Читай о парфюмере бренда Guerlain

Знакомься: Тьерри Вассер, парфюмер дома Guerlain. Нам он рассказал о своей работе, любимых ароматах и больших переменах, которые ждут марку.

Читай о парфюмере бренда Guerlain

Cosmopolitan Shopping: Вы парфюмер дома с невероятно богатой историей. Это большая ответственность, она не давит?

Тьерри Вассер: Это вопрос отношения к истории. Для меня она скорее источник вдохновения, отправная точка. Любое творение этого дома должно нести в себе ДНК Guerlain. Помада Rouge Automatique — сама идея взята из архивов 1936 года. Idylle Duet — Aqua Allegoria, которую Жан-Поль запускал в 1999-м, строилась на дуэтах. Пчелы на флаконах, наши цвета, возможно, не заметные на первый взгляд штрихи — все они на 100% принадлежат имени Guerlain. Я изначально живу уже в этой системе координат и просто продолжаю эту нашу маленькую игру.

CS: А как насчет поклонников марки, которые жалуются, что Shalimar сегодня уже не тот?

TB: Это будет всегда, и это меня беспокоит. Разумеется, Shalimar уже не тот — ему 90 лет! В оригинальной формуле была, например, болгарская роза. Вторая мировая война полностью уничтожила производство тех самых роз. Что делать? Использовать турецкую розу — но, конечно, она другая. Или, например, ирис — когда в Италии грянул кризис, им там было не до ирисов. Как нам делать тот самый Shalimar без того самого ириса? Мы нашли подходящего производителя в Китае, смешали китайский ирис с небольшим количеством итальянского. Это хороший выход: мы создаем сборные экстракты с максимально приближенными к нашей эталонной формуле характеристиками. И поверьте, обычный нос не услышит разницы.

CS: Почему же обычные носы продолжают ее слышать?

TB: Здесь важнее психологическая… назовем это ловушкой. Когда Джейд Джаггер сделала новый флакон Shalimar — это была катастрофа. Люди были возмущены. Я был возмущен тоже — потому что мы ничего не делали с формулой. Вообще. Но это так работает: если ты слегка меняешь цвет жидкости во флаконе, сам флакон, бумагу, что угодно — люди будут искать отличия и в аромате.

Если ты меняешь цвет, флакон или бумагу — люди будут искать отличия и в аромате.

CS: Как же быть?

TB: Важно выдерживать собственную планку качества, иначе будет сложно работать. Я занимаюсь и созданием формул, и производством, поэтому принимаю такие истории близко к сердцу. Мы проходили то же самое с Habit Rouge и Vetiver. Это психологическая штука, ее невозможно обойти. Кстати, если ты даешь человеку два блоттера с одним и тем же ароматом и просишь выбрать, он обязательно находит разницу — один из блоттеров будет пахнуть слаще, мягче, легче. Один будет нравиться, второй — нет. Люди так устроены — они ищут отличия, чтобы выбрать лучшее.

CS: У вас есть лирическая героиня?

TB: Это какая-то очень маркетинговая история. Мы знаем, что молодые девушки считали Guerlain, мягко говоря… немолодежной маркой. Это нормально, нам 180 лет, и это тоже часть имиджа. И это расстраивает. Неожиданно, да? (Cмеется.) Потому что, честно, мы не такие старые. И я думаю, что как раз сейчас мы меняемся, причем это происходит гармонично и естественно. Я все-таки моложе Жан-Поля, у меня свой путь и свой взгляд.

TB: Мне нравится разговаривать с людьми. И создание персональных ароматов в этом смысле самое интересное. Чтобы создать аромат для конкретного человека, тебе нужно узнать его максимально лично. Увидеть абсолютно голым, фигурально выражаясь. Есть еще художественная сторона — над Tonka Imperiale, например, я работал как над шаржем на всю парфюмерию Guerlain, это аромат-перевертыш. Я сделал похожий шаг в Iris Ganache, но это шарж уже на Жака Герлена с его формулами. С Aqua Allegoria ты берешь компонент, который тебе нравится, и строишь композицию вокруг него, как конструктор. С последним, Les Voyages Olfactifs, я вспоминал, как оказался в Лондоне. О, теперь вы знаете, что новый аромат будет про Лондон. Мне было 20, я только что уехал из родительского дома в Швейцарии. И я смотрел на этих странных людей, которые пили чай из веджвудского фарфора, — это была как будто другая планета для меня. Было интересно рассказывать об этом в аромате. Так что, боюсь, я не смогу выбрать.

CS: Какой из ароматов Guerlain вы хотели бы создать?

TB: Mitsouko. Она меня интригует все эти годы. В ней есть секрет. И я не смог его разгадать.

CS: Вы часто отвечаете на одни и те же вопросы?

TB: Чаще всего на вопрос: «Посоветуйте, как девушка должна выбирать парфюм?» Вы, журналисты, знаете читателей лучше меня, и если вы об этом спрашиваете, это наверняка важно. Но для меня это загадка. В жизни так много правил — вам все вокруг говорят «не делай так, это нельзя, запрещено, нет, нет, невозможно». Зачем вам усложнять все еще одним, абсолютно лишним «нельзя»? Хотите разбрызгивать аромат на волосы — делайте это. Добавить в крем для тела? Пожалуйста. Не бывает зимних ароматов и летних, для блондинок или для брюнеток. Это зона удовольствия, а не следования каким-то глупым правилам. Это область абсолютной свободы, и ею надо просто… наслаждаться. Как и жизнью, кстати.

 Нажми «Нравится»и читай нас в Facebook
Комментарии

Комментировать могут только авторизированные пользователи. Пожалуйста, войди или зарегистрируйся.

Текст комментария
Всё, что нельзя пропустить