошло. Прогресс в дизайнерской мысли все-таки есть, и появилось много талантливых молодых дизайнеров с уникальным почерком, не пытающихся эксплуатировать русскую тему. И им хватает смелости продолжать творить, не покидая пределов родины. Мы всячески поддерживаем этих ребят и начиная со следующего номера будем регулярно рассказывать о новых интересных марках, о которых можно ничего не знать просто потому, что они не ведут активную жизнь в социальных сетях.

Своими глазами

Предлагаю пройтись по магазинам. Вероятнее всего, у тебя появятся новые фавориты как альтернатива поднадоевшим зарубежным брендам:

Интернет-мазагины:

  • www.dressone.ru http://aizel247.ru (Konstantin Gayday, Ruban, Tzipporah, Vika Gazinskaya, Walk of Shame и др.).
  • http://www.ekepeople. ru/ (Dasha Gauser, Lena Vasilyeva, Ruban и др.).
  • http://www.pirosmani.info/ (Pirosmani). 8-store.ru/ (большой выбор молодых марок)

Москва:

  • ЦУМ: ул. Петровка, 2 (Alena Akhmadullina, Chapurin, Alexander Terekhov, Viva Vox, Lublu by Kira Plastinina, Victoria Andreyanova и др.).
  • Tsvetnoy Central Market: Цветной б-р, 15, стр. 1 (Alexander Terekhov, Cyrille Gassiline, Pepen, Arsenicum, Viva Vox).
  • KM20: ул. Кузнецкий мост, 20 (Gosha Rubchinskiy, Vika Gazinskaya, Serguei Teplov). Podium Concept Store: ул. Кузнецкий мост, 14, стр. 1 (Ulyana Sergeenko).

Санкт-Петербург:

  • Бутик Babochka: Невский пр-т, 21−23а (Alexander Terekhov, Chapurin, Tzipporah).
Текст: Ольга Бохан. Фото: Legion-media, Getty Images/Fotobank.ru Из архива героев
 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить