Наш герой: Кирилл Жандаров

Кирилл Жандаров — очень востребованный актер. Когда он давал интервью, телефон все время трезвонил, и приходили sms о предложении очередного сценария.

Наш герой: Кирилл Жандаров

Кирилл Жандаров — очень востребованный актер. Когда он давал интервью, телефон все время трезвонил, и приходили sms о предложении очередного сценария. Их у него накопилось уже на несколько лет вперед. «Сватают» популярного красавца на разные роли. Но от злодеев и негодяев он в последнее время отказывается — наигрался отрицательных персонажей. Ведь в жизни он веселый и открытый человек, примерный семьянин и верный друг.


COSMO: Помнишь свою первую роль?

КИРИЛЛ ЖАНДАРОВ: Она не указана в фильмографии. Впервые я снялся у Юрия Мамина. Даже не помню, как фильм назывался. Я стоял в каске, мне дали коробку и сказали, что это очень секретный прибор, который сейчас родит Минотавра. Я держал коробку крепко и делал вид, что сейчас что-то случится. Минотавра, правда, так и не увидел. Как не увидел и ту работу. Один раз появился в сериале Дмитрия Месхиева «Линии судьбы». Пошел туда, потому что в массовку пробовалось полкурса. В кадре, правда, «шли» только мои ноги. Потом уже были «Три цвета любви», на который меня привела ассистент по актерам Александра Колонистова. Играл роль одного из героев в молодости.

C: На что потратил первый гонорар?

К: Я съездил в Болгарию и купил себе «Плейстейшн». Правда, сейчас не играю, а смотрю на нем dvd-фильмы.

C: Как думаешь, какое у тебя амплуа?

К: Парадокс, но в разных городах — разное. Когда-то играл злодеев. Поначалу мне это нравилось, а потом надоело. А мне продолжали предлагать таких персонажей. Попробовал характерные роли — тоже понравилось. А вот положительный герой мне был не особо интересен. В Петербурге недавно сыграл советского парня шестидесятых годов у Андрея Либенсона. В проекте с Игорем Петренко я гиперположительный семьянин. В Москве играю и характерные роли, и положительные, и отрицательные. А в Киеве мне дают абсолютно разноплановых персонажей.

У меня есть двойник, я с ним даже общался, только он пишет с ошибками…

C: У тебя есть свой фан-клуб?

К: Поклонницы предлагают его создать и даже придумали варианты названия. Но я отказался, предпочитаю общаться в Интернете. Кстати, у меня есть и двойники. Один псевдо-Жандаров постоянно отвечает фанаткам на вопросы. Я с ним на днях пообщался. «Кирилл» рассказал, что он ест пельмени, что у него все хорошо, что он сейчас снимается в кино. Причем назвал фильм, в котором я снимался год назад. И выложил кучу фотографий. Лично я этому рад: он поддерживает хороший имидж актера Жандарова. Единственное: пишет с ошибками. Это печально.

C: Какое место в твоей жизни занимает театр, а какое — кино?

К: Когда-то Елена Яковлева ответила мне на точно такой же вопрос. Я спросил о разнице между кино и театром. Она сказала: «В театре громче!» Много лет я твердил: «Кино-кино-кино…» В то же время отдаю себе отчет, что с марта прошлого года у меня не было выходных. И понимаю, что из восьми проектов могу выделить два эпизода, которые были у гениальных режиссеров Снежкина и Хотиненко. Остальное — ремесло.

C: Значит, главнее все же театр?

К: Не сказал бы. Не люблю долгие репетиции, я быстро перегораю. Но когда выпускал спектакль «Коварство и любовь» в Москве с Ниной Чусовой, почему-то радовался, что было много репетиций. Меня позвали в проект неожиданно. Был на гастролях, позвонили, предложили участвовать в антрепризе. Обычно в таких случаях я говорю «нет», антреприза для меня неинтересна, это как художественная самодеятельность. Но мне назвали две фамилии: Чусова и Шиллер. Сразу согласился! И мне этот спектакль много дал. Так же, как в БДТ, я начал получать удовольствие от «Дядюшкиного сна». Раньше я его не чувствовал, хотя рядом были и Олег Басилашвили, и Алиса Фрейндлих. Думал: «Боже, как это сложно!»

Кто-то говорит: «Театр нужен для раскрутки». На самом деле театр никак не может тебя раскрутить. Это ты будешь раскручивать спектакли потом, со временем. Для того чтобы стать кем-то в театре, ты должен стать кем-то вне. Есть другой путь: пахать изо дня в день, доказывая, что ты гениальный театральный актер. Басилашвили мне когда-то сказал, что если б не было кино, он не стал тем артистом, который есть сейчас. Но и если бы не было БДТ, он не смог бы делать в кино то, что делал.

C: Что дает тебе общение с такими мастодонтами, как Басилашвили, Фрейндлих, Яковлева?

К: Это люди, которые сделали советский кинематограф. Они учат тебя. Но не так, чтобы «потыкать» носом в ошибки. Они реально помогают. Настраивают на нужный лад. Алиса Бруновна мне как-то сказала: «Ты повел глазом, в кино это было бы классно, а в театре не видно. В театре ты должен повести головой и глазом». А Олег Валерианович просто взял меня за руку и ведет. Он часто заходит перед спектаклем, спрашивает, как дела. Рассказывает о своей жизни. Все эти люди хотят что-то мне дать. И когда они предлагают свои знания, я счастлив. Недавно вот разговаривал с гениальным режиссером Андреем Звягинцевым, многое почерпнул. Он перевернул мое представление о профессии вообще. Рассказал о технике. Почему зарубежные актеры так быстро произносят текст, не делая пауз? Они держат в голове главную мысль. Пересмотрел «Вокзал для двоих» и понял, что Басилашвили поступает точно так же: говорит без остановки. Донести до зрителя главное, вот что важно.

C: Ты состоялся не только в профессии, но и недавно женился. Расскажешь историю своей любви?

К: Мы познакомились случайно. Я как-то пришел в театр очень рано, часам к четырем, и мы с другом собрались за шампанским — после спектакля были посиделки. Я спускался по лестнице, уже на выход. Зашла девочка, мы разминулись на ступеньках. Но она мне очень понравилась. Посмотрел на нее снизу вверх и подумал: «Ну, оглянись, дай посмотреть на тебя еще раз». Она оглянулась, мы встретились глазами, и что-то случилось. Захотелось ее догнать. Потащил друга в буфет, потому что подумал, что человек за кулисами может идти только туда. В буфете никого не было. Она сидела в курилке. Я уселся напротив и смотрел на нее, не отрываясь, минут десять. Ей это жутко не понравилось. «Что ты смотришь, — говорит, — издалека? Если хочешь рассматривать, сядь рядом». Она думала, не сяду. А я с удовольствием подошел. Надя спросила, кем я работаю. Я соврал: осветителем. Девушку не смутило, что я не актер, и мне это очень понравилось. На нашем маленьком банкете после спектакля она тоже очутилась… Недели через две мы с Надей начали общаться. И вот как-то сидели в кафе, и я понял: хочу, чтобы Надя всегда была со мной. Сделал предложение. Была трубочка в соке, скрутил ее в форме кольца, и Надя сказала «да».

К: В день свадьбы была неприятная ситуация. Утром доброжелатели прислали моей невесте папку, где было очень много фотографий. Я на съемках с девушками, я в жизни с девушками… В общем, девушек было много. И она так испугалась! Я позвонил и объяснил: «Это фотографии из старой жизни. А в новой жизни их не будет. Так ты согласна?» Надя снова ответила «да!». Мы поехали и тут же расписались. Я еще какое-то время не понимал, что женат. А сейчас понимаю. И мне это очень нравится. Готовлюсь к появлению малыша. Спрашиваю, что да как. Вот мои друзья, Ваня Жидков с Таней Арнтгольц, живут вместе, у них ребенок есть, Маша — чудное существо. Я спрашиваю: «Вань, как это — ребенок?» «Как я, только он меньше, — отвечает Ваня, — понимаешь, я папа!» И я понимаю, что я муж, и папой тоже смогу стать.

C: А как у вас в семье распределяются обязанности?

К: Все просто: муж сказал, жена сделала. Шутка, конечно. Я мою посуду. Готовлю иногда. Жене, кстати, это нравится — кулинарией радует меня Надя. Она не любит, если я разбрасываю вещи. Сейчас уже более-менее начал складывать в одно место. А вообще мы абсолютно понимаем друг друга. Бытовуха ест многих, а у нас нет проблем. Можем поссориться из-за мелочи, но я считаю это глупым, и Надя точно так же считает. У нас в семье полное доверие.

C: Твоя актерская ветреность отступила? И желание общаться с противоположным полом тоже?

К: Я же вижу постоянно девушек. Актрис, моделей, просто симпатичных. И смотрю на них так: «Эта дама могла бы быть с кем-то, но уже не со мной…» У меня много актрис-подруг, с которыми я могу просто общаться. Оля и Таня Арнтгольц, Света Иванова, Карина Разумовская, Настя Панина, Эвелина Бледанс. Жена никогда не ревнует. А у Нади, кстати, больше друзей-мужчин. Главное — всех со всеми познакомить. Я могу позвонить другу жены и, если она не слышит телефон, попросить его дать Наде трубку. Или после спектакля в Москве с Таней Арнтгольц отдохнуть.

C: В плане творчества Надя тебя поддерживает?

К: Я даже даю ей сценарии почитать. Мы говорим о фильмах, о книгах, о музыке и живописи. Актеры и фильмы — мой конек. А музыка и картины — жены. Она знает, какие агенты звонят, что у меня за работа. Недавно нам предложили Выборгский кинофестиваль вдвоем открывать. Будет интересно. К слову, я иногда снимаю короткометражные фильмы на телефон. Надя играет в них роли. И она это дурачество тоже поддерживает, а мне приятно.

У моих друзей есть ребенок. И я вдруг понял, что я муж, и папой тоже могу стать!

C: Нет желания переехать в Москву?

К: Я там был, мне не понравилось. Тогда я там находился как поступающий студент. Сейчас мне как актеру предлагают конкретные спектакли и приглашают в труппы в театры. Надя говорит: «Тебя БДТ принял, и у тебя хорошие отношения со всеми, зачем что-то менять?» Я с ней согласен!

C: Неужели ни с кем не ссоришься?

К: Ссорюсь. Могу сказать правду, даже Олегу Валериановичу. «Ты неправильно делаешь, — однажды взвинтился он на репетиции, — представь, что на тебя наставили дуло пистолета». И объясняет, что я дальше должен играть. А я ему: «Не так!» И рассказываю свою историю, когда на меня действительно наставили дуло пистолета. Он в итоге со мной согласился!

C: Ты устаешь от публичности?

К: В Питере меня почти не узнают. Кепку надел — и ты спокоен. Да, перед театром стоят люди. Даже неудобно перед коллегами, что девчонки тормозят мою машину, требуют автографов. Но это приятно.

C: Ты согласен с теми, кто говорит, что русское кино мельчает?

К: Я думаю, у нас все будет хорошо.

Я знаю много режиссеров, которым можно доверить деньги, и они снимут качественное кино. Но вопрос в том, что мало кто сейчас гонится за качеством. Вот Тимур Бекмамбетов сделал свою студию, снимает классные блокбастеры. Почему он нас бросает и ориентируется на Америку? Еще сейчас существует проблема сценариев. Невозможно читать то, что пишут. И ведь это еще кто-то утверждает. Однажды я сам попытался написать сценарий полного метра, над первой частью работал полтора года! Не мог диалоги прописать, чтобы было интересно. В итоге я отшлифовал первую часть, но тут сгорел компьютер. Я все равно этот сценарий когда-нибудь допишу! И если у нас появятся хорошие сценаристы, кино станет интересным. Не зря же тот же Бекмамбетов сделал свой сценарный институт. И еще: люблю молодых ребят, которые «горят» на работе и действительно хотят снимать, а не зарабатывать. Они бьются с продюсерами за свои идеи. Считаю, что если будет больше таких творцов, у нас все получится.

С Кириллом Жандаровым разговаривала Наталья Черных
ФОТОГРАФ: ДУСЯ СОБОЛЬ. ВИЗАЖ/СТИЛЬ: МАРИЯ БЕЛОДЕДОВА

Благодарим галерею Anna Nova за помощь в организации съемки

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить