На носу 8 марта, так что сегодня поговорим об африканских женщинах.

У меня на письменном столе стоит вот эта глиняная фигурка.



Мы купили ее в Кении, на рынке в маленьком городке недалеко от Найроби. Называется она “Woman’s burden” - «Бремя женщины» (между прочим, ее автор – мужчина! ). Когда мне кажется, что мне не везет и вообще все плохо, я смотрю на нее. И мне становится легче.

А то вот бывают у нас, российских девушек, такие дни, когда кажется, что неприятности на тебя только и сыплются: сломался каблук, не завелась машина, начальник не дал прибавку, опоздала к маникюрше, закрыли любимое кафе, разрядился мобильник, не удалось скачать из Интернета очередную серию любимого сериала, и к тому же любимый забыл про годовщину знакомства. В такие дни прямо чувствуешь себя самой несчастной женщиной в мире. Ну да, ну да…

Да нет, конечно, и в России нам, женщинам, непросто жить, наши права нарушают и приходится бороться с трудностями, останавливать на скаку коней и входить в горящую избу, но по сравнению с Африкой мы знаете какие счастливые!

Начнем с того, что огромное количество африканские женщин (ну и мужчин тоже) живут за чертой бедности (т.е. живут на сумму меньше 1 доллара в день), многие не могут себе позволить поесть больше одного раза в день, нормально помыться и пить чистую воду. Образование (хотя бы школьное) удается получить едва ли половине всех африканок, а уж престижную работу, чтоб зарабатывать наравне с мужчиной, так и вообще единицам.

(граффити на улице в Аддис-Абебе: "Женщины - люди!")

Далее – ранние браки (отнюдь не всегда по любви), много детей (контрацептивы дороги и их трудно достать, к тому же религия и общество активно запрещают их использовать); которых рожают в основном дома, в антисанитарных условиях. Повезет, если при родах не пострадает ни женщина, ни ребенок, и если из всех рожденных детей выживут хотя бы половина (нормальное медицинское обслуживание большинству недоступно, особенно в деревнях).



Болезни, засухи, голод, бесправие, малярия… Притом чаще всего и работать, и детей растить, и все хозяйство на себе тянуть приходится одной - муж (если есть) часто уезжает на заработки на несколько месяцев, а то и лет, и он обычно не особо внимательный и верный (хорошо еще, если СПИДом не заразит)…



Работа тяжелая – в поле, на производстве или прислугой, обычно без всякого трудового договора, за мизерную плату, без пенсионных, выходных и отпуска, ну просто на уровне крестьян в России 19 века (спасибо еще, что колонии, рабство и апартеид отменили). Ужас, короче.

И еще есть такая жуткая вещь, как женское обрезание, которое делают девочкам почти во всех африканских странах, но я лучше здесь об этом не буду, т.к. это просто нереально страшно, жестоко и опасно.

Ну что, сломанный каблук уже не так огорчает, правда?

И несмотря на такую тяжелую жизнь, африканки стоически терпят невзгоды, сражаются за свои права, пытаются изменить положение, стараются не унывать, хорошо выглядеть и стремиться к своей мечте. Даже тяжести носят, не теряя грации и королевской осанки!



Настоящие девушки КОСМО, можно сказать!



А некоторые из них, преодолев бессчетные трудности, ухитряются даже добиться большого успеха и становятся известными личностями мирового масштаба. Их очень много, и очень хочется рассказать про каждую, но блог не резиновый, поэтому упомяну только двух.

В 2004 году мировое сообщество всколыхнула новость – впервые в истории Нобелевская премия мира досталась африканке - кенийке Вангари Маатаи.



Основатель кенийской партии зеленых, профессор, экологическая активистка и феминистка (в хорошем смысле слова!), Вангари родилась в 1940 г. в небольшом кенийском городке Ниери. В 1971 году стала первой женщиной в Восточной Африке, получившей степень доктора наук (в 31 год!) в Университете Найроби.



Во время диктаторского режима в Кении она несколько раз сидела в тюрьме за выступления в защиту демократических выборов. Всю свою жизнь Вангари Маатаи посвятила борьбе за сохранение лесов, и ей удалось спасти от уничтожения множество уникальных экосистем в Кении и в других странах. В 2003 году ее назначили замминистра по окружающей среде. Несколько раз предлагали ей и министерский пост, и другие престижные должности, но она все время отказывается – если уделять слишком много времени политике, это помешает ее основной работе в ее эко-движении «Зеленый пояс»: посадке деревьев и спасению кенийской природы.

Когда я работала в Кении, наша экологическая организация вела с Вангари Маатаи совместный проект – международную кампанию по озеленению планеты. И мне даже посчастливилось познакомиться с ней лично и пожать ей руку! Невероятно умная, харизматичная и энергичная женщина. После ее речей хочется скорее брать лопату и бежать сажать деревья, честное слово!


Другая известная африканка, о которой я хочу рассказать - Мириам Макеба из ЮАР.



Знаменитая певица, «Мама Африка», как ее ласково называли в музыкальном мире, первая африканка, удостоенная премии «Грэмми» (в 1966 г.). Она начала петь в ЮАР в 1950-х годах, но за выступления против политики апартеида ее с мужем выслали из страны. Она вынуждена была жить в изгнании более 30 лет (в США, Гвинее и Бельгии), пока в 1990 г. режим апартеида в ЮАР был наконец свергнут, и новый президент Нельсон Мандела не пригласил ее вернуться домой.



(Если что, апартеид – это когда чернокожие вообще были лишены почти всех прав, могли жить только в резервациях, не имели права получать образование после 16 лет и голосовать, могли работать только на низкооплачиваемых местах (прислугой, на плантациях и т.д.), ну и прочее разделение белых и черных, всякие там кафешки и скамеечки с надписью «только для белых»).

Умерла Мириам Макеба в ноябре 2008, в возрасте 76 лет, в буквальном смысле слова продолжая сражаться за правое дело: сердечный приступ настиг ее прямо на сцене, во время концерта в Италии – акции протеста против неаполитанской мафии Каморры.

В общем, потрясающая, гордая и стильная женщина, певшая замечательные песни! Если интересно послушать, на ютубе можно найти много ее записей. Мне очень нравится вот эта, под названием «Пата пата», что означает «двигай попой» .
http://www.youtube.com/watch?v=e-VrfadKbco&NR=1

Танцуем, девчонки! С праздником!

Одна из главных особенностей итальянцев – гипертрофированный местечковый патриотизм. Рассказывая о себе, итальянец вместо «Я - итальянец» скорее скажет «Я римлянин», «Я тосканец», «Я из Калабрии», «Я - сицилиец» и т.д. (даже если он уже лет 30 как живет, например, в Нью-Йорке и по-итальянски говорит с трудом).

Если вы думаете, что Италия – это единая страна, с одним общим языком, кухней, привычками и традициями, вы очень заблуждаетесь. Понятие «страна Италия» - очень большая условность.

До конца 19 века территория Апеннинского полуострова состояла из разношерстных княжеств, графств, протекторатов и мини-республик (из которых сейчас сохранились разве что Ватикан и Сан-Марино). Какие-то из них были сами по себе, другие когда-то принадлежали Франции, третьи – Германии, четвертые – маврам, шведам и т.д. И поскольку Италия объединилась не так давно (и многие, особенно северяне, постоянно требуют ее разделения), единого итальянского народа как такового не существует.

Ну что общего может быть, например, у бледного южного тирольца из Альто-Адидже на севере, у которого родной язык вообще немецкий, и какого-нибудь темнокожего сицилийца с его полу-арабским диалектом и восточными сладостями? Они и понять-то друг друга могут еле-еле…



В результате в Италии КАЖДЫЙ городок с населением больше 500 человек имеет не только свою собственную, непохожую на других историю, но и архитектуру, кухню и диалект, которыми его обитатели страшно гордятся и считают гораздо лучше, чем у всех соседних с ними городков, расположенных на расстоянии от 30 км. и далее.

Более того, жители крупных городов и областей (типа Тосканы, Лацио, Калабрии и т.д.) имеют устоявшуюся репутацию в отношении их характера. Меня поражают такие, например, суждения: «Конечно, она тебе не позвонит, она же из Венеции», «Он не грустный, он просто из Пьемонта, там все такие», «Это пошлый и потребительский журнал, его же выпускают в Милане!», «Чего ты раскричался как неаполитанец?» и так далее.

Когда знакомятся два итальянца, следующий вопрос после «Как тебя зовут?» будет «Откуда ты?» (если, конечно, оба уже не определили это за первые пару секунд знакомства по внешнему виду и по произношению). И это сразу диагноз – ты ставишь человека в определенную нишу и наклеиваешь на него окончательную этикетку. Как бы итальянец ни вел себя в дальнейшем, для другого итальянца он всегда будет не «Паоло из финансового отдела» или «Паоло, который развелся» а «Паоло-миланец».

Безумие на этом не кончается. Помимо черт характера, за жителями определенных городов и областей закреплены определенные имена. Человек по имени Паскуале, Чиро или Дженнаро почти со стопроцентной вероятностью неаполитанец. Девушка Приска, Флавия или Лавиния может быть только из Рима. Никола – очень популярное имя в Пулии. Гавино или Эфизио - значит, с Сардинии. На Сицилии популярны имена Розалия, Сальваторе, Калоджеро, Кармело, Гаэтано, Нунцио, Розарио (помните мафиози из «Необыкновенных приключений итальянцев в России?»).

Есть, конечно, и «общеитальянские», географически нейтральные имена типа Франческо или Марио, но истинные патриоты своего района называют своих детей именами, традиционными для данной местности.

Причем, что интересно, ни один город в Италии не имеет уж такого явного экономического и культурного преимущества, как, скажем, Москва и Питер в России. Все города и области имеют свои сильные стороны, и даже вместо разделения «городские снобы»-«отсталые провинциалы» внутри области идет разделение в зависимости от футбольных команд, за которых болеют, ну или иногда «отсталый аграрный юг»-«развитый промышленный север».

Такая региональная самовлюбленность и самобытность в нашей централизованной России вызывает недоумение. Представьте себе, да, чтобы у нас говорили «Она такая пофигистка, она же из Екатеринбурга» или «Я стараюсь не общаться с людьми из Воронежа», или ресторан с вывеской «Только настоящие петербургские блюда!» или «Лучшее из кухни Архангельской области»… А ведь у нас страна намного больше Италии!

Как единая нация итальянцы ощущают себя в двух случаях – во время чемпионата мира \ Европы по футболу и за границей (в составе тургруппы, ищущей, где бы выпить приличный эспрессо, или на фуршете в итальянском посольстве первые 20 минут). Но итальянцы и заграница – это уже другая история.

Отвлечемся на время от Африки и продолжим разговор об Италии. А именно – о некоторых особенностях, которые мешают в полной мере наслаждаться жизнью в этой прекрасной стране.

Дисклеймер: нижеследующее является моим личным мнением, сформированным на основе опыта проживания в городе Риме (год), а также регулярных поездок и более чем 10-летних контактов с Италией и итальянцами (как по работе, так и в дружеском и семейном кругу). Это раз. Я вовсе не претендую на доскональное знание всех итальянских городов и провинций. Очень может быть, что в других городах дела обстоят лучше, чем в Риме. Это два.

Я вовсе не хочу очернять светлый образ Италии в головах романтичных русских девушек, никогда там не бывавших или бывавших только на отдыхе. Про достоинства Италии, я думаю, все и так знают, но на всякий случай напомню: теплый климат, море, горы, история, архитектура, живопись, музеи, модная одежка, красивые мужчины, музыка, еда, вино и прочая дольче вита. Это три.

А вот про недостатки я, такая зловредная и придирчивая, поговорю поподробнее. Так что готовьте тухлые помидоры – забрасывать автора!


Итальянская бюрократия. Вы никогда не пробовали получить \ подписать \ заверить какой-нибудь документ в Италии? Лучше и не пытайтесь! Во-первых, тебя сначала долго будут посылать из одной конторы в другую, поскольку они сами толком не знают, какая контора какими документами занимается. Во-вторых, большинство итальянских государственных учреждений имеют расписание работы типа «вторник и четверг с 9 до 11» (что делают их сотрудники в остальное время, большая загадка).

В-третьих, во всех госучреждениях всегда давка и очереди. Чтобы сдать документы для получения вожделенного «пермессо ди соджорно» (вид на жительство, без которого в Италии не видать ни работы, ни учебы, ни каких-либо прав) нужно занимать очередь с 5 утра. А потом регулярно наведываться туда пару лет, чтобы справиться о состоянии твоего запроса (опять же, отстояв в очереди пару часов).

Факты: 1) Когда я была в Италии с 6-месячной учебной визой, мое «пермессо» было готово аккурат к середине последнего месяца пребывания. Большое мерси, дорогие товарищи итальянцы! 2) Сразу после свадьбы я подала все нужные документы на 5-летнее «пермессо». Оно было готово ровно через полтора года. 3) Мой муж получил диплом об окончании университета всего-то через 3 года после защиты диплома…


Политика, экономический кризис и безработица. Сложно ожидать процветания там, где у руля власти стоит человек, на которого заведено бог знает сколько уголовных дел, который постоянно делает подтяжки лица, вляпывается в скандалы и ситуации на грани фола, и выдает перлы типа «Рим был основан Ромулом и Ремулом» или «Мне очень нравится новый американский президент – молодой, красивый, загорелый!».



В общем, жизнь в Италии отнюдь не «сладкая». И недавний общий кризис тут совершенно ни при чем. Уже давно рождаемость в Италии отрицательная, цены заоблачные, работу квалифицированную найти очень сложно, а на неквалифицированной никто работать не хочет. Если б не было иммигрантов, согласных на тяжелую и непрестижную работу, все производство, наверное, вообще бы рухнуло.

Более-менее довольны разве что госслужащие, у которых контракты на неопределенное время, и небольшая прослойка бизнесменов, чьи интересы защищает вышеупомянутый деятель. Остальные живут от одного временного контракта до другого, без какой-либо уверенности в завтрашнем дне. А уж иностранцу найти нормальную работу практически нереально – там какие-то жуткие квоты, разрешения, ограничения и т.д.

Зарабатывать больше 1000 евро в месяц – редкая удача, особенно для молодежи. При этом комнату (!) снять в Риме можно минимум за 500 евро в месяц. Возникает вопрос – а как люди вообще живут в таких условиях? Ну, во-первых, очень распространены покупки в кредит – так можно купить все, что угодно, от мобильника до квартиры. А во-вторых, постепенно расходуют накопления предыдущего поколения (прироста же населения нет, и семьи уже давно редко отваживаются иметь более одного ребенка).


Итальянское телевидение. Дело даже не в том, что оно состоит почти сплошь из реалити-шоу, игр-викторин, ток-шоу и прочей болтологии ни о чем (особенно хороша длиннющая передача по выходным, длящаяся несколько часов – оживленное обсуждение текущих футбольных матчей итальянского чемпионата). И не в том, что ведущие-женщины обычно разодеты и разукрашены как новогодние елки, старательно пучат глаза и надсадно кричат прокуренными голосами. И даже не в том, что перевод и дубляж всех фильмов и сериалов убирает из фильмов напрочь все шутки и сколько-нибудь человеческие интонации актеров. Это хоть и напрягает, но при желании можно вынести.

Что вынести практически невозможно – это удивительное явление под названием «велины» (или «леттерины» - «буковки»). Сие есть чисто итальянский феномен, зародившийся во времена, когда нынешний итальянский премьер был всего лишь телевизионным магнатом (я бы не удивилась, если бы это была его идея). Так вот, велины – это полуобнаженные девушки в мини-юбках, присутствующие в качестве реквизита в некоторых новостях и на большинстве ток-шоу - хоть о политике, хоть о спасении китов. Велины не раскрывают рта, но иногда подносят участникам передачи воду или другой требуемый реквизит, и периодически, когда ведущий объявляет перерыв в дебатах, они выходят на сцену и танцуют. В России подобные девушки тоже есть, конечно, но они хотя бы не выходят за рамки передачи «Поле чудес».



Профессия велины в Италии считается одной из самых престижных, типа это и модель, и актриса в одном флаконе, и большинство итальянских девиц на полном серьезе мечтают о судьбе голоногой танцующей нимфы. Их жизнью интересуются желтые издания, их боготворят зрители, и на них женятся знаменитые футболисты. М-да… Наверное, я чего-то не понимаю в этом мире…

Холод в домах. Вот и Катя об этом тоже недавно писала, рассказывая про зиму в Лиссабоне. Дурацкая система (впрочем, очень распространенная и в Европе, и в Штатах) – в домах Италии нет центрального отопления. Поэтому в холодное время года по возвращении в квартиру приходится еще с полчаса оставаться в пальто и ждать, пока обогреватель раскочегарится. А здания в Италии рассчитаны на жару, поэтому в них обычно нет ни утепленных стен, ни герметичных стеклопакетов. Я приехала жить в Италию зимой, и знакомые меня обычно спрашивали:
- Ну и как тебе тут? Классно, тепло, да?
- Да вообще-то холодно очень…
- Не может быть! Как это тебе холодно, ты же из России?!
(Интересно, они думают, что в России в домах всегда минус тридцать?)

Пятиминутный перерыв посреди киносеанса. Видимо, в Италии считают, что ни один нормальный человек не способен высидеть 2 часа в кинозале, не выпив кофе, не сходив в туалет и не перетерев о чем-то с соседом. В итоге в итальянских кинотеатрах посреди фильма включается свет, фильм обрывается на полуслове и на экране возникает надпись "Intervallo". Можно подумать, что киноактерам нужен антракт, как в театре. Очень раздражает, особенно если фильм захватывающий.

Но самая большая загвоздка в Италии – это, конечно, сами итальянцы. И это уже отдельная история. Или даже несколько историй.

П.С.: Кстати, сами итальянцы прекрасно осведомлены о своих «приколах» и относятся к себе со здоровой долей самоиронии. Вот, например, как они видят себя по сравнению с остальной Европой: http://www.youtube.com/watch?v=XkInkNMpI1Q

Присоединяюсь к теме о возвращении домой из далеких краев. Живя в Африке, мы тоже время от времени ездим в отпуск – в Москву и Рим. Как здорово вдохнуть аромат настоящей весны\осени\зимы, окунуться вновь в бурлящую культурную жизнь: кино, театр, концерты, выставки – все, чего нам так не хватает в Африке (особенно в Судане)…

В Италии еще замечательно устроить себе гастрономический праздник (конечно, в любом африканском большом городе есть итальянские рестораны, но все же…). Пообщаться с друзьями за бутылкой отличного вина (в Судане-то сухой закон!)… Пройтись по старинным улочкам… Полюбоваться на Колизей или Собор Святого Петра… Побаловаться шопингом… И в очередной раз порадоваться – как же хорошо, что мы тут не живем!



Нет, Италия, разумеется, замечательная страна! Туда прекрасно приезжать в отпуск - недели на две-три. Но жить там – это совсем другое.

Удивительно, но факт – якобы супер-цивилизованной и благополучной Италии есть чему поучиться у «дикого», «бедного» и «отсталого» Судана!

В общем, разрешите немножко позлорадничать, пополемизировать и поломать стереотипы.

Итак, чем же именно Рим хуже Хартума?

Транспорт. В Хартуме вы никогда не проведете на автобусной остановке больше 5-10 минут в ожидании нужного автобуса. В Риме – можете простоять и час, и больше (особенно в дни забастовки транспорта). К тому же, в Риме невозможно в любом месте города поймать такси \ попутку \ моторикшу и доехать куда угодно когда угодно (часто бесплатно). В Риме такси надо вызывать по телефону, они баснословно дороги и не всегда быстро тебя находят. Сплошное логистическое неудобство.

Добавлю еще, что метро хуже римского я в жизни не видела – темно, безлико, низкие потолки, черный липкий пол, все станции похожи одна на другую, вагоны вместе со стеклами замазаны граффити, интервалы между поездами минут по 10 минимум, и работает оно только до 10 вечера (хммм…). Да еще и чуть ли не раз в неделю забастовки ВСЕГО транспорта, когда ни метро, ни автобусы не работают В ПРИНЦИПЕ по полдня и больше. Единственный симпатичный транспорт в Италии – поезда между городами (то есть если в этот день нет забастовки).



Отношение к иностранцам. В Хартуме «гостей столицы» с любым цветом кожи местные жители радушно опекают, угощают, приглашают в гости, с любопытством расспрашивают о твоей стране, хвалят твой неправильный арабский и вообще чуть ли не руках носят. Никаких тебе «понаехали тут» и ксенофобских взглядов исподлобья.

В Италии же… ну, в общем, не очень любят приезжих. Обвиняют их во всех преступлениях и в том, что отбирают у итальянцев рабочие места. Человеку с неитальянской внешностью и с иностранным акцентом (если это не обвешанный фотоаппаратами турист в центре города (потенциальный источник денег), а, скажем так, постоянно проживающий) обычно достаются презрительные взгляды, недобрые подозрения и самая некачественная ветчина в лавке. И даже закон издали недавно: тому, кто приютит у себя нелегального иммигранта - большие штрафы и чуть ли не тюрьма. В Судане же наоборот – преступлением считается отказать кому-то в гостеприимстве. Грустно, господа…

Что удивительно, при довольно плачевном состоянии итальянской экономики и политики итальянцы продолжают считать себя высшей расой, и думать, что, например, Россия – это отсталая слаборазвитая страна, а русские девушки приезжают в Италию исключительно для того, чтобы нелегально работать уборщицами и эммм… танцовщицами…, ну и чтобы «заарканить» себе богатенького итальянского мужа. Ну еще бы…



Абсурдное расписание работы магазинов. Это вообще беда-бедулька. Ну кому, кому выгодно, чтобы все итальянские магазины, лавки и супермаркеты закрывались в 6-7 вечера (имея при этом обеденные перерыв с 12 до 16, между прочим)?! Когда покупки-то делать? Работать-то тоже надо… В выходные, скажете? Ага, как же. В субботу у большинства магазинов укороченный день. И не дай вам бог захотеть купить что-либо в воскресенье – в воскресенье закрыто ВСЕ ВООБЩЕ, потому как все ушли на фронт на мессу в церковь, а потом на традиционный воскресный семейный обед.

Казалось бы, чего проще – увеличьте часы работы магазинов, а некоторые сделайте круглосуточными – и проблема безработицы решится, и покупателям хорошо. Увы. Не положено. Объяснение обычно такое – работникам магазинов в выходные надо отдыхать в кругу семьи. Да уж, с этим не поспоришь… Воскресный обед – это святое. Уж лучше сидеть без работы, чем отказаться от маминой лазаньи!

В Хартуме же большинство магазинов открыты как раз по вечерам, когда жара спадает, и аж до полуночи и позже - очень удобно!


Оплата электричества. По сравнению с общепринятой в Италии, России и во многих других странах «заморочной» системой оплаты электричества (со снятием показаний счетчика и последующей оплатой счетов через банк или почту), суданская система проста до гениальности. Принцип тот же, что и с карточками предоплаты мобильной связи: покупаешь карточку на нужную тебе сумму денег, и дома вводишь код с карточки на твой «счетчик». На экранчике всегда видно, сколько у тебя осталось денег и сколько электричества ты потребляешь. Кончились деньги – электричество тоже кончилось, иди за новой карточкой. Никаких счетов, задолженностей и ошибок.


Преступность. В отличие от Рима, кишащего карманниками, в Хартуме преступности практически нет. Не считая, может быть, небольшой вероятности мелкого жульничества при обмене валюты с рук. А так народ даже двери домов почти никогда не закрывает. Как-то раз у одного сотрудника ООН где-то в темноте на улице вырвали мобильник, так шуму было на весь город!

Показателен случай с одним итальянским путешественником – он случайно забыл в хартумском такси свой кошелек с документами и большой суммой денег. Водитель такси, вместо того чтобы спокойно присвоить себе кошелек по причине отсутствия адреса владельца, ухитрился на документах внутри прочитать слово «Италия» и отнес кошелек со всеми деньгами в итальянское посольство (!!!!).

Почувствуйте разницу - у моих русских подружек в Риме горничная (коренная итальянка!) в номере гостиницы украла деньги из закрытого чемодана.


И кто после этого «Третий мир», интересно?!

В общем, как и в любой стране, в Италии есть свои особенности и недостатки (помимо вышеперечисленных) – какие-то милые и смешные, а какие-то сильно осложняют жизнь. Но о них - в следующий раз.

Меня часто спрашивают: «А какие в Судане деньги?». Ответить на этот вопрос не так легко, как кажется.

Вот хорошо жить в странах, где с деньгами все просто – одна и та же валюта много лет, она же на ценниках в магазинах и на рынке, и чтобы сходить за покупками, не надо быть математическим гением. Но бывают такие страны, где в денежной системе, что называется, «без пол-литра не разберешься» (а там, как назло, жесточайший сухой закон!).

Итак, вот они, суданские денежки



Как гласит надпись на банкнотах, это «суданские фунты» (Sudanese pounds). Пока все ясно и понятно.
Теперь первая загадка: в большинстве магазинов, ресторанов и т.д. на ценниках надпись SD – «суданских динар» (Sudanese dinars).
Вторая загадка: путеводитель по Судану (год издания – 2005) гласит: «Денежная единица Судана - суданский динар. Он был введен в середине 1990х на смену старому суданскому фунту». (Вы пока еще не запутались? Хорошо. Идем дальше.). Дальше, по путеводителю – «Один динар равен 10 старым фунтам, а один доллар – примерно 200 динар».
Однако, если сейчас пойти в банк, курс «современного» фунта к доллару – 1 доллар=2 фунта (т.е. запечатленная на фотке бумажка достоинством «2» - это 1 доллар).

Итак, получается, что мы имеем –
1. старые фунты
2. динары
3. новые фунты.
Или 1000 старых фунтов=100 динар=1 новый фунт.

Самое ужасное, что эти изменения и деноминации происходили так быстро, что население не то что не успело полностью перейти на новые фунты, а многие и к динару-то не успели привыкнуть. К тому же, еще при старых фунтах ленивые суданцы привыкли отбрасывать пару-тройку «лишних» нулей в расчетах – типа для простоты.



В результате в ценах – в такси, ресторанах, магазинах и т.д.- царит полная анархия и неразбериха. Продавцы товаров и услуг прибавляют и убавляют нули как бог на душу положит. Чтобы понять, что сколько стоит в действительности, надо иметь здравый смысл и хорошее представление о суданских ценах на основные виды товаров, иначе – беда. Предположим, если кто-то требует с вас, например, 3 000 фунтов, это можно истолковать и как 3 новых фунта, и как 30, и как 300!

Вначале это меня просто повергало в ужас и состояние абсолютной беспомощности.. В одном из «супер-престижных» ресторанов муж поначалу очень обрадовался ценам – «Смотри, тут написано «мясо с фисташками – 5 000»! Наверное, это в старых фунтах! Дешево, всего 2 с половиной доллара!». Когда же принесли счет, выяснилось, что мы «немножко» ошиблись – «5 000» означало «50 новых фунтов», т.е. не 2,5 а 25 долларов …

Постепенно, по мере того как мы выяснили, сколько тут все примерно стоит, мы даже перестали обращать внимание на эту досадную путаницу с нулями. Мы знаем, сколько стоит, например, килограмм помидоров, и значит, независимо от того, что там говорит продавец – 30, 300 или 3 000 – мы будем платить 3 новых фунта. Мы просто не обращаем внимание на нули и исходим из собственных представлений о ценах. Вот такая веселая абсурдная жизнь.

А с банками, карточками и денежными переводами в Судане дела обстоят еще хуже. Если вы приехали сюда с кредитками, банкоматными карточками и счетами в любом банке мира – здесь вы можете быть абсолютно спокойны за ваши деньги. С ними ничего не случится. И не потому, что здесь практически нет воров. Нет. Даже если у вас случайно украдут ваши карточки, вы все равно не беспокойтесь. Потому что в Судане все ваши кредитки - Виза, Мастер-кард и все остальные – это просто кусочки пластмассы. Ими невозможно воспользоваться. Благодаря санкциям США Судан полностью отрезан от мировой банковской сети – снять деньги с иностранного счета или перевести их куда-то за рубеж просто невозможно! Банки, конечно, есть, но все операции они проводят только внутри страны.

Добро пожаловать в Судан! Уникальный шанс! Нигде кроме как у нас! Самые заманчивые возможности! Порадуйтесь – раз вы не имеете доступа к своим русским\европейским счетам, здесь у вас есть шанс сэкономить! Развивайте вашу хитрость и креативность – найдите способ добыть наличность! Научитесь терпению – пока ваш офис откроет вам местный счет и станет перечислять туда деньги, пройдет по крайней мере месяц! Оцените прочность ваших дружеских связей – кто же из приятелей даст вам в долг? Насладитесь ощущением ношения при себе большого количества наличности (например, уплаты за аренду квартиры на 4 месяца вперед)! Расслабьтесь и утешайте себя тем, что вас при этом хотя бы не обворуют!



О позитивной стороне – зато цены довольно низкие. Например, в Хартуме можно прекрасно провести день, имея в кармане всего 1 доллар!

Вот вам план развлечений на такой бюджет:
Поездка до центра города на автобусе и обратно – 0,5 долл. (ну а если поймать попутку, то и вообще бесплатно – как я уже говорила, суданцы ужасно гостеприимны).



Посещение в центре города Этнографического или Дворцового музея – бесплатно. (!)
После музея – обед (кукуруза или фуль на каком-нибудь углу, или же просто свежие лепешки) – четверть доллара.



Газировка в кафешке на набережной с видом на Нил – четверть доллара.
Прогулка по набережной Нила – соответственно, бесплатно.
Итого – 1 бакс (или и того меньше)! Приятного дня!


По сравнению с Хартумом, кое-где в Европе дела с транспортом (и ценами!) обстоят гораздо хуже. Если конкретно – в Италии. И не только с транспортом… Но это уже совсем другая история.

Будучи «женой декабриста», я вынуждена мириться со многими неудобствами. Одно из них – частые командировки мужа.

Отдаленные деревни, отрезанные от городов наводнением или страдающие от засухи, зоны голода или стихийных бедствий – везде требуется помощь гуманитарных организаций (вот сейчас, например, он рвется на Гаити, но надеюсь, что все-таки не поедет). Конечно, если бы он сидел постоянно в каком-нибудь благополучном офисе, например, в Риме или Москве, у меня было бы меньше поводов для беспокойства. Но что поделать – «по воле рока так случилось, иль это нрав у нас таков»…



В общем, за эти годы я уже привыкла к его командировкам (которые длятся иногда до 2 месяцев), и даже нахожу в этом свои плюсы.

Некоторые мои знакомые прямо-таки ужасаются, мол, как же это бесчеловечно, и как же я там бедная одна в Африке. На самом деле ничего особо страшного тут нет.

Во-первых, практически везде существует интернет, скайп и телефон.

Во-вторых, есть огромное количество одиноких женщин, работающих в Африке или в других «трудных» местах годами, и ничего, прекрасно справляются.

В-третьих, разлуки идут на пользу и не дают тускнеть романтическим чувствам.

Короче, идеальный муж – слепоглухонемой капитан дальнего плавания сотрудник гуманитарной организации!



К тому же, я по натуре оптимист и во всем стараюсь искать положительные стороны.

Итак, простые женские радости от временного отсутствия мужа любой женщины, вне зависимости от континента:
- телевизор не оккупирован футболом
- вечером можно залезть в кровать с книжкой\компьютером и конфетами\грейпфрутом и читать допоздна, не рискуя при этом помешать сну второй половинки.
- не надо каждый день стирать и гладить рубашки
- можно сколько угодно смотреть сериалы и экспериментировать с различными косметическими процедурами в домашних условиях
- не надо готовить плотные ужины, а можно и вообще питаться одними йогуртами и фруктами, и никто не пострадает.

Простые женские радости от временного отсутствия мужа русской женщины, вышедшей замуж за итальянца:
- телевизор не оккупирован ПОСТОЯННО футболом Лиги Чемпионов и ВСЕХ матчей итальянского чемпионата (удивительно, но их транслирует даже «Аль-Джазира»!)
- можно сделать себе макароны с сосиской, и есть их с кетчупом, и никто не упадет при виде этого в обморок
- можно вволю смотреть русские фильмы, и никто не будет хныкать, прося их синхронно переводить.

Простые женские радости от временного отсутствия мужа женщины-экспатки в Африке:
- узнав, что ты в очередной раз осталась в одиночестве, сочувствующее экспатриатское общество начинает усиленно приглашать тебя в гости и на разные мероприятия, ввиду особой сплоченности всех иностранцев в чужой стране
- местное население (женская часть) тоже проникается сочувствием и женской солидарностью, и с радостью общается на тему «тяжела наша женская доля», испытывая удовольствие от того, что у якобы благополучных европейских женщин те же проблемы, что и у них.
- мужская часть местного населения проявляет еще более заботы и гостеприимства, чем обычно.

Особенно в Судане. Вообще, суданское гостеприимство не перестает меня восхищать. Я ни в одной стране не видела ничего подобного. Какой потрясающий, доброжелательный, щедрый и гордый народ!

Когда я была в Хартуме одна, все суданские друзья и знакомые меня постоянно участливо спрашивали, не нужно ли мне чего и не помочь ли мне ориентироваться в городе, с удвоенной энергией угощали обедами, чаем, кофе и баобабовым соком, а те, у кого есть машина, обязательно подбрасывали меня, даже если им не по пути.



Вот в Кении совсем не так: если вы идете в ресторан вместе с кенийцем, то почти никогда даже не возникает вопроса о том, кто платит за ужин (конечно же, богатый по определению белый иностранец). В Судане же попытка со стороны иностранца заплатить хотя бы за себя за ужин\мороженое\кофе и т.д. воспринимается местными с ужасом и решительно отвергается.

В общем, оказывается, даже в одиночестве белой девушке в Африке может быть спокойно и комфортно. Просто снимаю шляпу. Суданцы рулез форева!

Ну, я не говорю уже о незнакомых людях на улицах, которые тебе всегда с энтузиазмом и улыбкой помогут, если ты что-то ищешь, или хочешь узнать, куда идет этот автобус, или еще что-нибудь. О том, что одинокая белая женщина может спокойно ходить в Хартуме по улицам хоть в полночь в самых окраинных кварталах, я уже не говорю – по-моему, такое и в Европе нечасто встретишь!

А еще в Хартуме можно с собой носить хоть чемодан денег, и никто тебя не ограбит. Правда, деньги в Судане – это уже отдельная история.

Как вы думаете, какое самое опасное животное в Африке? Лев? Да ничего подобного! У него своя добыча – антилопы и газели, а вы ему сто лет не нужны, если, конечно, не покушаетесь на его детишек. Крокодил? Тоже вряд ли. Обходите его стороной, и он вас не тронет, он вообще большую часть времени спит себе где-нибудь у воды.

Есть в Африке животное гораздо более опасное, причем встретиться с ним гораздо вероятнее, чем со львом или крокодилом. Оно нападает именно на человека, в любом месте, незаметно и без предупреждения, и на счету его миллионы унесенных жизней в год. Это комар вида Anopheles. Переносчик малярии.



По оценкам Всемирной организации здравоохранения, каждый год малярией заражаются от 300 до 500 миллионов человек, из которых более 1 миллиона человек умирают. Малярия – одна из главных причин детской смертности в Африке. Особенно опасна эта болезнь для маленьких детей и беременных женщин.

Но малярия – проблема отнюдь не только жарких и влажных африканских и азиатских стран. Вспышки малярии несколько раз были и в Европе, и даже в Подмосковье – если температура долгое время не падает ниже 16 градусов, случайно попавший в такие условия носитель болезни может с помощью комаров назаражать кучу народа. Проблема в том, что в Европе и в России медицинские учреждения к малярии совершенно не готовы. Это в Африке в городах чуть ли не на каждом углу мини-лаборатории, где тебе за 5 минут сделают анализ крови на малярию и пропишут таблетки, которые можно купить в ближайшей аптеке. А в России результата анализа приходится ждать 2-3 дня, да и таблетки найти не так просто.



В Найроби малярии практически нет – слишком высоко и холодно, а при поездках в малярийные зоны (побережье, некоторые нац.парки) в принципе достаточно простых мер предосторожности – вечером и ночью (малярийные комары кусают только в темное время суток) одеваться в одежду с длинными рукавами и закрытую обувь, не пользоваться духами (эх…), мазаться репеллентом, плюс спать с москитной сеткой, фумигатором, и, желательно, с вентилятором или кондиционером.



Прививки от малярии не существует, поэтому основной способ защиты – таблетки. К сожалению, антималярийные таблетки, которые продаются в России (Лариам, кажется), имеют кучу побочных эффектов – от ночных кошмаров чуть ли не до депрессии, и на печень плохо влияют. И если во время их приема пить алкоголь, то вообще может стать очень плохо. Самые безвредные антималярийные таблетки – Маларон, но в России они не продаются, только в Африке или в Европе. Но даже если вы приехали в Африку и пьете профилактические таблетки, по возвращении домой надо быть начеку - если в любое время в период 3-4 месяцев после возвращения из поездки вы почувствовали температуру и головокружение, обязательно надо бежать провериться.

Нам с мужем пока что очень везло – хоть мы и объездили почти всю Восточную Африку, малярией мы еще ни разу не болели. Ну, я ее и не боюсь особо: провериться на нее в Африке просто, а при своевременном обнаружении малярия лечится довольно быстро, и, говорят, напоминает просто тяжелую форму гриппа.



Но у страха-то глаза велики! А мужчины, по-моему, вообще отличаются особой мнительностью …

В первую же неделю после нашего приезда в Кению моего мужа днем укусило какое-то насекомое (какое именно – он не заметил). Ой, что тут началось… Заметив на руке укус, он вздрогнул и занервничал. А на следующий день, проснувшись с температурой 37 и 2, просто запаниковал: «Ну все, конец, я подхватил малярию!».

Ага, конечно. Ну, я-то знаю, что, во-первых, малярийные комары кусают только в темное время суток, во-вторых, инкубационный период после укуса до появления симптомов – от 6 дней до 4 месяцев, а в-третьих, в Найроби нет малярии . Я перед отъездом выучила наизусть симптомы всех возможных болезней, и по всему выходит, что это перегрев на солнце, или максимум грипп.

Но разве можно его в чем-то убедить? «Если это не малярия, то как минимум лихорадка Денге! И вообще, это могла быть муха цеце!».

Не, ну как такое возможно? Человек, работавший чуть ли не под бомбами в Афганистане, ездивший в Судане без конвоя по неспокойным провинциям во время засухи и бесстрашно проводивший переговоры с вооруженными до зубов вождями кланов в Сомали, при малейшем подозрении на недомогание превращается в неуверенного и мнительного ипохондрика…

Странные все-таки существа мужчины… Интересно, а вообще существуют такие, которые при малейшем чихе не подозревают у себя последнюю стадию лихорадки Эбола свиного гриппа, простудившись, не капризничают, а к зубному ходят сами и добровольно?

В общем, мы тогда обошли всех возможных врачей, даже съездили к самому знаменитому в городе специалисту по тропической медицине. Тропический доктор (итальянец, лет 20 уже живущий в Африке) долго рассматривал укус в лупу, после чего успокаивающе хмыкнул: «Да не волнуйтесь вы так! Это был вовсе не комар, а всего лишь паук!» (ха-ха, успокоил!). Но пауки, слава богу, здесь безвредные. Муж сдал все анализы, и все, естественно, оказалось в порядке – всего лишь местный грипп, который переносится в том числе насекомыми.

Но все равно он еще неделю не выходил из дома, каждый час мерил температуру («Нет, все-таки что-то со мной не то… у меня целых 36 и 8!») и обижался на шутки про Человека-Паука… И даже в командировку не поехал.

Ну и ладно, он и так очень часто по работе уезжает, а я остаюсь одна. Но это уже другая история.

Как обещала, расскажу о практической стороне поездки в Африку (на примере Кении). Самостоятельно организовать вояж в край крокодилов-бегемотов на удивление легко. И это не так страшно и не так дорого, как кажется.

За три года нашей жизни в Найроби ко мне в гости съездили чуть ли не все мои родственники и друзья, у которых было хоть немного свободного времени и денег. Некоторые даже по два раза. И всем очень понравилось.



Ну, естественно, в Африке есть страны, куда ездить туристу можно с легкостью (и будет вам счастье – уютные отели, белоснежные пляжи, высокий уровень сервиса и медицины, национальные парки и незабываемые красоты). Кроме Кении, это Танзания, Намибия, Уганда, Руанда, ЮАР, Ботсвана, Мадагаскар, Сенегал, Камерун, Гана и еще несколько.
И есть страны, в которые ехать не стоит ни в коем случае (да и не удастся даже при желании). Это страны, где идет война, царит преступность и политическая анархия, нет туризма, и из иностранцев пускают только тех, кто работает в разных гуманитарных организациях или ООН. Это Сомали, Конго, Судан, Сьерра-Леоне, Либерия, Эритрея, Ливия, Алжир, Нигерия и т.д. (Хотя вот я жила в закрытом и якобы опасном Судане, и в полном восторге от этой страны. Но сейчас речь не об этом)



Теперь конкретно о поездке. Во-первых, виза. Кенийскую визу получить совсем просто – ее ставят в аэропорту Найроби по прилету. Заполняешь анкету, подходишь к таможеннику-кенийцу, он тебе улыбается белоснежными зубами: «Фифти долларс, плиз!» - и ставит туристическую визу на 3 месяца: «Велкам ту Кения!».

Как добраться. В Африку летают практически все крупные европейские авиакомпании. Есть несколько «узловых» городов с огромными международными аэропортами, куда летают самолеты чуть ли не из всех уголков Европы и мира. Это Каир в Северной Африке, Найроби в Восточной, Йоханнесбург в Южной, и Аккра в Западной. Через эти города можно добраться практически до любого удаленного уголка континента – на самолетах местных авиалиний.



До Найроби дешевле всего добраться Египетскими авиалиниями – с пересадкой в Каире. Билет туда-обратно эконом-класса стоит от 400 до 800 долларов (в зависимости от сезона и наличия мест). Еще туда летают КЛМ, Эмирейтс, Эйр Франс, Бритиш Эйрвейз и другие (цены от 600 до 1300 долл. за эконом-класс).

Что касается организации сафари и прочего отдыха - конечно, покупать туры через российские турфирмы выйдет дороже, чем бронировать самому или через кенийские агенства.

Мы обычно пользовались местными турагентствами www.phoenix-safaris.com и http://www.acharyatravel.com/, но вообще их в Кении множество, достаточно порыться в интернете:

http://www.willgoto.com/1/027155/liens.aspx
http://www.best-kenya-safaris.com/ken...ncies.html
http://www.explorerkenya.com/
http://www.galileo-kenya.com/pages.php?p=6

Есть даже русскоязычная турфирма, которую основала одна русская женщина, живущая в Кении http://www.rusalkasafaris.com/ !

Еще отличная вещь - путеводители Lonely Planet (онлайн-версия http://www.lonelyplanet.com/kenya) и Rough Guide (тут), там есть много полезной информации и координаты отелей – можно самому связываться и бронировать.


Цены: Стандартный пакет сафари в одном национальном парке – отправка из Найроби, 3 дня\2 ночи, проживание и полный пансион – от 200 долларов на человека (если добираться до парка на машине и не далеко, и жить в палаточном лагере с минимумом удобств) до 1000 и выше (если лететь в парк на самолете и жить в 5-звездочном лодже с джакузи и омарами).

Сутки проживания в лодже\отеле в нац.парке\на озерах\на море в Кении стоят от 20 долларов (кемпинг, потрепанная гостиница или гестхауз, без питания) до 200-300 долл. в сутки (шик, «все включено»). Множество прекрасных мест с отличным сервисом и едой стоят 50-80 долл. в сутки на человека.

По поводу прививок: обязательна для въезда в Кению только прививка от желтой лихорадки. Действительна она 10 лет, и нужна для поездок во многие страны. Правда, открою секрет – ни у меня, ни у кого из моих друзей ее наличие ни разу на границе не проверяли.

Почему-то многие люди прививок боятся (одна моя подруга даже отказалась приехать ко мне в гости в Кению только из-за этого). Между тем болезни, от которых прививки защищают, гораздо опаснее гипотетических осложнений после прививки, тем более в Африке, где нельзя рассчитывать на повсеместное и качественное медобслуживание.

Ну, лично я человек психологического типа «тревожно-ответственный», поэтому перед отъездом в Африку решила «оторваться по полной»: делайте мне, говорю, уже от всего – и от тифа, и от столбняка, и от менингита, и от всех гепатитов, а то как бы чего не вышло. Сейчас в моей прививочной карточке их штук 15 (за 4 года). Зато теперь я спокойно себя чувствую в любых антисанитарных условиях, и не дрожу от страха, если в каком-нибудь трущобном районе детишки из любопытства хотят меня потрогать.

Естественно, в Африке высокий риск СПИДа, но про эти меры предосторожности, я думаю, все и так знают. Помимо СПИДа, прививки нет еще от одной болезни, очень распространенной в Африке и очень неприятной. Но это уже другая история.

Что-то все космо-блогеры ударились в новогоднюю романтику . Вставлю и я свои африканские пять копеек. Хоть я обычно новогоднюю ночь провожу то на пляже, то на сафари, для меня Новый год - все равно самый главный праздник в году. Где бы ты ни находился, это всегда ощущение чуда, долгожданные подарки, фейерверки и прочее шампанское.

Но когда живешь в браке с человеком из католической страны, у твоего российского Нового года-самого-главного-праздника-в-году появляется серьезный конкурент – 25 декабря, католически-протестантское Рождество. (Наше православное Рождество, по-моему, все-таки не так масштабно и важно, как наш Новый год).

Как всегда, культурные различия – вечная тема споров и межнациональных распрей в рамках отдельно взятой семьи. Какой праздник главнее? Когда брать отпуск и планировать поездки? Когда дарить друг другу подарки, в конце концов?



Лично мне западное Рождество не особо нравится - поджарый Санта Клаус в кургузой курточке, негигиеничные носки с конфетами на камине, заунывные хоралы, венки из омелы, в Италии еще и специальные мини-изображения Святого семейства в хлеву зачем-то в каждом доме…

То ли дело у нас – степенный Дед Мороз в длиннополом кафтане, Снегурочка в кокошнике, метель, мандарины, большое семейное застолье, «Ирония судьбы» и гулянье до утра…

Европейцам (да и африканцам) очень странно видеть этот наш общенациональный ажиотаж вокруг Нового года и отсутствие праздника 25 декабря. Моя итальянская свекровь который год подряд звонит моим родителям в этот день поздравить с Рождеством, и каждый раз удивляется, что они на работе: «Как же можно работать, сегодня ведь Рождество!». Ну а мне уже надоело всем знакомым иностранцам сто раз объяснять, что подарки у нас дарят на Новый год, а православное Рождество вообще в другой день, после Нового года, и в костюмы у нас наряжаются именно на Новый год, а не на Хеллоуин.

Удивительно все-таки, насколько разные везде традиции отмечания праздников…

А напоследок – история о том, как мы в Кении как-то раз отмечали католическое Рождество.

Итак, 24 декабря мы отправились на настоящую католическую мессу. Это была та еще авантюра – мы с мужем и трое девушек-итальянок, работающих в различных благотворительных организациях, прослышали, что в Найроби будет месса в социальном центре для беспризорных детей, под эгидой итальянских миссионеров из ордена комбониан. Бездомных детей в Африке очень много, и такие центры дают им еду и крышу над головой, а также возможность учиться в школе и легально подрабатывать.



И вот вечером в канун Рождества мы, в составе пяти человек, прониклись такими благочестивыми настроениями (ну, то есть все остальные прониклись, а я так, за компанию…), взяли такси и рванули туда.

Оказалось, что этот центр находится совершенно у черта на рогах, в трущобном районе, причем даже таксист дорогу туда не знал. Хотя дорогой под конец это назвать было трудно – скорее, это пространство между домами-сарайчиками, состоящее из земли, пылищи, рытвин и колдобин. М-да, по сравнению с этим проселочная дорога на мою подмосковную дачу весной – это просто гладкое комфортабельное шоссе. Особенно замечательные ощущения от такого «сафари» получаешь сидя вчетвером на заднем сиденье небольшой легковушки…

В общем, приехали мы туда, когда месса уже началась. Происходило данное культурное событие в помещении церкви, напоминающем гараж с крестом на крыше. На лавках сидело человек 50 бедненько, но чистенько одетых детишек возраста от 8 до 15 лет, плюс несколько человек из европейской молодежи, видимо, тоже из желающих спасти мир.

Итальянский священник был колоритнейший – представьте себе нечто среднее между Карлом Марксом и Солженицыным, с торчащими во все стороны седыми космами и в грязно-белой рясе. (Рясу он после окончания службы, не сходя с места, стянул, и под ней оказались джинсы и модная рубашка в стиле «сафари»).

Будущие малолетние правонарушители реагировали на мессу очень живо, периодически запевая какие-то туземные песнопения под аккомпанемент бубнов и тамтамов. Двое прочли оды, видимо, собственного сочинения, на рождественскую тематику. Им все бурно хлопали - видимо, затронуло за душу. Мы тоже похлопали, почему бы и нет, все равно ничего не поняли - оды были на суахили.

После мессы началась раздача еды и подарков (фрукты и конфеты). Беспризорники вели себя очень воспитанно, за подарками не толпились, а к нам отнеслись очень дружелюбно, расспрашивали, как нас зовут и откуда мы. На мой ответ про Россию один радостно закричал: «Значит, ты – из Советского Союза!». . Чему только их там учат, в этой церковно-приходской школе!

На прощанье мы подарили карломарксоподобному падре итальянский рождественский кулич «панеттоне» и пожелали удачи в его нелегком труде. Вот такое необычное Рождество.

Да, а мы с мужем в итоге отмечаем по полной программе оба праздника. Плюс еще празднуем окончание Рамадана с мусульманскими друзьями. Ну и что-нибудь придумываем в национальные праздники той страны, где в тот момент находимся.

Больше праздников, хороших и разных! С Новым годом!

По-моему, в нашей жизни очень мало места для настоящих приключений. Чтобы пробираться по диким джунглям или пересекать саванну, с замиранием сердца вглядываясь в горизонт, и чтобы захватывало дух от страха, восторга и неизвестности… Хорошая новость - есть места, где запросто можно это испытать!



Для меня сафари – это не просто «тур.пакет 3 дня\2 ночи, авиаперелет, размещение в четырехзвездочном отеле, полный пансион, 2 экскурсии в день на машине по национальному парку». Это мощный заряд адреналина и положительных эмоций, отличный способ забыть на время обо всех проблемах и немножко вернуться в детство, когда мир казался таким удивительным.



Короче, я фанат сафари! В Кении множество национальных парков – территорий, где сохранены природные экосистемы и где животные спокойно живут в естественных условиях. Масаи Мара (самый известный и самый интересный), Амбосели, Цаво, Самбуру…

«Сафари» на языке суахили означает «поездка, путешествие», но до 80х годов под этим словом подразумевали еще и охоту на африканских зверушек – популярное развлечение богатых туристов и колонизаторов. Потом охоту на зверей в Африке наконец полностью запретили, и популяции слонов, львов и носорогов, бывшие под угрозой уничтожения, стали потихоньку восстанавливаться. А «сафари» теперь означает просто поездку на машине по национальному парку – ну и фотоохоту, конечно!



Первый раз на сафари мы с мужем поехали в Новый год (отметив перед этим католическое Рождество на пляже в Момбасе) – в парк Амбосели, расположенный у подножья горы Килиманджаро. Сама гора находится в Танзании, недалеко от кенийской границы, и из Кении ее довольно хорошо видно.



Разместили нас в отеле (или, как это здесь называется, «лодже») – каменные домики-бунгало со всеми удобствами. Причем этот «лодж» находится в самом центре нац-парка, так что от зверей тебя отделяет только небольшой заборчик. Так здорово – лежишь у бассейна и смотришь, как вдали три львицы пошли на охоту…



Еще там сделано специальное маленькое озеро, прямо рядом со столовой, куда животные приходят на водопой. Однажды мы сидели и обедали, и тут «в гости» пришла целая семья слонов!



Помимо «лоджев» (или «лоджей?»), есть палаточные лагеря – если хочется на время обойтись без благ цивилизации и побыть еще ближе к природе.



Мы как-то были в таком палаточном лагере: проснулись ночью от чьего-то громкого фырканья за стеной палатки – испугались ужасно! Выглянули наружу – оказалось, бегемоты пришли пастись на лужайку.



Итак, подъем в 5 утра, легкий завтрак, группами по 4-6 человек рассаживаемся по машинам – и вперед, на поиски приключений!

Медленно едешь на открытом внедорожнике по саванне, высунувшись из окна и внимательно глазея по сторонам. В тебе просыпается азарт и древний охотничий инстинкт – а что там мелькнуло в зарослях? Чьи это свежие следы на обочине? Кого это тут недавно съели? И кто там сыто ухает вдали?



Нам каждый раз очень везло с водителями-гидами, которые ухитрялись находить зверей по им одним ведомым приметам – погоде, следам, помету, запаху. Наш водитель на сафари в национальном парке Цаво рассказал, что он из небольшого местного племени, здесь вырос, и знает тут практически каждую травинку. Но постепенно ты и сам учишься выслеживать «добычу»: например, если вдали видишь дерево, на котором сидят несколько грифов, то гарантированно, что под ним какой-нибудь хищник завтракает зеброй или газелью.



Сафари – как лотерея: никогда не знаешь, что тебе достанется в этот раз. Ни одна поездка не похожа на другую. Можно исколесить чуть ли не весь парк, и за 4 часа увидеть только пару зебр, слона и стадо антилоп. А можно через час поехать по тому же маршруту, и за полчаса столкнуться и с гепардами, и с жирафами, и с бегемотами, и с гиенами, да еще и стать свидетелем львиной охоты!



Больше всего меня поразило, что животные в парках совсем не боятся людей и машин – еще бы, ведь уже много лет люди им не причиняют вреда. Поэтому звери спокойно переходят дорогу у тебя перед носом и вообще занимаются своими делами, не обращая на тебя внимания. Конечно, выходить из машины все равно запрещено (кто знает, что взбредет на ум голодному льву?), но спокойно сидеть у открытого окна в двух метрах от льва, поедающего зебру – пожалуйста, если не шумишь и если у тебя самой хватит выдержки!



Моя свекровь, например, проехавшись первый раз в открытой машине, чуть в обморок не упала, когда компания львят стала резвиться прямо у нашего внедорожника. После этого она зареклась ездить на сафари в машинах без стекол, и все время просила водителя не подъезжать так близко к «кискам».



Кстати, гораздо опаснее льва буйвол. Они славятся своим непредсказуемым нравом и могут даже напасть на слишком близко подъехавшую машину, приняв ее за самца-соперника. На моего мужа, правда, они большого впечатления не произвели, он при их виде пробормотал что-то в том смысле, что, мол, подумаешь, у нас в Италии они моццареллу делают.



Для сафари есть и своя «шкала успешности»! Главная цель - увидеть всех представителей «большой пятерки»: слона, льва, гепарда, буйвола и носорога. А совсем уж круто – понаблюдать за настоящей охотой или миграцией антилоп гну.



В июле-августе огромные стада гну и зебр перемещаются из танзанийского парка Серенгети на пастбища парка Масаи Мара в Кении. Когда стадо гну пересекает реку - это невероятно захватывающее зрелище, и прекрасное, и жуткое одновременно. Я, конечно, до этого видела про эту передачу на Нэшнл Джеографик, но когда в Масаи Мара удалось наблюдать это своими глазами, впечатление у меня осталось неизгладимое.



Сначала все многотысячное стадо выстроилось на берегу реки и на несколько часов застыло в напряженном ожидании, как армия перед битвой, не решаясь начать переправу. А вокруг притаились другие «зверушки»: в воде замерли готовые к броску крокодилы, на скалистых берегах застыли грифы-стервятники, в кустах приготовили фотоаппараты туристы - все с нетерпением ждут начала переправы.



Вдруг, словно по мановению невидимой волшебной палочки, первая антилопа отважно бросается в воду. Эти первые, конечно, камикадзе: вряд ли кто-то из них доберется до другого берега – они станут добычей крокодилов или течения. Но за ними бросаются остальные, и вот уже сотни гну переплывают через реку и, отряхиваясь, вылезают на противоположном берегу. Такое вот философско-жизнеутверждающее зрелище, да…



В общем, сафари – это всегда незабываемо! Если интересно, могу рассказать, как можно организовать такое путешествие. Это совсем не трудно. Но это уже другая история.

Каждый год мы с мужем спорим – где встречать Новый год?
Его теплолюбивая итальянская натура требует моря, солнца и пляжа. Моя же загадочная русская душа жаждет снега, салата "Оливье", обращения президента и боя курантов. И каждый год я проигрываю.

Поскольку когда живешь в Африке – до моря обычно рукой подать. И чем переться домой в Европу на дорогостоящих международных рейсах, лучше заплатить 100 долларов за билет на старенький самолетик, который за 45 минут домчит тебя из, например, Найроби до побережья. А там – жара, пальмы, белый песок, теплая вода, коралловые рифы и отели со всеми удобствами.






В отличие от «дикого» суданского побережья, в Кении пляжный туризм развит замечательно. Несколько курортных центров – города Момбаса и Малинди, множество гостиниц на любой вкус и кошелек: от супер-эксклюзивных спа-отелей (с личным поваром и массажистом для каждого гостя) до койко-места за 3 доллара в сутки в сарайчике на шестерых с неработающим вентилятором.





Можно часами плескаться в теплой прозрачной воде, поехать плавать к рифам с маской или аквалангом, попробовать выловить какую-нибудь огромную рыбу (как Хемингуэй, заядлый рыбак, по достоинству оценивший кенийское побережье), побродить в руинах загадочного заброшенного древнего города Геди в Малинди или обследовать арабскую крепость в Момбасе, дегустировать приготовленные местными поварами морепродукты или просто целыми днями валяться на пляже, попивая пиво или кокосовое молоко.



А в новогодний вечер можно нарядиться в вечернее платье и отправиться на изысканный фуршет с фейерверком в сверкающий огнями отель или пойти танцевать вместе с жителями соседней деревушки у огромного костра на пляже…



Конечно, новогодняя ночь на море – в этом есть своя прелесть. Но все равно, по-моему, Новый год все-таки лучше всего отмечать в России - с елочкой, снегом и боем курантов. А вы как считаете?

Да, в Африке еще можно встречать Новый год на сафари. Но это уже другая история.

В России сейчас снег, холодно, темно и промозгло. А в Африке с ноября по февраль – самое замечательное время для отдыха у моря.

На Западном побережье Африки из-за прохладных течений вода не самая теплая, но зато восточной стороной Африка выходит к теплому Индийскому океану – там умеренная жара, красота и коралловые рифы. Хургада в Египте, Порт-Судан в Судане, Момбаса и Малинди в Кении, Занзибар в Танзании, далее везде – Мозамбик, Мадагаскар, ЮАР…

Замечательное Красное море всем знакомо по супер-туристическому Египту, но мало кто обращал внимание, что Египтом оно не ограничивается, а продолжается дальше вниз – где побережье Судана и Сомали. Но в Сомали акулы, пираты и война, а на суданском побережье тихо-мирно, песочек, водичка, рифы – и ни одного туриста!



Дело в том, что Судан – страна для иностранцев практически закрытая (правительство выдает всего около 600 туристических виз в год), поэтому туризм здесь в зачаточном состоянии – на суданском побережье всего два «пляжных» отеля, да и те пустуют.

Впечатление это производит совершенно сюрреалистическое - довольно шикарный 4хзвездочный отель с яркими бунгало стоит на пляже посреди пустыни, на абсолютно голом месте!



Вокруг на многие километры ничего нет, ни поселений, ни кустика, ни деревца, только песок. Приехав туда в якобы разгар тур.сезона, мы нашли лишь скучающих управляющего и лодочника, смотревших спутниковые передачи по плазменному телевизору.



Говорят, курорт этот построил один итальянец в 70х, но потом ему надоело сражаться с суданской бюрократией, и он уехал в Шарм-Эль-Шейх, став одним из основателей тамошнего туризма.

А ведь если бы не суровость суданского государства, Порт-Судан мог бы стать вторым, то есть даже первым, Шарм-Эль-Шейхом. Для этого тут есть все – теплое и прозрачное море, песчаные пляжи, пустыня вокруг, коралловые рифы, затонувшие корабли и прочие «фишки» для дайверов, гробницы фараонов и пирамиды в 3х часах езды от побережья (в Судане, т.е. Древней Нубии, пирамид более 100 - даже больше, чем в Египте).

Кто знает, может быть, через несколько лет «здесь будет город-сад»… Ну а пока что все эти природные и исторические сокровища Судана плывут сквозь столетия в гордом одиночестве.

Море в Порт-Судане теплое круглый год, и разной морской живности тут раздолье. Те немногие дайверы, которым удалось здесь побывать, приходят в восторг от рифов, рыбок, подводных руин и прочих дайверских развлечений, открытых для тебя одного в первозданном виде.



Здесь Жак-Ив Кусто снимал многие из своих документальных фильмов о подводном мире, и здесь же находится его заброшенный проект подводного города - жилой подводной станции.

Мы, увы, не дайверы, поэтому оценить все эти подводные богатства не могли, и просто плавали с маской, что тоже классно. Лодочник повез нас на дальние рифы на старенькой моторке. Вот уже не видно берега, а вокруг океан - прозрачный и ярко-бирюзовый. Пока муж о чем-то перетирает с лодочником, я натягиваю маску и прыгаю за борт, к разноцветным рыбкам и кораллам.

Потрясающее ощущение – знать, что вот сейчас только ты одна купаешься на всем суданском побережье!



Правда, надо отдать должное Кении, море там не хуже. И для туристов гораздо более доступное. Но об этом - в следующий раз.

Проголодались? А давайте-ка я вам расскажу про африканскую еду.

На кенийском рынке или в овощном отделе супермаркета поначалу теряешься от изобилия. Привычные картошка-огурцы-помидоры соседствуют с разными странными штуками: несладкие бананы, сладкий картофель, еще какие-то непонятные плоды, пупырчатые и волосатые…







Чего только не растет на плодородной кенийской земле! Причем круглый год. Например, во дворе нашего дома в Найроби росло авокадовое дерево. Время от времени созревшие авокадо падали на землю, а мы их с утра подбирали и ели на завтрак.

Но если вы думаете, что это круто и романтично, то я вам скажу, романтика здесь та еще. Представьте, спите вы спокойно ночью, и вдруг ка-ак грохнет что-то! Спросонья думаешь, что началась бомбежка. На самом деле это просто авокадо упало на крышу…



Да, так вот, если вы любите авокадо, папайю, манго, бананы и ананасы, то для вас Кения – просто рай. Стоят они тут копейки, а вкусные ужасно. Я как-то для интереса после Кении купила манго в московском супермаркете – показалось так пресно, ни в какое сравнение с кенийскими манго не идет!

Еще в Кении есть такие маленькие бананчики, вполовину меньше обычных – вот они вообще обалденные и сладкие, но в Европу их почему-то не экспортируют.



А вот если вам нравятся арбузы, виноград и черешня, то в Кении вам придется туго. Килограмм винограда тут стоит не меньше 6 евро (т.е. в 12 раз дороже манго и в 20 раз дороже бананов!), а черешню можно найти только раз в году, в крохотных коробочках ценой от 14 евро за килограмм. Это из-за того, что все эти фрукты в Кении не растут. Даже яблоки и груши – климат для них тут неподходящий, так что все это здесь импортное, поэтому и стоит так дорого.
А арбузы в Кении, конечно, есть, но из-за пасмурного климата вырастают тут они совершенно несладкими. Вот где самые вкусные арбузы – это в Судане. Еще бы, почти круглый год жара 40 градусов и ни облачка!



Бытует мнение, что африканцы питаются исключительно бананами и какими-нибудь обезьяньими лапками. Ага, если бы все африканцы питались экзотическими зверушками, никаких зверушек в Африке давным-давно не осталось бы. На самом деле небогатые африканцы мясо могут себе позволить разве что по праздникам, и обычно это какая-нибудь тощая мускулистая курица, корова или коза. А в обычные дни, особенно у бедных или в неурожайный год пища разнообразием не отличается.



Некоторые африканские народности – скотоводы, например, кенийские масаи, поэтому едят они в основном молочные продукты. Но большинство африканских племен – земледельцы, и основу их рациона составляет какая-нибудь немудрящая зерновая культура, типа маиса или риса (что интересно, и тот, и другой не являются исконными для Африки растениями, а были сюда завезены).

Например, национальное кенийское блюдо – вовсе не мясо крокодила, а угали - такой колобок из кукурузной муки, без соли и специй. На вкус – твердая пресная манная каша. Зато съешь такое – и весь день свободен, еще долго не проголодаешься.



Но не волнуйтесь, без крокодилового мяса вы в Кении не останетесь! В Найроби есть знаменитый ресторан «Карнивор» - обязательный пункт в маршруте каждого туриста, посещающего Кению. В этом ресторане подают исключительно мясо, и не только коровье, свиное и баранье, но и верблюжье, крокодиловое, страусиное, а иногда даже зебровое или антилопье. Гринпису, правда, можно не волноваться – все экзотические зверушки не убиты на охоте (охота в Кении строго запрещена уже больше 20 лет), а выращены на фермах.



Система в этом ресторане такая – платишь фиксированную цену (примерно 30 долларов) и ешь сколько влезет: официанты тебе постоянно подносят разные виды мяса. Если флажок на твоем столике стоит прямо, к тебе будут бесконечно подходить и предлагать различные виды «шашлыка» – прямо на вертеле, отрезая куски ножом устрашающего вида, пока ты наконец не объешься жареным мясом на всю оставшуюся жизнь и не положишь свой флажок плашмя – это сигнал капитуляции: «С меня хватит!».



Разумеется, кухня каждой африканской страны имеет свои особенности. Зависят они от климата, от природы и от влияния других культур – арабской, европейской, индийской и т.д. Но в каждой стране обязательно есть что попробовать!

Например, в Эфиопии и Эритрее едят, подхватывая куски жареного (или вяленого) мяса и овощей кислым пористым блином в рулончиках под названием «инжера»:



А в мусульманском Судане, где сильно арабское влияние, пекут замечательные воздушные лепешки, и едят ими фууль – тушеные бобы, куда добавляют лук, помидоры и специи по вкусу.



Еще в Судане есть вкуснющие финики, которые растут там по берегам Нила, ну и прочие восточные блюда – кебаб, фалафель, шаурма, и, конечно, восточные сладости!



А на побережьях рек и морей везде можно попробовать разные виды рыбы и морепродуктов, зачастую по смехотворно низким ценам.



Как-то раз мы с мужем ездили отмечать Новый год в Порт-Судан. Представьте себе - почти полдень, жаркое солнце, ярко-синее море, рыбацкие причалы. Наш порт-суданский знакомый Хафиз говорит: «А теперь мы идем завтракать!». На причале стоит пара грязных пластмассовых столов и стульев. Мы присоединяемся к компании мужчин в белоснежных одеяниях, сидящих за одним из столов. Нам приносят свежепойманную и тут же зажаренную рыбу, безо всяких тарелок и приборов, просто на газете, с парой лимонов. Мы едим ее руками, в ужасающе антисанитарных условиях, но такой вкусной рыбы я, по-моему, не ела никогда в жизни!



А вокруг нас – восхитительно теплый Индийский океан, коралловые рифы и побережье, не обезображенное массовым туризмом… Но пляжи и море - это уже другая история.

Все население Кении можно разделить на три части – первая, самая многочисленная – чернокожие африканцы (40 с чем-то разных племен), вторая, самая небольшая – белые (из которых часть – потомки колониалистов и живут здесь с рождения, а часть – бизнесмены, работники гуманитарных организаций, ООНа, посольств и прочие экспаты), и третья, довольно внушительная и присутствующая в основном в городах – индусы.

Откуда же в Кении так много индусов?

История такая: в конце 19го века в Африке строилась железная дорога – ну практически Транссиб: она должна была пройти через всю Африку с севера на юг, соединив Каир с Йоханнесбургом. Всем этим делом занимались англичане (большинство стран, через которые проходила железная дорога, в то время были их колониями). Так вот, в Кении вышла накладка с рабочей силой: местные племена ни в какую не хотели работать на этом африканском БАМе. Ну еще бы, их можно понять – понаехали тут всякие, все земли поотобрали, сооружают что-то непонятное, да и вообще мы тут пастухи и воины, и рельсы класть нам как-то не с руки.

Англичане пораскинули мозгами – ну, не хотите, и не надо! Благо, колоний у них в то время было завались, вот и обратились к более сговорчивой (и многочисленной!) - Индии, и привезли рабочих и «менеджеров» оттуда. А индусы – тоже не дураки, сразу смекнули, что в Кении климат благодатнейший, все растет - кофе, чай, овощи-фрукты, а местный народ не особо предприимчивый. К тому же, с появлением железной дороги в Кению стали стекаться всякие богатенькие белые на свои плантации и кантри-клабы – так что тут сам бог велел кому-то заняться коммерцией, сервисом, туризмом и прочим выгодным бизнесом, выкачивая деньги из тех и из других - нищих черных и богатых белых.

К тому же на кенийском побережье Индийского океана индийские негоцианты хозяйничали уже давно, конкурируя с арабскими торговцами.
Так что индусы тут быстренько обосновались, вывезли себе из Индии многочисленных родственников, и постепенно взяли тут почти все в свои руки – гостиницы, магазины, рестораны, больницы… почту, телеграф, мосты…
В Найроби есть целые индийские районы, с храмами, школами, магазинами, ресторанами и т.д.



Если зайти в Найроби чуть ли не в любой магазин – очень часто за столом управляющего сидит очкастый индус, а в зале потеют продавцы-кенийцы.
Естественно, из-за этого всего отношения индусов с местными довольно натянутые. В 80х даже случались масштабные «индийские погромы» - когда обозленные кенийцы громили индийские кварталы, разбивали витрины магазинов и бросали булыжники-орудия пролетариата в ненавистных богатых эксплуататоров.

Хозяин виллы, где мы снимали флигель (не могу называть его иначе как «лендлорд», уж очень он весь из себя британистый) - индус с «редким» именем Раджан. Его пожилые родители полгода проводят в Кении (когда тут теплый сезон), полгода – в Канаде (тоже теплый сезон).


(это дверь в наш флигель - тоже в индийском стиле)

Раджан, индийский кениец с британским паспортом - квинтэссенция учтивости, вежливости и радушия. Просто поздороваться с ним означает обречь себя минимум на четверть часа бурных расшаркиваний, любезностей и заверений в совершеннейшем почтении. Из вежливости он никогда не напоминает про арендную плату и всегда готов помочь в решении любых проблем.

Его чудаковатый отец называет меня «внучкой», и когда ему скучно, звонит по домашнему телефону в наш флигель из своего кабинета – просто так. Снимаю трубку, а оттуда его довольный голос: “Ты еще здесь? А я думал, что ты в Сибири!” – и разражается демоническим хохотом.

Время от времени наши индийские «родственники» приглашают нас с мужем к себе на ужин или на непременное файв-о-клоковое чаепитие. Такие великосветские посиделки в лучших английских традициях – камин, свечи, ковры, пожилая мама-индианка в сари и жемчугах, индийский «дедушка», пускающийся в пространные воспоминания о том, как он воевал в Бирманскую кампанию, серебряная посуда, вышколенная прислуга, беседы о высоком…



Все прекрасно в Раджане, в его аристократических родителях и в этих возвышенных ужинах, все мне ужасно нравится. Все, кроме самой еды… Я, увы, не отношусь к любителям острого. Поэтому каждый индийский ужин для меня превращается в утонченную пытку. «Ах, Ольга, попробуйте вот это! Мы специально для вас сегодня сделали совсем не остро!» - откусываю малюсенький кусочек и тут же судорожно начинаю глотать ртом воздух…

Вот что значит межкультурные различия… Для русского человека «не острый» пирог значит «без куркумы и красного перца», а для индуса – «на пару ложек меньше куркумы и красного перца, чем обычно».

Ну что ж, русские так просто не сдаются. Решила как-то я нанести «ответный удар» и послала им к обеду тарелочку салата “Оливье”. На следующий день «индийский дедушка» звонит – ах, спасибо, так вкусно, так вкусно, мы и на обед вчера ели, и на ужин, и сегодня на обед, и еще осталось… Причем тарелочка была небольшая, а их там три человека живет. Да, и еще сказали, что я не должна готовить, поскольку еще слишком молода (интересно…)! Я думаю, в переводе с супер-вежливого это означало “какая гадость эта ваша заливная рыба”… Зато после этого количество «пыток индийской едой» уменьшилось!

Хотя, конечно, в Африке экзотической еды и без индусов полно. Но это уже другая история.

Дождь, туман, каменные коттеджи с черепичной крышей, левостороннее движение, школьники в шортах до колен и галстучках, яичница с беконом на завтрак, «Хау ду ю ду? – Вери велл индиид!», гольф, крикет, чай с молоком… Нет, вы не попали случайно на страницу моей лондонской коллеги по Космо-блогам Полины Козловской. Это все Кения – самая английская африканская страна.



Как известно, практически каждая страна Африки еще лет 50-60 назад была чьей-нибудь колонией. На западе Африки хозяйничали французы, на севере арабы, на юге – португальцы, ну а Восточная Африка «принадлежала» в основном Британии.

История колониализма – история стыдная и кровавая, история рабства, обмана, эксплуатации, расхищения природных ресурсов и искоренения местной культуры с целью подчинить ее якобы «высшей» и «цивилизованной» культуре европейской. Поэтому неудивительно, что до сих пор белый иностранец в Африке вызывает у местных смешанные чувства – зачастую скорее враждебные, чем дружеские. Кения в этом смысле – не исключение.

Отношения Кении и Англии чем-то напоминают отношения разведенных супругов. Их связывает непростая такая история любви и ненависти, подчинения и борьбы. Он пришел, увидел ее, оценил ее красоту и приданое, воспылал вожделением и решил сделать ее своей. Не спрашивая ее мнения, он грубо завоевал ее, она же восхитилась его внешним лоском и умом, поверила лживым обещаниям и покорилась агрессивному напору. Однако почти сразу она поняла, что за уверениями в вечной любви стоит лишь похоть и жажда наживы, ее культура и характер его не интересуют, он лишь навязывает ей свои привычки и мировоззрение, и использует все, что у нее есть, в своих эгоистичных целях.

Она пыталась освободиться. Увы, он крепко опутал ее своей властью по рукам и ногам, а она была еще слишком слаба, чтобы вырваться. Они стали ссориться, она тайком делала ему гадости и сопротивлялась как могла. Правда, за годы совместной жизни она впитала не только его недостатки, но и достоинства, научилась у него многому, стала старше, сильнее и умнее.

Наконец пришел момент, когда она накопила достаточно сил, чтобы уйти от него. Последняя ссора была тяжелой и кровопролитной, но в итоге она победила: он признал-таки ее правоту, дал ей развод и даже предложил остаться друзьями. Теперь она гордая и независимая, ее уважают, она занимается бизнесом, развивается и восстанавливает свою самобытность. С бывшим мужем поддерживает деловые отношения (а он, постарев и поумнев, просит прощения и даже помогает материально). Но не так-то просто ей оправиться от нанесенных им глубоких ран, забыть старые обиды, поменять заведенный им уклад в доме, отказаться от уже ставших родными многолетних привычек и выбросить старые мужнины вещи на помойку…



Кения стала независимым государством в 1963 году, однако отпечаток Британии будет на ней лежать еще долго. Правда, в основном эта «английскость» чувствуется в городах и в «туристических» местах, поскольку отдаленные деревни все-таки были не так сильно затронуты британским влиянием.

Так вот, как я уже писала, основной государственный язык Кении – английский. На нем ведется преподавание в школах и институтах, на нем выпускается большинство газет и телепрограмм.
Кенийцы (горожане) едят на завтрак яичницу с ветчиной, картошку, сосиску и прочую «овсянку, сэр».
В меню большинства ресторанов есть fish and chips (жареная рыба с картошкой-фри), пудинг и другие традиционно британские блюда.
Недалеко от Найроби находится завод по производству пива «Гиннес».
В пятницу вечером мужская часть местного населения отправляется в пабы и напивается.
Розетки в домах - английского типа, с тремя отверстиями.
В умывальниках 2 крана – один для горячей воды, другой – для холодной (по-моему, ужасно неудобно).
Система образования построена по образу и подобию британской.
Самые распространенные виды спорта - гольф, крикет, рэгби, поло.
Популярные развлечения – сельскохозяйственные ярмарки, скачки, загородные клубы.
В любой гостинице в 5 часов вечера обязательно подают чай (с молоком, разумеется!).



Ну и, конечно, знаменитая английская сдержанность, о которой писала недавно и Полина. Это заметно и в манере одеваться: любимая одежда кенийца или кенийки, живущих в городе – строгий костюм. Ну или брюки \ длинная юбка плюс рубашка. Мини-юбки увидишь разве что на дискотеке, да и джинсы с футболками встречаются не так часто.





Холодноватость присутствует и в общении. Кенийцы по сравнению со многими другими африканскими народами кажутся не столь радушными и экспансивными. Это в мусульманском Судане тебя сразу же после знакомства приглашают в гости, на свадьбу, поесть, пожить и прочее, а в Кении предпочитают сохранять дистанцию и оберегать свою «прайваси». Вот разговариваешь, бывает, с таким вежливым, застегнутым на все пуговички каким-нибудь госслужащим, и полное впечатление, что перед тобой чопорный британец, ну только что цвет кожи другой.

Еще одна черта, объединяющая Кению с Англией – наличие в Кении огромной диаспоры индусов. Но это, пожалуй, уже другая история.

«Бедная, как же ты там жару переносишь?» - сочувственно спрашивают меня по телефону и мейлу российские друзья. «Да ничо, нормально так переношу», - отвечаю я, натягивая на себя третий свитер. Найроби. Июль. На термометре за окном 13 градусов. Добро пожаловать в Африку, где никогда не бывает жарко!



Это все география. Во-первых, Кения находится на экваторе, поэтому понятие «времен года» тут очень условное: погода примерно одинаковая весь год, разве что - когда градусов на 5 потеплее, когда похолоднее, когда чуть больше дождей, когда чуть больше солнца. Вот и вся разница. Основные погодные ориентиры в Кении – сезоны дождей. Большой сезон дождей (long rains) – с марта по начало июня, короткий сезон дождей (short rains) – октябрь-ноябрь.



Все из-за того же экватора длина светового дня в Кении практически не меняется. То есть всегда, каждый день, круглый год, светает в 6:30 утра и темнеет в 6:30 вечера. Представляете, да, этот бесконечный «День сурка»?!

Во-вторых, город Найроби расположен на высоте целых 1800 м. над уровнем моря, на краю Рифтовой долины (это разлом земной коры, который проходит почти через всю Африку и образует возвышенности, горы и озера). Поэтому, к моей великой радости, в Найроби НИКОГДА не бывает очень жарко. Температура днем даже в «жаркий» сезон не превышает 28 градусов. Ну а «зимой» днем обычно около 20, а ночью и 8-10 градусов бывает.



Да, а «зима» (т.е. прохладное время года) ниже экватора, в том числе в Найроби - это июнь-июль-август. Так что когда в Европе лето, в Найроби народ зябнет в насквозь продуваемых, рассчитанных на жару домиках. А в Новый год ходишь в маечке и наблюдаешь, как детишки фотографируются в торговом центре у искусственной елки с угольно-черным Дедом Морозом в красных шортах.

Первый год я радовалась. Красота: не слишком холодно, не слишком жарко, круглый год все зеленое и цветет, ни снега, ни метелей, ни темноты весь день… Но к концу второго года я поняла, что дико скучаю по снегу зимой, по облетающим листьям осенью, по ручейкам весной, по жаре летом… Нет, все-таки контрасты и смена циклов природы ¬– это потрясающе. Без них теряется ощущение времени – кажется, что висишь, застыв, в одной точке…

Ну а на остальной территории Кении сравнительно тепло, особенно на побережье Индийского океана, в курортных городах Момбаса и Малинди. Там круглый год влажно и температура около 30 градусов (плюс-минус 5 градусов – разница между летом и зимой).

А так, конечно, на африканском континенте жарко (ну, кроме ЮАР, которая вообще недалеко от Антарктиды). Во многих странах к тому же еще и влажно, а во влажном климате даже +30 градусов переносить очень тяжело.

Например, в Судане температура днем может доходить до +50 градусов! Зато, слава богу, климат сухой (там почти везде пустыня), поэтому даже почти можно выжить – мелкими перебежками от одного помещения с кондиционером до другого. Я там всегда старалась выйти из дома пораньше, чтобы добраться до работы по "прохладе" - пока не перевалило за 40 градусов…



Кроме Найроби, есть в Африке еще несколько городов с «неафриканским» климатом. Если город расположен не на уровне моря, а на возвышении, то там приятная прохлада. Я бы вот с удовольствием пожила в Аддис-Абебе – не только потому, что Эфиопия – красивая, интересная и приветливая страна, но и из-за того, что Аддис расположен на высоте 2500 м. Там бывает даже холоднее, чем в Найроби! Красота!

Мой итальянский муж, большой любитель солнышка, перед отъездом в Кению ужасно радовался перспективе провести несколько лет в стране, как он думал, вечного лета. Приехав же в Найроби, он был обижен до глубины души. «Нет, я так не играю! Ну и где хваленая африканская жара? Где вообще солнце?! Да разве это Африка?! Это же Лондон! Сплошные тучи и дожди! Неееет, я знаю, это все происки англичан! Они специально сделали столицу здесь, чтобы климат был точно как на их чертовом туманном Альбионе!».

Насчет англичан, пожалуй, он прав. Но это уже другая история.

Странная вещь: когда ночью при подлете к Найроби смотришь в иллюминатор снижающегося самолета, то внизу сплошная темнота и ничего не видно (несколько огоньков засветились только уже на территории аэропорта). То ли мы все время летели над саванной, то ли с электричеством тут НАСТОЛЬКО плохо… (Как потом выяснилось, мы действительно летели над саванной. Хотя с электричеством в Кении тоже не очень) .

Вот нас встретили и везут по вечернему городу. Как здорово: центр города очень современный, небоскребы, освещенные улицы. Как хорошо: надписи везде в основном на английском (главный государственный язык Кении). Как неприятно: некоторые надписи все же на совершенно не поддающемся расшифровке языке (суахили, второй государственный язык Кении). Как странно: вроде бы нет и десяти вечера, а народу на улицах никого. Как красиво: отовсюду торчат какие-то кусты, цветы и деревья. Как чудесно: погода градуса 22, совсем не жарко.



Утром же, при свете, поразило, что все краски тут необычно яркие: зелень сочная и буйная, столько разных цветов и деревьев! Везде черные люди, одетые порой очень ярко. И даже земля - ярко-терракотового цвета.



Вначале очень поражаешься соотношению черных и белых лиц (белых почти не видно, естественно). Еще в первое время кажется, что все кенийцы на одно лицо, и что всех мужчин тут зовут Джозеф, а женщин – Мэри. Но довольно скоро привыкаешь, и вскоре начинаешь даже отличать друг от друга представителей разных племен. Забавно было впервые вернуться в Европу после нескольких месяцев в Кении: надо же, сколько белых!



А Найроби город большой… Улицы запружены машинами (в основном Тойота и Мицубиси), движение как в Англии – левостороннее. В центре много суперсовременных зданий, офисов, магазинов, ресторанов, а совсем рядом – уличные лотки и киоски какой-то несусветной бедноты. Везде бойко идет торговля, к притормозившей на дороге в центре города машине сразу подбегают продавцы типа наших коробейников в электричках (подозреваю также, что и ассортимент товаров у них один и тот же – китайские темные очки, зонтики, и прочие приспособления).



Вот что мне сразу не понравилось в Найроби - кроме как на машине, передвигаться по городу почти невозможно. Общественный транспорт не особо развит: кроме нескольких редко ходящих автобусов, основное средство передвижения - «матату» (африканский аналог наших маршруток), но я бы оставила это для тех, кому в жизни не хватает адреналина: водители матату – ну очень горячие джигиты, а дороги в Кении, увы, оставляют желать лучшего (это как раз меня не удивило).



Зато первый же поход в магазин сильно изменил мои представления об Африке. Я, честно говоря, не ожидала здесь встретить настолько широкий выбор всевозможных потребительских товаров, одежды, техники и пр., а также высокий уровень обслуживания. Все-таки многие россияне или европейцы думают, что Африка – это саванна, хижина из пальмовых листьев, маисовая лепешка и бусы из крокодильих зубов...

А на самом деле – например, в Найроби можно найти и купить практически все, к чему привыкли избалованные белые иностранцы (ну, может быть, выбор чуть-чуть меньше и цены чуть-чуть выше). В городе несколько огромных торговых центров – с многозальными кинотеатрами, аквапарками, детскими городками, бутиками и магазинами. В одном таком шопинг-молле даже есть крытый каток! Ну и, разумеется, гигантские супермаркеты с огромным выбором и приятно невысокими ценами (а я-то, дурочка, все везла с собой – от шампуней до прокладок!). Промтовары в основном из ЮАР, а продукты питания местные, плюс много всего китайского и индийского. А еще множество кафешек и ресторанов на любой вкус и кошелек – от вполне обычных фаст-фудов, суши-баров и пиццерий до гриля, где подают жаркое из крокодила или страуса. В общем, на глушь похоже меньше всего. Ну подумаешь, в Найроби не 300 японских ресторанов, как в Москве, а всего 5, зато там рыба свежее и цены ниже!

Интересно, что через 3 года, переезжая из Найроби в Хартум (столица Судана, если что), я совершила противоположную ошибку – расслабившись в изобильном Найроби, решила, что во всех африканских столицах должно быть так же. Ага, фигушки. В Хартуме всего один «шопинг-центр», если его можно так назвать, и ассортимент товаров и развлечений ну оооочень сильно отличается – если в Найроби я выбирала, скажем, йогурт, из полутора десятков разновидностей пяти разных производителей, то в Хартуме йогурта всего 2 вида, да и тот не каждый день в магазине бывает… Эх…

Еще в Найроби удивила погода. Но это, наверное, уже другая история…

В Африку я попала, можно сказать, случайно. Я вполне обычная девушка, не экологическая активистка, не дипломат и не врач без границ. Я никогда не хотела нестись на край света и спасать мир. Совсем наоборот: я мечтала выйти замуж, иметь свой дом и постоянную работу (все в России, разумеется), и считала, что Африка – это глушь, нищета и крокодилы-бегемоты.

Сейчас же, 5 лет спустя, я счастлива, что постоянного дома у меня нет и не предвидится, я сменила уже четвертую страну проживания (из них две – в Африке), у меня за плечами год работы в экологической организации (агитация за озеленение планеты!), я периодически размышляю об африканских экономических проблемах, а мои представления об Африке (да и вообще о мире) сильно изменились.

Теперь я совершенно точно знаю, что Африка – это вовсе не глушь и не край света (хотя там действительно есть места, совершенно затерянные в пространстве и времени). Это потрясающе интересный, огромный и многоликий континент, где каждая страна не похожа на другую, и у каждой своя история, природа и культура. И я ужасно рада, что мне так повезло – пожить в двух очень разных африканских странах - три года в Кении и один год в Судане, ну и немного попутешествовать по региону - в основном по Восточной Африке. Всего лишь. Пока что.


Но лучше рассказывать по порядку. Итак, лет до 25 я жила себе спокойно в Москве: окончила университет, потом поработала офис-менеджером в паре иностранных компаний и гидом-переводчиком. Друзья, бойфренды, родители, работа, тусовки, привычные будни...

В детстве я, конечно, как многие советские дети, обожала книжки Джеральда Даррелла, Джой Адамсон и вообще все о животных и путешествиях, и даже мечтала – вот бы побывать в Африке! Но мало ли кто о чем в детстве мечтает! Многие вон космонавтами хотят быть, и что? Во взрослом же возрасте меня больше интересовали путешествия по Европе, тем более что один из моих «рабочих» языков – итальянский. И даже в минуты меланхолии и разочарования в работе \ личной жизни \ мироздании мне никогда не хотелось, как некоторым, бросить привычную буржуазно-комфортную московскую жизнь и рвануть куда-нибудь в джунгли помогать голодным детям.

В 25 же лет, неожиданно для себя влюбившись по уши – мало того что не в москвича, но даже и не в россиянина - я таки «бросила все» и сбежала из Москвы, хотя и не так уж далеко - в Рим, временно сменить обстановку («сначала на годик, а там посмотрим»), к моему ненаглядному. Он в то время был обычным итальянским аспирантом, писал тихо-спокойно диссертацию, но ни тема диссертации (что-то там по экономике развития и помощи развивающимся странам), ни такие моменты его биографии, как стажировка в ООН и работа волонтером в Афганистане меня почему-то совсем не насторожили. А зря.

И на типичные вопросы романтической стадии отношений типа «Любимая, а ты бы поехала со мной на край света?» я дежурно отвечала «Конечно, любимый!», не предполагая всерьез, что разговор может иметь под собой конкретную почву.

Так вот, жили мы себе спокойно целый год в Риме, работали оба в университете, готовились потихонечку (ну оооочень потихонечку, т.е. истинно по-итальянски) к маячащей где-то через год свадьбе, в общем, ничто не предвещало.

И вдруг посредине мирного рабочего дня звонок от него: «Дзайчик!!!!! Мне предложили работу в Найроби, в одной гуманитарной организации! Я согласился, сейчас еду домой за нашими паспортами на визу, ты ведь со мной поедешь, правда??????!!!!».

Упс. Ну да, я же это… типа того… обещала … За базар-то, что называется, отвечать надо…

В голове тогда крутились тысячи мыслей и вопросов: Ужас, это же так далеко, как другая планета! А что скажет мама?! Меня там съедят крокодилы! Класс, там же национальные парки! Сафари! Зверушки! Страшновато, но все-таки жутко интересно… Надо ведь будет с собой везти все – от сковородок до помады, там же наверняка ничего нет?! Он будет спасать мир, а я чем буду заниматься? Как же я там выживу, я ведь ненавижу жару?! А вдруг мы там заболеем какой-нибудь страшной тропической болезнью? А сколько прививок надо будет делать? Может, бросить его, пока не поздно, и вернуться домой в Москву? Ну нет, нельзя же так, один он там пропадет... А где это вообще – Найроби?! На каком хоть языке там говорят? Как туда добираться? и так далее.

На все вопросы постепенно нашлись ответы, подчас очень неожиданные. Но это уже другая история.