Принципиально принцесса

«Ах ты, бедная моя трубадурочка…» — так и хочется спеть себе самой накануне новогодних каникул.

Принципиально принцесса

«Ах ты, бедная моя трубадурочка, посмотри, как исхудала фигурочка!" - так и хочется спеть себе самой накануне новогодних каникул.

Ну, насчет исхудала, это я, конечно, не знаю… Но в том, что Новый год представляет собой Рубикон, до которого нужно добежать, доползти, дотащиться, дойти до ручки; собрав последние силы в кулак, одним последним отчаянным прыжком перемахнуть его, упасть без сил на мать сыру землю, потом подняться, отряхнуться и весело побежать праздновать — вот в этом сомнений нет.

А кому сейчас легко?

Кто придумал, что перед Новым годом нужно сделать ВСЕ дела? Включая и те, которые ты вообще делать не собираешься и не собралась бы никогда, если бы не этот предновогодний запал?

Мало того что твоя родная работа каждый раз перед НГ подкладывает тебе солидную свинью.

— Если мы не сделаем все сейчас на полгода вперед, мы не сможем спокойно отдыхать десять дней!

По-моему, это миф, что, отпраздновав Новый год, все, кто только может, стремительно разъезжаются в увлекательные путешествия — кто на дачу, кто на Мальдивы, кто в Великий Устюг. Тут, конечно, пригодились бы все десять каникулярных дней. Но обычно все только собираются, а потом никуда не едут. И уже числу к шестому, подъев и выпив все праздничные запасы, общественность кукует перед телевизором (где по каждому каналу идет Comedy Club), изнывая от желания скорее пойти на работу. Лично мне вполне хватило бы и пяти дней отдыха! А если бы не хватило (а вдруг все-таки на Мальдивы?), я бы взяла за свой счет.

Тем не менее, каждый год мы упорно освобождаем себе эти необъятные, непреодолимые десять дней ценою нечеловеческого напряжения всех сил и ресурсов с двадцать седьмого по тридцать первое. И вместо свежего, радостного человека, готового войти в новый год с весельем и самыми лучшими помыслами, мы получаем отварную креветку, готовую скрючиться прямо за столом сразу же после курантов. Лучше бы лишние пять дней отдыха были у нас не после, а перед! Выспаться. Прогуляться по магазинам. Нагулять себе хороший цвет лица. Прошерстить Интернет в поисках оригинальных рецептов и подарочных идей. Подумать о душе.

Ведь нужно же закупить все эти подары, подарищи, подарки и подарчулечки, да еще и упаковать их (а на пакетах, скопившихся в кладовке, как назло, сплошные «С днем свадьбы» и «С днем рожденья»)! Нужно забить закрома шпротами, апельсинами, крабовыми палочками, коньяком, а на балконе водрузить связанную — руки по швам! - елку. Нужно заранее засунуть в морозильник шампанское, а в духовку — буженину, и при этом не перепутать! И поливать, поливать эту буженину с ног до головы каждые полчаса в течение сорока восьми часов, а то буженина получится невкусной…

НУЖНО ЗАРАНЕЕ ЗАСУНУТЬ В МОРОЗИЛЬНИК ШАМ-ПАНСКОЕ, А В ДУХОВКУ — БУЖЕНИНУ. И НЕ ПЕРЕПУТАТЬ!

Мало того. Перед Новым годом появляется еще целая категория дел, которые вообще не стоило бы делать. Но ты их делаешь, потому что под Новый год их делают все.

Например, поздравительные открытки своим деловым партнерам. «Помнишь, мы не могли вспомнить, как зовут эту, в шапочке? Так вот она открытку прислала!" А также бывшим одноклассникам, уже 10 лет живущим в Иерусалиме, Сиднее, Лос-Анджелесе и других местах, не существующих в реальности. Их вполне можно отправить и в новом году. Но — скажу вам больше! - их можно и вообще не отправлять. Адресаты только спасибо скажут — им не нужно будет писать ответ. Но нет. Рассылкой предновогодних приветов ты заполняешь и те жалкие крохи времени, которые чудом уцелели после работы, подарков и буженины.

Затем — исполнение прихотей своих многочисленных родственников, желающих что-нибудь сделать непременно в этом году. «Надо съездить к тете Норе еще в этом году!" Почему в этом? Какая разница? «Надо обязательно до Нового года свозить бабушку и Лялю на кладбище к дяде Мише!" Не хочется, конечно, ничего говорить про такие трепетные материи, как вечное упокоение, но кому-кому, а дяде Мише точно все равно.

Дедушку к нотариусу можно отвезти и в новом году. Более того, его можно вообще туда не везти! Потому что его идея — обязательно в этом году составить завещание — преждевременна, надеюсь, лет на пятнадцать. А учитывая безумный график последних дней, вообще не ясно, кто должен заверять свою последнюю волю — он или я. Кроме того, непонятно, что он собирается так торжественно завещать — свою каракулевую шапку «пирожок» и подшивку журнала «Нева» за двадцатый век?

Но дедушке тоже хочется иметь дела, которые необходимо сделать до Нового года, потому что иначе он чувствует себя исключенным из актуального жизненного процесса. И вот утром тридцатого декабря, когда ты могла бы, наконец, отринув мирскую суету, погрузить свое трепещущее инь в деловитую неспешность салона красоты, ты подбираешь у подъезда своего бравого деда в пальто на ватине и не завещанной еще каракулевой шапке, грузишь его в свое механическое транспортное средство и рулишь в нотариальную контору.

Там сидит худенькая, а может быть, кругленькая девушка-нотариус (до чего противное слово!). На лице, а также на голове и в одежде те же следы отчаянной предновогодней гонки. Вы обмениваетесь с ней понимающими страдальческими взглядами. Ей тоже хочется в салон красоты.

И вот тут мы подходим к самому основному месту нашего повествования — к сказке о Новогодней Принцессе.

Сказка о Новогодней Принцессе

В наши дни не так уж часто встретишь на улице принцессу. Точнее не так — принцесс-то полным полно. Каждая первая. Только принцессы в последнее время слегка мутировали.

Принцессы уже не носят каждый день золотые туфельки с хрустальными гвоздиками и перламутрово-розовые платья с воланами и кринолином. Они носят казаки, кроссовки и кроксы. Джинсы-стрейч и пальто из твида. Толстые вязаные свитера, красные колготки и колготки с веселыми лягушатами. Гетры и ботфорты, шорты и брюки милитари с таким количеством карманов, что на то, чтобы найти в этих карманах затерянный список продуктов или резинку для волос, требуется чуть ли не десять минут.

В руках принцессы носят не маленькие атласные сумочки на золотой цепочечке, а рюкзаки, торбы, портфели и кейсы для ноутбука. А на голову надевают не корону и даже не диадему (которая лично мне кажется самым подходящим аксессуаром для принцессы), а шапки с помпонами, кепки, шляпки, ушанки и даже пи… ну разве я виновата, что этот фасон именно так и называется?

Волосы у принцесс все реже вьются красивыми золотистыми кудельками. Они торчат в разные стороны, выкрашенные в красный цвет. Или топорщатся ежиком на затылке. Или завязываются на макушке возмутительным тычком в виде кички или кичкой в виде тычка, невероятно модным в последнее время. Да что там, есть даже совершенно лысые принцессы! С серьгами в носу, в бровях, в губах, с татуировками на ушах, с браслетами из бритв, ирокезами, «тоннелями»… Да, вот такие теперь принцессы, просим любить и жаловать!

ЕСТЬ ДАЖЕ СОВЕРШЕННО ЛЫСЫЕ ПРИНЦЕССЫ! С СЕРЬГАМИ В НОСУ И ТАТУИРОВКАМИ НА УШАХ!

От принцесс должно пахнуть розочками и мятной конфеткой, а от них пахнет бензином и духами «Гараж» от Комм де Гарсон.

Принцессы должны говорить нежными, как серебряный колокольчик, голосками и ходить маленькими приставными шажками, а они хохочут во все горло над неприличными анекдотами, носятся по лестницам, прыгая через три ступеньки, и показывают средний палец в ветровое стекло!

Ну, а кроме того, у принцессы должен быть принцессный характер. Она должна беспрекословно слушаться своего отца-короля. Терпеливо и трепетно ждать своего принца. И милостиво повелевать своими подданными. А вместо этого? Отец-король то и дело срывает парик и кричит: «Все! Ухожу в монастырь!" Принц застрял где-то в баре со Стасом и Витьком и ждать его терпеливо нет никакого терпения. А подданный у нас только один. Называется «я сама», и относимся мы к нему порою совсем не милосердно. Особенно перед Новым годом, когда все вокруг горит, плавится и рушится. Слава богу, хоть дедушка остался доволен, и то дело!

Нет, я не говорю, что принцессы выродились или измельчали, что им пора взяться за ум, или что не та уже принцесса пошла, как в старые добрые времена, — нынешние принцессы просто участвуют в других сказках, а может, все в тех же, но на новый лад.

Но дело в том, что в Новый год каждая принцесса хочет вспомнить ту самую сказку — где она в золотых туфельках, в платье с кринолином, с кудельками и, возможно, даже в диадеме.

Вот тут-то и начинаются сложности.

Золушка, у тебя золотые ручки…

Теоретически с превращением в классическую принцессу из новогодней сказки нет никаких проблем. В магазинах есть все — и золотые платья, и платья из серебряной парчи, и хрустальные туфельки, и сверкающие стразами диадемы, и вечерние перчатки до локтя, и наклейки для век из кристаллов «Сваровски», и невидимые, как паутинка, переливчатые чулки, и средства для тела, уже при однократном применении способные придать, как сообщает аннотация, «невыносимый мерцающий блеск», и голографические тени для глаз, и помада «Сияние жидкого золота», и спрей-блеск для волос «Звездное очарование»… Словом, все, что только может присниться принцессе в сказочном новогоднем сне.

Но практически… Начнем с самой очевидной проблемы — времени. Время, время, ты меня убиваешь! Даже если оно все-таки найдется на то, чтобы посетить пару-тройку-пятерку-восьмерку (стремится к бесконечности) магазинов, чтобы выбрать тот самый наряд. Не просто хватануть в спешке, чтобы уже наконец что-то купить (а потом окажется, что платье не только не сидит и не идет, но еще и с порванной молнией). Подготовить наряд вместе с колготками — кто-нибудь бегал по району в поисках колготок в десять вечера тридцать первого декабря? С подходящей для выхода верхней одеждой — а вариант золотого платья, торчащего из-под пуховика, потому что на нарядном пальто в самый ответственный момент не оказалось пуговицы, проходили? С туфлями — казалось, что розовый топ с голой спиной будет прекрасно смотреться с зелеными туфлями, но, когда все это было надето вместе, выяснилось, что это не тот розовый и не тот зеленый… Было?

Даже если все эти милые подробности, всегда выясняющиеся неожиданности будут вычислены и обезврежены, у кого, скажите, есть время, чтобы подготовить себя к этой новогодней красоте? Возможно, у тех девушек из рекламы, у которых ко дню свадьбы всегда ослепительно белые зубы, но только не у меня, клянусь. Клянусь я себе и в том, что именно в этом году обязательно планово похожу в солярий, чтобы открытые в принцессном платье части организма не напоминали аппетитную бледную поганку. Клянусь, что все сделаю заранее — подтяну животик и выщиплю брови, не допущу прыщика в середине обнаженной спины, дня за четыре покрашу волосы и сделаю стрижку и все такое прочее. А на самом деле? Эхе-хе. Кто, скажите, умеет намазывать автозагар так, чтобы не было пятен? Кто умеет красить волосы в ванной самостоятельно (дедушка со своим нотариусом забили осиновый кол в могилу моих планов по красоте) так, чтобы уши после этого не были коричневыми? Кто умеет выщипывать брови за полчаса до выхода к новогоднему столу так, чтобы выщипанные места не становились красными и опухшими, как у какого-то фазана? Клянусь, не я.

А все потому, что я отвыкла быть сказочной принцессой. Обычной, не сказочной — сколько угодно. И тем разительнее, и тем мучительнее трансформация. Это в кофте-кенгурухе можно сутулиться и размахивать руками. А в вечернем платье? Это в кедах «Конверс» можно шаркать и загребать ногами. А на семисантиметровых каблуках? Золушка, у тебя золотые ручки, немедленно надень Марианне туфельку! Принцессное облачение сопротивляется и не хочет даваться неумехе. Тонкие, как паутинка, чулки рвутся, когда пытаешься их натянуть. Узкое элегантное платье не пролезает при надевании через попу и застревает самым нелепым образом при надевании через голову. Духи неожиданно оставляют на нежном шелке жирные пятна. Подзасохший с прошлого Нового года блеск, который ты собираешься нанести на плечи, колени и в зону так называемого декольте (мы же не станем говорить — на кости грудной клетки?) не выдавливается, не выдавливается, а потом как плюнет на юбку! И ты, в страшной спешке пытаясь превратиться из симпатичной, но обыкновенной гусеницы в нарядную, но несколько обезумевшую бабочку, уже с тоской думаешь: как хорошо было в халате! Зачем мне все это надо? А может, плюнуть на все и надеть майку и тапки-балетки — и сойдет?

И, наконец, третья опасность. Принцессы, уставшие от повседневности, иногда вкладывают в свое чудесное превращение слишком, слишком много души. Все, что только может быть обнаженным, обнажается. Все, что только может блестеть, покрывается блеском. Все, что только может благоухать, благоухает.

И золотое платье, и накидка из серебряной парчи, и хрустальные туфельки на каблуке и одновременно на платформе, и сверкающая стразами диадема в сочетании с не менее сверкающими заколками, и вечерние перчатки до локтя, и переливчатые чулки в сеточку, и кольца, и браслеты, и серьги, и ожерелья, и средства для тела, придающие и впрямь «невыносимый мерцающий блеск», и голографические тени для глаз, и помада «Сияние жидкого золота», и спрей-блеск для волос «Звездное очарование»… Хватило бы на пяток принцесс и еще немножко бы осталось, чтобы осчастливить бедных пастушек.

Нет, в следующем году все обязательно будет по‑другому! Я все успею, все сделаю заранее, все учту…

И обязательно загадаю желание, чтобы в новом году у меня было чуть больше времени, чтобы подумать о себе, чуть больше денег, чтобы порадовать себя, чуть больше друзей, чтобы радоваться вместе со мной, чуть больше любви, чтобы придавать всему этому ускорение. И гораздо больше праздников, чтобы никогда не забывать о том, что я принцесса, хотя и только учусь!

Карету мне, карету! Ура!

…Черт возьми, где моя вторая туфелька? Посмотрю под шкафом…

Нина Гечевари

Фото: HMI

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить