Кто занимается наукой на Урале?

Ученый — это не обязательно «злой гений», дядька в бороде и в очках. Наукой занимаются молодые, симпатичные, веселые.

Кто занимается наукой на Урале?

Ученый — это не обязательно «злой гений», дядька в бороде и в очках. Наукой занимаются молодые, симпатичные, веселые. И умные, конечно. Такие, как герои Cosmo.

Признаюсь, я тоже жертва стереотипов. При слове «ученый» я моментально вспоминаю взъерошенного Эйнштейна с высунутым языком, очкастого Шурика из фильма «Иван Васильевич меняет профессию», а с недавних пор еще и героев популярного ситкома «Теория большого взрыва». Уверена, если ты смотрела хотя бы одну серию, образ ученого в твоем сознании навсегда связан с невыносимо смешным занудой Шелдоном. Все мои подруги без исключения очарованы им, но вряд ли кто-то из них смог бы выдержать хоть несколько минут в компании такого типа, попадись он им в жизни.

Одним словом, мы привыкли думать, что ученые — это непременно ботаники. Может быть, и великие, но в общении ужасные. День и ночь они сидят в своих лабораториях и не могут думать ни о чем, кроме своей науки. Зимой и летом они носят белые халаты и рассеянно смотрят на этот мир сквозь толстые стекла очков в роговой оправе.

Не спорю, наверное, есть и такие. А я по заданию Cosmo встретилась с тремя молодыми учеными, и все они оказались очень приятными, интересными и адекватными сегодняшней реальности. Благодаря им я еще раз убедилась — люди и наши представления о них очень часто не имеют ничего общего. Помни об этом и ты.

Наталья Согрина (27)
старший преподаватель кафедры экономической теории и статистики УрСЭИ (Челябинск)

Если бы на меня свалилась куча денег, я бы отправилась путешествовать! А еще занялась бы благотворительностьЮ: Помогала бы детям и животным.

С Наташей мы были знакомы еще в школе. Десять лет не виделись, а потом случайно нашли друг друга «В контакте». Я пересмотрела все ее альбомы с фотографиями и, честно говоря, очень за нее порадовалась. Такая яркая, звездная, уверенная. Соболиные брови в разлет, открытая улыбка, а наряды какие… Особенно меня покорило шелковое розовое платье и пальто нереального бирюзового цвета с сумочкой в тон. Одним словом, Наташа очень похорошела. А еще за это время она получила красный диплом, защитила кандидатскую по экономике и опубликовала порядка тридцати научных работ: «Сфера моих интересов — экономическая безопасность, недружественные поглощения, рейдерство в России и в мире. В двух словах, рейдеры — они как пираты. Их цель — захватить контрольный пакет акций, распродать компанию или предприятие по кусочкам и получить прибыль. В худшем случае компанию уничтожают, в лучшем — меняют руководство и продолжают работу». Как я поняла с Наташиных слов, в нашей стране все это происходит иначе, чем на Западе: «Рейдерство и недружественное поглощение — у нас это синонимы. В 90-е годы приходили вооруженные люди, выносили директора из кабинета — вот тебе и поглощение. Сейчас ситуация все же меняется к лучшему». Обо всем этом Наташа рассказывает на лекциях студентам Уральского социально-экономического института. Может, если бы у меня был такой молодой, увлеченный и дружелюбный преподаватель мировой экономики и статистики, я бы тоже заинтересовалась этим предметом. Во всяком случае, я теперь понимаю, чем зарабатывал на жизнь герой Ричарда Гира в фильме «Красотка» — он занимался недружественными поглощениями!

В остальном Наташе интересно то же, что и обычным девчонкам. По выходным она ездит за город вместе с мужем, с удовольствием ходит в кино и по магазинам, особенно если есть деньги, занимается шейпингом, нянчится с маленькими племянницами, мечтает о своих детях. И синим чулком ее уж точно не назовешь!

Михаил Антюфеев (25)
старший инженер ФГУП «УНИХИМ с ОЗ» (Екатеринбург)

Я теперь очень спокойный семейный человек. Пока жена была в роддоме, я вязал новорожденной дочери варежечки, а жене — носочки. Вот до чего дошел!

Этот набор загадочных букв означает, что Миша работает в уральском научно-исследовательском химическом институте с опытным заводом. В детстве он химичил дома в ванной, делал мини-бомбочки из магния, который отец приносил с работы, или из спичечной серы: «От родителей влетало, конечно. Но не больше, чем за другие пацанские опыты, типа курения».

Теперь он химик и собирается сдавать кандидатский минимум, а пока занимается внедрением нового де-зин-фек-тан-та (прекрасное слово для тренировки артикуляции). «Наш институт разработал новое средство для обеззараживания и очистки воды, — Миша очень старается объяснить мне так, чтобы я поняла, — сейчас для этого в основном применяется хлор. Это очень токсичное вещество, его сложно перевозить и хранить. А наш дезинфектант вырабатывается в реакторе установки прямо на месте использования. Для городских водоканалов это гораздо проще и безопаснее, при этом значительно эффективнее». В настоящее время Миша проводит переговоры с руководством водоканала родного города Снежинска. Так что, можно надеяться, вода там станет лучше.

Вроде бы серьезный парень, ученый. В студенчестве нашел способ извлечения палладия из отходов производства калийных солей. Что это за способ, я и объяснить не смогу. И это отнюдь не помешало ему на спор проколоть себе пупок: «Немного панковал, было дело. Слушал „Гражданскую оборону“, рос на уральском роке. Все, как полагается: „Чайф“, „Агата Кристи“, „Наутилус Помпилиус“. Играл на гитаре, да так, что струны рвались и пальцы разбивались в кровь». Одно время Миша не на шутку увлекся гонками на грузовиках, а сейчас, после рождения дочери, несколько успокоился, купил себе трубу и играет на ней по случаю: «Вот сегодня трубил в гараже. Может, мы в нашем УНИХИМе создадим небольшой джаз-бэнд, будем играть для своих», — мечтает он. Здорово, правда? Химики-джазмены, кто бы мог подумать.

Наука может быть прибыльным делом, если она несет практическую пользу. Если сумеешь найти то, что нужно кому-то прямо сейчас, значит, найдешь и покупателя.

Юлия относится к науке, как к бизнесу, и это стало для меня открытием. До знакомства с ней мне почему-то не приходило в голову, что наука может приносить прибыль. Привычно слышать жалобы ученых, мол, нет денег на исследования и разработки, государство не поддерживает, зарплаты мизерные… На это Юлия отвечает: «Наш институт — это коммерческая организация. Мы занимаемся тем, что востребовано в данный момент. На мой взгляд, наука должна нести практическую пользу. Например, мы разработали уникальную технологию переработки буровых отходов. Что это такое? Это тонны земли, которая остается после бурения нефтяной скважины. Она токсична и опасна для окружающей среды, но, если добавить в нее специальные компоненты, получается прекрасный грунт, который можно успешно использовать в строительстве дорог». И это далеко не все! В арсенале НИИ запатентованные технологии очистки рек от нефти, утилизации попутного газа, рекультивации нефтезагрязненных земель. Боюсь, мне не хватит места, чтобы перечислить все достижения НИИ за пять лет его существования. А сама Юлия вполне могла бы победить в конкурсе вроде «Женщина года». Похоже, ей удается быть успешной и в бизнесе, и в семье. С мужем они коллеги, что само по себе часто становится испытанием для отношений, а для Юли — скорее плюс, чем минус. Она с нескрываемым обожанием рассказывает о двух своих маленьких дочках и мечтает проводить с ними больше времени. Во время фотосъемки для Cosmo Юлия напомнила мне древнегреческую богиню Земли — Геру. Даже удивительно, как она, воплощенная нежность и мягкость, руководит преимущественно мужским коллективом института. «Это нетрудно, — улыбается она, — как раз мужчинам завоевать авторитет сложнее, природный дух соперничества дает о себе знать. Поначалу мужчины снисходительно относятся к женщинам в науке, но это проходит. Просто оставайся собой и будь уверена в своем профессионализме».

Антонина Подзорова

ИЛЛЮСТРАЦИИ: ЕЛЕНА МУРАШОВА. ФОТОГРАФ: ДМИТРИЙ СКУТИН. ВИЗАЖИСТЫ: ЕЛЕНА ГРИШЕНКОВА, ИРИНА ЯМАЛАТДИНОВА (агентство Imageservices)

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить